Рут Уинд - Музыка ночи

В папке было только одно письмо, от доктора Лоуренса Рейнарда. С улыбкой она открыла его.

"Эй, дорогая, — писал он, — зачем тебе потребовалось это фото?"

"Попалась!" Элли попыталась придумать какую-нибудь отговорку, но не могла сочинить ничего правдоподобного. Внезапно решившись, она напечатала ответ: "Это личное, расскажу, когда смогу". Она нажала на клавишу, чтобы отослать сообщение, и положила ноги на стол, запоминая лица на фотографии, чтобы потом узнать их в ежегодниках в библиотеке.

Компьютер снова загудел, удивив ее. Послание от Блю. Улыбаясь, она открыла его. "Почему бы тебе не прийти попить со мной пива? Я собирался побуянить в чатах, но лучше поговорю с реальным человеком".

Элли заколебалась. Она не была уверена в том, что сможет оставаться равнодушной к его харизматической сексуальной привлекательности. "А ты прилично одет?" — наконец напечатала она. Ответ пришел немедленно: "Да, мэм. Застегнут на все пуговицы". Она хмыкнула. "Хорошо. Сейчас буду. И не спрашивай меня снова о снимке".

Глава 7

Выключив компьютер и лампу, Элли надела шлепанцы, вышла на улицу. Дом на холме сиял огнями, кроме того, Блю включил и уличный свет. И все равно вокруг было очень темно. В траве трещали цикады, густой воздух, напоенный ароматами нагретой за день земли, мягко касался ее лица. Она глубоко вдохнула и остановилась, чтобы насладиться этим покоем.

Жизнь в деревне такая умиротворенная. Ведь людьми, как правило, управляют эмоции, где бы они ни жили, так, что всегда та или иная драма превращает все в хаос. Но здесь, в этой безмятежной обстановке, без рева машин и крика соседей сверху и без такой мелочи, как телевизор и радио, включенных постоянно, Элли чувствовала себя легко и свободно. Ей нравилось дышать воздухом, а не бензином и видеть небо над головой.

Какая-то тень испугала ее, и она от неожиданности вскрикнула, но тут Блю взял ее за руку.

— Это всего только я, — сказал он.

На долю секунды она позволила себе прочувствовать, какая это большая и сильная рука, загрубевшая от работы. Она инстинктивно сжала его пальцы и проговорила:

— У вас сексуальный голос, доктор Рейнард.

— Вы заигрываете со мной, мисс Коннор? — Она тихо рассмеялась:

— Может быть.

— Хорошо. Мне это нравится. — Он шел по тропинке, держа ее за руку. Элли не противилась. На веранде он отпустил ее и жестом указал на стул. — Я пью бурбон. А ты что пожелаешь? Не то же самое, конечно.

— Я не против бурбона, если ты доведешь меня назад.

— Осторожнее. Я могу принять это за приглашение.

— Ты удивительно нахальный, знаешь это?

— Да, знаю.

Она услышала позвякивание льда в стакане и тихое бульканье, потом он подал ей виски.

— Спасибо.

Он уселся на ступеньке.

— Не многие женщины в. наше время пьют неразбавленный бурбон.

— Я не часто.

— Но сегодня ты немного вышла из равновесия, верно? — Она взглянула на него:

— И ты тоже.

Он спокойно ответил:

— Да, это так. Кажется, у нас обоих есть свои шкафы со скелетами.

— Как у большинства людей.

— Ты так считаешь? Не знаю. Похоже, многие просто стараются не создавать себе лишних проблем. Я встречаю таких в городе. Ребята, которые со дня своего рождения делают только правильные шаги, которые живут спокойной жизнью без особых хлопот, и вообще… У них все в порядке. Они никогда не превышают свой кредит, не забывают подстричь траву на газоне и не оставляют работу недоделанной.

Элли прихлебывала из стакана холодный огонь и слушала.

— Ты никогда не замечала, — продолжал он, — что у этих людей, кажется, не бывает и большого горя? Вроде того что их дети никогда не разбиваются, а их дома не горят. Они как будто защищены каким-то большим облаком безмятежности.

— Это обманчивое внешнее впечатление, Блю. Никто не может прожить без печалей и потерь. Таковы правила игры.

Он повернулся к ней, и, хотя в темноте Элли не могла хорошо видеть его лицо, она почувствовала, что он весь внимание.

— Ты действительно в это веришь?

— Моя бабушка говорит, что бывают зеленые времена. — Она подогнула под себя ногу. — Времена, когда все идет как надо. У тебя достаточно денег, чтобы платить по счетам, и никто не умирает, и все происходит так, как и должно происходить. — Она замолчала, чтобы сделать еще один маленький глоток. — Но бывают и серые времена, когда все идет не так. Ты теряешь домашних животных и людей, и у тебя проблемы с деньгами.

— Не серые, — сказал он. — Синие времена… когда ломается вся сантехника.

Она засмеялась.

— И в машине отказывает топливный насос.

— Ты расшибаешь себе палец на ноге, а на руках образуются заусенцы.

— Все заканчивается, и начинают болеть зубы. — Его смех раскатился в ночи, низкий и звучный.

— Молния ударяет прямо в модем. У тебя когда-нибудь такое случалось?

— Нет. Я все выключаю, когда гроза.

— Я теперь тоже. Однажды у меня сгорел весь компьютер целиком.

— Это не серые времена, это глупость.

— Ну, я его не выключил, когда пошел спать. Может, я тогда немного выпил.

— У меня такое чувство, что ты частенько выпиваешь понемногу. Это так?

Он ответил не сразу, лениво покачивая стакан:

— Да, пожалуй, так.

— Почему?

— А что, нужна какая-то причина? — Элли пожала плечами:

— Я не знаю. Может, и нет. Ты просто… ну, ладно.

— Продолжай. Я что?

Темнота и тишина делали ее смелее.

— Ты — загадка, доктор Рейнард. Например, твоя ученая степень.

— Моя степень?

— Ну да. Как это — большой, сексуальный, избалованный южный мальчик и с научным званием в области ботаники?

— У меня хорошо получается со всем, что растет. Растения не разговаривают, и если погибают, то всегда можно вырастить другие. — Он замолчал и улыбнулся ей слегка печально. — Если заботиться об орхидее, то она переживет и тебя, и твоих внуков.

— Ты не любишь терять.

— Нет… хотя можно было бы подумать, что я к этому привык. Я слишком много уже потерял.

— А зеленые времена? Они у тебя были?

Он встал и наполнил свой стакан, перед тем как ответить:

— Да. — Это прозвучало резко. — Но я думаю, было бы лучше, если бы их у меня не было.

— Если бы ты на самом деле так считал, то не пил бы столько.

Он замер, не донеся стакан до рта. Искренне удивленный таким выводом, Блю спросил: