Александра Поттер - Жизнь экспромтом

— Нет, это был мой приятель, ты удовлетворена? — Он начал терять терпение.

Блондинка угрюмо насупилась и плотно завернулась в одеяло.

Поняв, что ему вряд ли что-нибудь обломится, если он не начнет действовать осмотрительнее, он быстро сменил тактику и поцеловал ее в нос.

— Ну, давай же, Кароль. Разве я тебе не нравлюсь? — зашептал он своим испытанным, ласковым, лепечущим голосом с подвыванием, целуя ее в лицо, в шею, в ключицу. Потом начал покусывать ее ушную раковину.

— Меня зовут Черил, — капризно сказала блондинка, решительно обороняясь от него с помощью одеяла.

— Ну да, я и хотел сказать Черил, — поправился Хью сквозь стиснутые зубы и попытался на нее взгромоздиться.

Блондинка лежала под ним, как истукан. Господи, ну и трудная же предстоит ему работенка, подумал Хью, вспоминая легкий, изящный, полнокровный и гармоничный секс с Фрэнки. Он удвоил свои усилия.

— М-м-м, ты просто великолепна! — зашептал он, целуя ее в шею. Для убедительности еще добавил несколько стонов: — М-м-м… м-м-м…

Неудержимо рвущийся к финалу, Хью тем не менее не до конца терял голову и едва ли не решил, что хорошенького понемножку. Он взглянул на часы и понял, что на ласки он мог себе позволить еще минут пять, не больше. В конце концов, он не собирается опаздывать из-за нее на работу.

К счастью, дело выгорело значительно быстрее, чем ожидалось при таком раскладе. Хью внезапно почувствовал под собой ее легкое шевеление, как будто она начала отвечать на его героические усилия. Внутренне вздохнув с облегчением, он усилил свои стоны.

— Тебе не кажется, что несколько жарковато? — спросил он, ухватившись за одеяло. Она ослабила хватку, и он, — словно фокусник, который быстрым движением сдергивает со стола скатерть, — в мановение ока избавился одновременно от одеяла и от своих трусов. Оставалось только триумфально водрузить свое тело на нее. — Ты мне правда нравишься, Черил, — продолжал он мурлыкать, примериваясь к последнему броску. — Ты так не похожа на других девушек! — Это напоминало разгадывание головоломки — надо подбирать последовательно разные движения, и тогда одно из них, может быть, сработает и откроет перед ним заветный сейф.

— Ты наверняка говорил то же самое всем девушкам, — запротестовала она, но уже несколько сдаваясь.

— Нет, правда, честное слово. Я думаю, что ты грандиозна. И я это говорю не потому, что мы с тобой сейчас вместе (ну что ж, лучше употребить такой мягкий оборот, чем просто и грубо ляпнуть: «Потому что собираюсь тебя сейчас трахнуть»)… а потому, что если тебе не хочется, то мы тут же прекратим. («Еще есть время, говори сразу, чтобы я мог прервать акт и спокойно пойти на работу».)

— Хм, так все парни говорят, — с трудом выдохнула из себя блондинка, в то время как пальцы Хью уже полегоньку ползали по внутренней поверхности ее бедер. Она уже явно начинала сдаваться.

— Нет, правда, я никогда раньше не чувствовал ничего подобного. Это не значит, что у меня не было женщин, ты же понимаешь. Я такой парень, которому постоянно нужны женщины.

Господи, слышала бы его сейчас Фрэнки! Наступила пауза. С каждой минутой блондинка слабела все больше. Вот-вот он ей докажет, на что способен такой парень, как он.

— А я бы все равно хотела, чтобы мы сперва узнали друг друга получше… гораздо лучше…

«Да заткнись ты со своей чушью, надоело! Сыт по горло!»

— Ты правда хотела бы этого?

Он едва ли не слышал своими ушами, как в сейфовом замке со скрипом поворачивается ключ. Он подступался все ближе… ближе… Ее ноги уже слегка разошлись в стороны.

— Мне кажется, ты относишься к тому типу девушек, в которых я могу влюбиться по-настоящему. — Это был его финальный, завершающий аккорд. Он сработал.

— О-о-о-х!

Словно пробка из бутылки с шампанским, блондинка издала пронзительный вопль и крепко впилась ногтями в его ягодицы… Полный финиш!

Наконец-то! Хью триумфально хмыкнул. Преграда взята! Он ее одолел. Он вошел внутрь.

ГЛАВА 13

— Просто не знаю, как тебе в этом признаться, но представляешь, я беременна три месяца! — выпалила Рита. Ее верхняя губа дрожала.

— Беременна?

Рита плаксиво кивнула:

— Причем близнецами.

— Господи помилуй! — прошептала потрясенная Фрэнки.

— Но тут есть еще кое-какие обстоятельства. — Рита замолчала, чтобы вытереть слезы, которые катились у нее по щекам. — Доктора сказали, что мне осталось жить шесть месяцев.

Молчание.

— Ты о чем сейчас думаешь? — спросила Рита, швыряя сценарий «Малибу мотеля» поверх ресторанного меню.

— Я думаю о том, что эта роль наверняка твоя, — улыбнулась Фрэнки. — После завтрашнего просмотра нам придется сказать прости-прощай, безработная актриса, и да здравствует новая мыльная звезда! Ты просто великолепна, детка.

— Правда? — Рита счастливо заулыбалась, чувствуя себя очень довольной собой. — То есть ты считаешь, что у меня получилось убедительно?

— Не очень, — слукавила Фрэнки, — но разве в этом соль? Ты ведь претендуешь на роль в американской дневной мыльной опере. А из того, что я видела дома по пятому каналу, я вынесла убеждение, что их игру, в принципе, нельзя назвать реалистичной, ты меня понимаешь? — Она взяла в руки сценарий и пролистала первые несколько страниц, особо обращая внимание на ремарки на каждой странице. — Насколько я полагаю, про твою героиню, Кимберли Картье, известно, что она беременна близнецами и умирает от какой-то мистической болезни, но при этом у нее еще есть время, чтобы убить своего мужа, завести интрижку с женихом своей лучшей подруги и поуправлять крупнейшей империей моды. Давай поговорим об этом последнем эпизоде. Как ты думаешь, что она собирается делать дальше? Баллотироваться в президенты?

— Ну, я не знаю, — булькнула в ответ Рита, потягивая из стакана воду. — Может быть, встать под душ и понять, что все это — просто чепуха собачья.

Они посмотрели друг на друга, а потом, не сговариваясь, начали вместе хохотать, расплескивая воду из стаканов по всему столу.

Они сидели возле ресторана «Хэнкеринкс» на площади Заходящего Солнца, где были сосредоточены целые созвездия весьма привлекательных ресторанчиков, сверхмодных кафе и бутиков, где сновало множество покупателей и — что совершенно необычно для Ла-Ла — пешеходов, которые превращали площадь в настоящий оазис среди перегруженной транспортом, бетонной пустыни бульвара Заходящего Солнца. По чистой случайности — и не имея никаких знакомств «в индустрии» — они ухитрились занять один из самых привлекательных столиков под открытым небом, откуда им было все хорошо видно, и они также находились на всеобщем обозрении.