Сьюзен Андерсон - Горячие и нервные

— Тогда я должна оставаться с тобой целый день, чтобы ты снова не загрустила.

— Ты не должна, дорогая, — произнесла дама, с которой разговаривала Виктория до этого.

— Она не останется, — кивнула Виктория, хотя узнала в заявлении дочери слабую попытку заставить ее уступить. Она подавила улыбку. «Должно быть, отцовские гены». — Со мной все в порядке, милая. И я уже говорила тебе, что маленькие девочки не ходят на похороны или поминки. Посмотри вокруг, Эсме. Ты видишь хотя бы одного ребенка? Здесь есть дети?

— Не-е-ет, — протянула Эсме.

— И для этого есть причина. Если ты помнишь, мы обсуждали это и вчера, и сегодня утром. Поэтому поздоровайся с мамой Ребекки, а потом мы положим тебе что-нибудь вкусное на тарелку. Можешь выбрать любое блюдо из того, что есть на столе. И, как я тебе и обещала, ты можешь пойти вместе с Хелен в сад и там устроить ленч. Договорились?

Эсме пару секунд изучала мать, затем тихонько вздохнула:

— Хорошо.

Виктория улыбнулась, подумав, как это ей удалось вложить в одно-единственное слово все свое возмущение, и, взяв Эсме за руку, подвела ее к женщине, с которой беседовала до того, как подошла дочь.

— Поздоровайся с миссис Белл, детка. Бетти, это моя дочь Эсме.

Маленькая девочка мгновенно повеселела.

— Здравствуйте, миссис Белл.

— Здравствуй, милочка. Ты такая самостоятельная, правда?

Эсме не совсем поняла, что имела в виду миссис Белл, но с энтузиазмом кивнула:

— Угу. Мама говорит, я очень смелая.

Тори заметила веселые искорки в глазах Бетти, когда та улыбнулась Эсме.

— И я могу понять почему. — Пожилая дама повернулась к Виктории. — Я вижу, ты разрываешься между своими обязанностями, поэтому можешь идти. Мне очень жаль твоего отца, дорогая. Он был сложный человек, но он твой отец. И я представляю, как ты переживаешь из-за этой потери.

— Спасибо. — Быстро извинившись, боясь, что Бетти может добавить что-то насчет помолвки, Виктория подвела Эсме к Пэм, которая стояла с несколькими женщинами у камина.

Проходя мимо группы людей у буфета с закусками, она обратила внимание на сдержанный шепот.

— Это одно из самых богатых поместий на территории отеля «Броудмур». Интересно, наследники сразу же разделят его, после того как старый мерзавец сыграл в ящик? Какая ирония, учитывая, с каким упорством он боролся за то, чтобы свести перемены к минимуму…

Она оглянулась кругом, ища глазами Джона. Он о чем-то тихо беседовал с Джимом Макмерфи, стоя около большого французского окна. Несмотря на охватившее ее возмущение, она подумала, что подслушанный обрывок разговора может быть ей полезен в плане информации. Она вспомнила, как бушевал отец из-за расширения природоохранных территорий несколько лет назад. Впрочем, учитывая, насколько безуспешны были его попытки, то, что она услышала сейчас, не содержало ничего нового.

Но она запомнит это и в случае необходимости проследит за дальнейшим ходом событий.

До нее донеслось еще несколько нелицеприятных высказываний о характере ее отца, пока Эсме разговаривала с матерью Ребекки, и потом, когда она провожала дочь к буфету. Она боялась, как бы девочка тоже не услышала что-нибудь подобное в адрес Форда, из чего бы могла понять, что дед не отличался избытком чувств. И хотя это была правда и Форд никогда не был внимательным дедом, Виктория не видела смысла посвящать дочь в подобные детали. Как и не хотела, чтобы девочка узнала новость о помолвке собственной матери раньше, чем она сама найдет способ сообщить ей об этом.

Она быстро наполнила две тарелки разной едой и отдала дочь на попечение Хелен. Затем, вздохнув, вернулась к роли гостеприимной хозяйки.

По-видимому, день предстоял нелегкий.

Глава 10

— Что ж, пришло время поговорить. Как ты сказал: «Мы будем хранить все это в уголках нашей памяти»?

Увидев, что Виктория вошла в офис, Джон оторвался от своих записей. Хотя она мягко затворила за собой дверь, по ней было видно, что она с удовольствием бы хлопнула ею изо всех сил. Подойдя к его столу, она скрестила руки на груди и посмотрела на него. Ее глаза горели зеленым огнем, щеки пылали. Не женщина, а настоящая фурия. С легким щелчком закрыв ручку, он откинулся на спинку стула, показывая тем самым, что готов выслушать ее. Да и как иначе, она просто кипела от негодования.

«Тебя ожидают плохие новости, парень. Держись!» Прежде чем посмотреть на нее, он покосился на красные отметины на своем запястье.

— Мы, кажется, договорились заниматься исключительно нашим делом?

— И для этого я должна притворяться, что помолвлена…

Судя по насмешке в ее голосе, ей очень хотелось добавить «с тобой?». Похоже, его план катился ко всем чертям. Отодвинув в сторону ручку и блокнот, заполненный впечатлениями о разных людях, с которыми он познакомился за прошедший день, Джон резко встал из-за стола.

— Я не предполагал, что тебя так заинтересует причина, по которой я пошел на это. Я имею в виду помолвку.

— Почему же? Хотя ты прав, я сразу подумала, что причина есть. И знаешь, к чему я пришла? Ты сделал это, потому что заметил, как другая собака проявляет интерес к кости, которую ты привык считать своей.

Она была права. Он увидел, как этот шут Уэнтуорт прогуливался своими пальцами по ее обнаженной руке, и в нем заговорили самые что ни на есть примитивные инстинкты, заставляя сначала действовать, а уж потом думать.

— Дело не в том, что «я привык». Ты знаешь, черт побери, что мне бывает непросто себя контролировать. Но ты не дашь мне соврать, дорогая, если я скажу, что никогда не был собственником и не вел себя в духе «это, мол, мое и ничье больше». — Или, во всяком случае, не вел, пока не встретил ее. Он никогда не понимал подобную манеру поведения, она претила ему, и он не доверял ее проявлениям.

Если он чему-то и доверял, так это своей интуиции, способности улавливать витавшие в воздухе настроения. У него были сильно развиты инстинкты, и он давно научился прислушиваться к ним, прежде чем действовать.

Но так случилось, что на этот раз инстинкт побудил его объявить о помолвке с Тори. Что скрывать, он испытал огромное удовлетворение оттого, что ему удалось стереть презрительно-высокомерную ухмылку с физиономии Уэнтуорта и вместе с тем сделать первый шаг для осуществления важнейшей цели. Как и последующая огласка… Это было то, что им обоим на руку, если говорить о тех проблемах, которые беспокоили его, а именно — как заставить любого человека из окружения Тори найти для него время и поделиться информацией, которая могла бы помочь отыскать ее брата.