Людмила Леонидова - Духи для киски

— Спрашиваю я, — на вопрос Николая с нажимом ответил незнакомец.

— Нет, никакую Джуди Сэворсан я не знаю, и эту фамилию слышу впервые.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

— Ваш друг Андрей Соколов… — человек помолчал. — Когда вы его видели в последний раз?

— Что-то случилось с Андреем? — Николай нахмурился.

— Вы, наверное, не совсем меня поняли, я задаю вопросы, а вы отвечаете.

— Значит, так, — голос Николая посуровел, — вы мне скажете, что от меня хотите, иначе никакого разговора у нас не выйдет. — Он встал, собираясь покинуть кабинет. Телефонный звонок остановил его. Николай снял трубку.

— Это я! — Джуди кричала так, что ее должен был слышать собеседник Николая. — Я звонила те-бье на сотовый, но он отключен.

— Да, я сейчас занят, — напряженно отозвался Николай, — перезвони попозже.

— Николай, послушай, не отпускай телефон, произошло несчастье! Украли Настью! Меня чуть не убили. Я угнала джип бандитов. Хелп ми! — Джуди кричала о помощи по-английски.

— Ты где? — спросил он, скосив глаза на человека, сидевшего напротив.

— Я не совсем точно знаю, где я.

— Езжай домой, я скоро буду.

— Вы разговаривали с женой? — с подозрением поинтересовался незнакомец.

— На этот вопрос я отвечать не буду, — твердо заявил Николай.

18

— Джуди, — услышала девушка свистящий шепот, как только открыла дверцу джипа. — Не оборачивайся, иди во двор на детскую площадку.

— Стас, это ты? — несмотря на предостережение лучшего друга, Джуди обернулась.

— Т-сс, — мальчик приложил палец к губам, — за тобой может быть хвост!

— Кто? — не поняла Джуди, оглянувшись на полу своего кожаного пальто.

— Слежка, поняла?

— За мной тоже гонятся бандиты?

— Пойдем! — Стасик схватил Джуди за рукав и потащил на детскую площадку во двор.

Одиноко покачивающийся фонарь выхватывал в полной темноте деревянные головы в шлемах, изображающие русских богатырей. Вырубленные горе-умельцем, они зловеще темнели на фоне вечернего неба.

— Что это за чудовища? — показывая на архитектурный изыск, ужаснулась Джуди и, поскользнувшись, больно ударилась о ракушку, прилепленную к низкому заборчику площадки.

— А-а, это! Герои наших сказок.

— Баба-яга, — делая ударение на «я», Джуди потирала ушибленную коленку.

— Баба-яга гонится за тобой, — передразнивая ее, нравоучительно произнес Стасик. — Лезь в теремок, поговорим.

— Не полезу, там грязно и плохо пахнет.

— Лезь, мы тут всегда прячемся от взрослых. Тем, кто за тобой гоняется, в голову не придет искать тебя здесь.

— Я ничего не понимаю, — шепотом произнесла Джуди. — Украли Настью, мне дали в шею, до сих пор больно, я звонила Николаю, он велел сюда приехать и…

— Знаю-знаю, — перебил ее Стасик, — это он меня послал к тебе. Потому что происходит что-то непонятное. Какой-то мужик из Техаса ввалился в дом твоего хозяина.

— Ввалился — это так говорят, когда без приглашения?

— Никакого приглашения не было, точно, — усмехнулся Стасик.

— К Егоровым? — еще раз уточнила Джуди.

— К Никите Петровичу твоему, что тут непонятного?

— У него охрана, — недоверчиво покачала головой Джуди, — и забор как военный, такой высокий и с колючей проволокой.

— Тем, кто туда пробрался, даже ток, пропущенный через колючую проволоку, не помешал бы! Этот техасец со спецназовцами и ребятами из Интерпола прибыл. Одного из них, правда, наши подмосковные ребята, охрана твоего Никиты Петровича, — уточнил не без гордости Стасик, — покалечили. Остальные прорвались. В доме оказалась только твоя хозяйка, Нюрой представилась.

— Анна Просковьевна, — подсказала Джуди.

— Так вот, этот американец ищет американскую подданную, на которой должен быть медальон.

— Медальон? — Джуди механически дотронулась до шеи. В этом месте под пальцами она всегда ощущала холодок металла.

— Слушай дальше, — перебил ее Стасик. — Никиту Петровича с дядей Андреем тоже задержали, требовали от них выдать девушку, которая в его автомобиле в ювелирный магазин перед Новым годом ездила. Никита Петрович сказал: пожалуйста, забирайте, если она вам так нужна.

— И Андрей тоже так сказал?

— Тогда они с дискотеки Настю выкрали, — пропуская ее вопрос мимо ушей, продолжил Стасик, — и этому иностранцу предъявили.

— Я ей свой медальон отдала, — впопыхах совершенно забыв об этом, вдруг вспомнила Джуди, — временно.

— То-то и оно! Но Настя ему все равно не подошла. Говорит, медальон тот, а девушка не та. У кого, говорит, медальон слямзила? У мамашки, твоей хозяйки, от такого нахальства крыша слетела, она все толдычила, что придет ее муж и со всеми расправится, особенно ей этот мужик-техасец не понравился, она его Чаком Норисом долбаным обозвала, а когда узнала, что ее мужа тоже прихватили, стихла. Только Настюха не терялась, она их по дороге всех искусала и исцарапала. У нее когтища — во какие! — Стасик в темноте растопырил пальцы. — Медальон ведь не туфелька, его на ножку, как Золушке, не наденешь! Его каждому на шею повесить можно! — подумав, заключил он и продолжил: — Дядю Колю тоже допрашивали. Он поэтому меня за тобой прислал, чтобы хвоста не привести.

— Хвост-хвост…

— Ну слежку, — поправил себя Стасик. — Но ты не беспокойся, у нас ты в безопасности. Дядя Коля сказал, что мы не выдадим тебя. Только мне интересно, Джуди, вспомни, что ты такое натворила? Почему тебя полиция всех стран разыскивает? Ты мне рассказывала, что жила в Америке, так?

— Так, — согласилась девушка.

— В Европе тоже?

— Да.

— В каких странах?

— Кажется, в разных.

— Это так здорово, что за тобой все гоняются! Ты, оказывается, очень крутая. Чтобы охранный джип увести! И за баранкой ты потрясно выглядишь. Я когда тебя поджидал, видел, как ты классно выруливаешь. Ты молоток. Тебя кто-то этому научил?

— На-стья тоже меня так похвалила, — вздохнула ничего не понимающая Джуди.

— Сменим тебе номера на джипе и умчимся, как в кинобоевике.

— Как это сменим?

— Обыкновенно, есть такие места, заплатим и поменяют.

— Но это противозаконно!

— Джуди, ты же крутая! Угонять джип охранников американца тоже противозаконно. Ты бы еще самолет его угнала!

— А у него есть самолет?

— Я же тебе объясняю, он очень богатый, прилетел на собственном самолете. Правда, сказал, что летел из Парижа, не из Техаса. А до Европы он, может быть, кораблем плыл… пиратским! — размечтался Стасик. — Слушай, может, тебя пираты хотят украсть?