Алиса Корсак - Любовь наотмашь

– Не обижайся. Просто это несколько несвоевременно.

Надо отдать Ольгерду должное – он очень быстро взял себя в руки, пригубил шампанское, сказал с улыбкой:

– Я все понял, дорогая. Ты не готова, но я могу хотя бы надеяться?

Было бы честнее сказать ему правду, объяснить, что брак в принципе не входит в ее планы, но Алиса не смогла, ограничилась молчаливым кивком…

Клим никогда так не радовался возвращению домой, как сегодня. Из-за разыгравшейся непогоды рейс из Лондона откладывали два раза. Клим извелся в ожидании. Он до сих пор не научился мириться с потерей времени. Времени в жизни банкира Клима Панкратова не хватало катастрофически. И что груз ответственности – это не банальное словосочетание, он теперь понимал в полной мере. Осознание это пришло два года тому назад, когда от цунами в Таиланде погибли его родители. Оно легло на плечи враз осиротевшего Клима чугунной плитой и едва его не придавило. Он до последнего не хотел верить, что родителей больше нет. Вместе с Виктором летал в Таиланд на их поиски. Пропавшие без вести – это ведь еще не погибшие…

Тела родителей нашли спустя месяц. Клим похоронил их на тихом кладбище в Подмосковье и начал учиться жить с чистого листа. Ему досталась в наследство огромная финансовая империя, и он сотни раз мысленно поблагодарил покойного отца за то, что тот в свое время заставил его пройти весь путь, с самых низов. Теперь Клим точно знал, с чем именно ему предстоит столкнуться и, столкнувшись, не испугался.

Оказалось, что он – хитрый, жесткий и бескомпромиссный трудоголик. Оказалось, что управлять империей не сложнее, чем отдельным подразделением. Оказалось, что ему нравится такая жизнь.

Вот только время… Со временем Клим вел беспощадный бой, отвоевывал минуты, с трепетом закоренелого скряги складывал их в часы. Личная жизнь у него теперь измерялась не сутками, а именно часами, и оттого была торопливой и бестолковой.

Вот, к примеру, на сегодняшний вечер был запланирован ужин с Дашей, но рейс задержали, и личную жизнь пришлось отложить. Зато у него появилась редкая возможность поспать несколько лишних часов. В идеале было бы лучше поспать в самолете, сэкономить бесценное время, но отключиться на высоте нескольких километров над землей у Клима никогда не получалось. В душе жила совершенно иррациональная уверенность, что стоит только ему закрыть глаза, как самолет тут же потеряет управление. И Клим не спал, костерил себя на чем свет стоит и продолжал «держать ситуацию под контролем». Любопытно, что бы сказали подчиненные, узнай они, какая интересная фобия имеется у их железобетонного босса? Наверное, не поверили бы. Он давно научился скрывать свои страхи. Это стало частью его натуры. Возможно, кое о чем догадывалась Даша. Даша вообще была очень проницательной девушкой. С одной стороны, Климу это даже импонировало – умная женщина дорогого стоит, – а с другой, раздражало, мешало чувствовать себя мистером Безупречность.

С Дашей у него вообще были странные отношения. Этакий микст из любви и ненависти. Причем, процентное соотношение составных частей все время менялось. Перед его отлетом в Лондон, например, любви было процентов семьдесят, а ненависти – тридцать. И это был очень неплохой показатель. Случались дни, когда баланс смещался в сторону ненависти, и тогда Климу становился не мил весь белый свет. По части изобретения мелких каверз Даше не было равных. Она с легкостью могла отравить жизнь кому угодно. Впрочем, с такой же легкостью она умела превратить эту самую жизнь в сплошной праздник.

Иногда Клим очень жалел, что пять лет назад нарушил данное Виктору обещание не связываться с его младшей сестрой. Возможно, теперь его жизнь была бы намного скучнее, но уж точно – спокойнее. Сейчас, когда на его плечах постоянно лежал груз ответственности, он знал цену спокойствию. И если сегодня ему улыбнется удача, он урвет у судьбы несколько лишних тихих часов. Ему позволительно расслабиться, потому что встреча в Лондоне прошла успешно. Отец бы им гордился.

Расслабиться не удалось – дома его ждала Даша. Несмотря на поздний час, она не спала, в вечернем платье сидела перед телевизором, щелкала семечки.

– С возвращением. – Она и не подумала подняться ему навстречу, даже не посмотрела в его сторону. Из этого Клим сделал неутешительный для себя вывод, что за время его отсутствия баланс сил сместился в сторону ненависти. Все-таки, женщину с таким взрывным темпераментом, как у Даши нельзя надолго оставлять в одиночестве. Одиночество не идет таким особам на пользу, заставляет незагруженный проблемами мозг генерировать всякие бредовые мысли, придумывать несуществующие проблемы. Клим сбросил пиджак, ослабил узел галстука и только после этого отважился приблизиться к Даше.

– Привет. – Он поцеловал ее в крепко сжатые губы. От нее пахло семечками и виски. Клим удивленно поморщился: – Ты пила?

– Нет. – Она зло улыбнулась.

– Даша, не ври мне. – Он уселся рядом.

– А что так? – Она посмотрела на него с интересом. – Тебе же можно мне врать.

– Я тебе не врал. – Клим попытался обнять ее за плечи, но она вырвалась.

– Врал! Ты обещал, что сегодня вечером мы пойдем в ресторан! Где ресторан?! – Она огляделась. – Где? Я не вижу!

– В Европе непогода, рейс два раза откладывался. Я же звонил тебе из Лондона, объяснял ситуацию.

– Ты обещал отвести меня в ресторан, – упрямо повторила она. – Я ждала, а ты так и не появился.

– Я появился. Вот он я. – Клим собрал остатки воли в кулак.

– Поздно, милый мой. – Даша резко встала, семечки рассыпались по полу. – Ты всегда все делаешь слишком поздно!

– Ну, знаешь ли. – Клим развел руками. – Я не Господь Бог. Я не умею управлять погодой.

– А при чем тут погода?! – Даша сорвалась на крик. Стало очевидно, что она не просто слегка выпила, а набралась основательно. – Узко мыслишь, Климушка!

– А ты мыслишь широко? – не удержался он. Вообще-то, не стоило пререкаться с любовницей, когда она в таком состоянии, но даже его терпение небезгранично. Сколько можно терпеть сумасшедшие выходки этой девчонки?

– Я – широко. – Она горько усмехнулась, потрепала его по подбородку. Клим едва удержался, чтобы не отстраниться. – Я мыслю за нас обоих. Вот я тут думала, думала… – Она покачнулась на высоченных шпильках, чудом сохранила равновесие. – И пришла к неутешительным выводам. Ты меня не любишь, Климушка!

Они никогда не говорили о любви, ни разу за те пять лет, что длился их роман. Им неплохо вместе – вот и замечательно. А при чем тут любовь?! Да и есть ли она, эта самая любовь? Клим подозревал, что ее придумали женщины, назвали красивым словом обычные инстинкты и теперь шантажируют бедных мужиков, пугают неземной любовью. Даша не пугала, за что Клим ее и уважал. Даша называла вещи своими именами. Есть влечение и есть секс, а все остальное – пустые слова. Что же изменилось сегодня? Что заставило эту почти идеальную женщину заговорить о любви?