Сюзанна Брокман - Опасная любовь

— Рон, Джерико перезвонит вам попозже!

Тяжело дыша, она обернулась к Джеду.

— Черт бы тебя побрал! — Джед решил, что сейчас в него запустят этим самым телефоном. — Ты, наверное, лучший артист на свете! И мне противно иметь с тобой дело, потому что никогда не знаешь, играешь ты или нет! — Она прищурилась. — Но сейчас ты ведь играл, верно? И я сорвалась напрасно? Ты не стал бы ничего рассказывать Рону, но ни за что теперь не сознаешься! — Кейт ткнула в его сторону пальцем и продолжала:

— Я знаю, что ты делаешь это не ради денег! Я знаю, что ты пришел сюда, потому что хочешь сыграть эту роль! Тебе достаточно произнести слово, чтобы угробить наш фильм! Ты волен звонить своему агенту и даже тащить нас в суд. И вполне возможно, что тебе удастся выиграть дело. Ты отомстишь, ты смешаешь меня с грязью, но если уж дело дошло до взаимных угроз, то помни, что, как только ты обратишься в суд, все вокруг узнают: ты признал, что тебе необходима нянька!

— Я ни в чем таком не признавался… — возмутился он. Но Кейт уже кричала во весь голос:

— И продюсер твоего следующего фильма — если таковой найдется — наверняка подумает: «Черт, а ведь это отличная идея!» И захочет прикрыться точно так же, как это сделала я, — а ты останешься с тем же, с чего начал! И будешь каждое утро первым делом мочиться в банку, а затем любоваться, как обшаривают твой трейлер! Вот только не известно, ради чего тебе придется так унижаться? Одно могу сказать наверняка: это уже не будет роль Ларами! — И она с размаху пихнула к нему телефон:

— Ты больше не будешь звонить Рону! А если ты все же это сделаешь, то не для того, чтобы нанять адвоката и обратиться в суд! Да, Бомон, тебе удалось меня одурачить — но ненадолго! Ты бесподобный артист, но я слишком многое о тебе знаю! Если понадобится — ты продашь душу дьяволу ради этой роли! И не собирался отказываться от нее сейчас! Ты любишь Ларами не меньше, чем я!

Ну и что теперь? Она его раскусила. Черт побери, она просто загнала его в угол! В отчаянии Джед чуть не схватился за телефон, чтобы и правда позвонить Рону. На какую-то долю секунды он готов был предпочесть деньги — хотя бы чтобы доказать Кейт О'Лафлин, что она ошиблась.

Но ведь она не ошиблась. Она все рассчитала. Роль Ларами для него дороже денег, дороже собственной гордости.

Джед замер в кресле под разъяренным взглядом Кейт. Он довел ее до белого каления, и она готова была ринуться в бой.

Да, он явился сюда, собираясь обыграть Кейт, заставить ее смягчиться и увидеть в нем друга. А вместо этого умудрился превратиться в смертельного врага. Джед понимал: самое умное — попросить прощения и исчезнуть подобру-поздорову.

Но он не мог так поступить. Да, Кейт выиграла этот раунд, но если у него все же остался хоть какой-то шанс что-то выторговать для себя — нужно делать это, пока не поздно.

— Я хочу, чтобы на обоих туалетах снова повесили двери, — процедил Джед, содрогаясь от ярости, вспыхивавшей с новой силой при одной мысли о том, за что ему приходится бороться. — И чтобы это было сделано сегодня же, до того, как я лягу спать!

— Хорошо, — неохотно кивнула Кейт.

Он смотрел ей в глаза, не пытаясь скрыть, насколько омерзительно ему создавшееся положение.

— Кроме того, я требую право вето на возможную замену Бобу Холландеру. И даже не вздумайте искать кого-то по объявлениям!

Кейт обессиленно плюхнулась в кресло.

— Я собиралась обратиться за помощью в центр реабилитации, чтобы оттуда прислали не новичка, но и не отставную гориллу с наручниками на поясе.

— Ну, наручники — это не так уж страшно, если мою надзирательницу будут звать Трикси и она явится в черных сапогах и с плеткой. Так вы согласны?

— Нет. Я, конечно, постараюсь посоветоваться с вами, но окончательный выбор оставляю за собой.

— Ну да, с какой стати останавливаться на достигнутом? Вы уже доказали, что умеете разбираться в людях! — Ну кто его тянул за язык!

Кейт аккуратно подровняла стопку бумаг у себя на столе и сердито ответила:

— Вы, мистер Бомон, лучше получите сначала «Оскара», тогда у вас будет беспроигрышная позиция на переговорах.

— Выгоднее, чем та, когда я валялся на кровати голый и скованный? — Джед заставил себя прикусить язык и встал. Пожалуй, ему лучше уйти — пока его честность и открытость не зашкалило окончательно. И тут его ошарашила новая мысль:

— А что мы будем делать, пока вы не нашли замену?

Она растерянно развела руки:

— Не знаю. Я еще об этом не думала. Надо поговорить с Виктором, а пока можно назначить кого-то из ассистентов.

— Вот-вот, кого-то из этих двадцатилетних сопляков, верно? Прямо не знаю — смеяться или плакать. Вы что? Между прочим, не далее как нынче утром Тони подкатывался ко мне раза три и предлагал дозу из собственных запасов!

Кейт так и подскочила на месте:

— Что?!

— Эй, не стоит делать из этого трагедию, — бросил Джед на полпути к двери. — Он, наверное, просто хотел быть дружелюбным, вот и предложил то, что мог. Он неплохой парень. И делал это от чистого сердца, а не для того, чтобы меня подставить.

Но Кейт уже схватилась за телефон.

— Анни! Ты помнишь ассистента по имени Тони? — Она помолчала и добавила:

— Тони Эванса. Да, его. Будь добра, подготовь приказ о его увольнении!

— Эй, эй! — возмутился Джед. — Погодите!

— Да, верно, — говорила в трубку Кейт, не обращая на него внимания. — И можешь передать ему на прощание, что наша команда работает без наркотиков. Да, если хочет — пусть явится ко мне, но это уже не поможет.

— Кейт, я рассказал это вовсе не для того, чтобы пацан получил пинок под зад! — Однако он так и не добился внимания, как будто внезапно стал невидимым.

— Да, — бубнила она в трубку своей помощнице, — и подбери ему замену. У нас полно местных жителей, желающих участвовать в съемках. Только предупреди их, что я не потерплю наркотиков у себя на площадке. А потом, будь добра, загляни ко мне. — И Кейт повесила трубку.

— Не могу поверить, что вы это сделали! — воскликнул Джед.

— Почему? — язвительно осведомилась она. — Жалеете, что потеряли поставщика?

— Это не смешно.

— Не смешнее того, что вы тут нагородили, — отрезала она и достала из стола пластиковую банку для анализа. — Полагаю, вам известно, как с этим обращаться.

— Мне известно, что бы я хотел с этим сделать!

— Ну вот, видите? — Она подтолкнула банку поближе. — Вы просто неисправимый весельчак — совсем как я!

— Это ни к чему! — Он отпихнул от себя банку. — Я же сам рассказал про Тони! Я не пытаюсь ничего скрывать! Я был бы последним идиотом, если бы воспользовался его предложением, а потом обо всем разболтал!