Сеймур Элстин - Игра в любовь

— Да, так и есть.

— Молодой мужчина вроде мистера Кросса — это именно то, что сейчас нужно мальчику, — откровенно намекнула миссис Моурленд.

Мэган закусила губу, но лишь пожала плечами. Миссис Моурленд жила с ними более десяти лет. Эта женщина была с Мэган после смерти ее матери и оказала неоценимую поддержку во время тяжелой беременности и после родов. Она никогда не осуждала Мэган и никогда не относилась к Кэвину иначе как к родному. Собственные внуки пожилой женщины были далеко, и Мэган, понимая, что Кэвин так же нуждается в миссис Моурленд, как та нуждалась в любви ребенка, искренне уважала ее за эту преданность.

— Такой молодой человек, как мистер Кросс, не может причинить никому зла, — почти торжественно, нараспев, произнесла домоправительница.

Не может причинить зла. Мэган едва сдержала себя, услышав эти слова. В какое-то мгновение вся история едва не сорвалась с кончика ее языка. Ей так нужно было выговориться, поделиться с кем-нибудь, попытаться найти выход из этой, казалось, безнадежной ситуации.

— Все когда-то совершают ошибки, дорогая, — мягко продолжила миссис Моурленд. — Не позволяй только одной ошибке разрушить всю твою жизнь.

Пожилая женщина редко касалась этой темы, и Мэган догадалась, что та замечает ее нервное состояние.

— У меня пока все в порядке, — ответила она совершенно машинально и обрадовалась, когда миссис Моурленд отложила в сторону шитье и целиком погрузилась в созерцание фильма. У Мэг сейчас все было далеко не в порядке, она находилась в растерянности. Как в те далекие дни, когда Дев оставил ее, когда она обнаружила, что беременна и страшно одинока. Видеть Дева и Кэвина вместе было слишком сильным ударом для ее неустойчивого душевного равновесия. Как только ни старалась, она не могла избавиться от стоящей перед ее глазами картины — Кэвин радостно бежит к протянутой руке Дева.

Почувствовав дурноту, Мэг встала и удалилась в библиотеку. Она села в кресло у камина и попыталась вникнуть в смысл бумаг, взятых со стола отца, но слезы застилали глаза.

Дверной звонок прервал ее горькие мысли. Мэган наскоро вытерла слезы и взглянула на часы. Было уже поздно, но посыльные от отца являлись порой и в более неподходящее время. Она поднялась и направилась к двери.

— Я открою! — крикнула она миссис Моурленд, проходя мимо ее комнаты.

И хоть Мэг не ожидала увидеть Дева, стоящего словно в сиянии от яркого света люстры, висящей в холле, она не удивилась. Казалось, она вызвала его сюда своими мыслями, и он явился, услышав ее мольбу и страстное желание.

— Мэг, я… — Дев запнулся, не найдя нужных слов, чтобы объяснить, почему он здесь в такой час.

Мэг молчала. Она наклонила голову, и свет безжалостно раскрыл ее заплаканное лицо. Дев очень медленно протянул руку и нежно провел кончиками пальцев по следу слез на щеке.

Неожиданно, не вполне понимая, как это произошло, Мэг оказалась в его объятиях. Он привлек ее к себе и прошептал:

— Господи, Мэг, прости. Я противен тебе, да? Я причинил тебе столько страданий и все продолжаю делать это. Я никогда не хотел этого, никогда… — Она почувствовала, как он весь дрожит, уловила боль в его голосе, поднимающуюся из глубины души. — Прости, прости меня, — страстно молил он, прижимая ее к себе еще сильнее, и только теперь она поняла, что тоже вся дрожит. — Тебе больше не придется плакать. Я уйду, исчезну, клянусь тебе, Мэгги, я навсегда покину твою жизнь, если ты этого захочешь. Не плачь, пожалуйста. Только скажи — и ты никогда больше не увидишь меня…

— Нет! — вырвалось у нее, и она почувствовала удивление Дева.

— Мэг? — прошептал он ошеломленно.

Мэг сама была потрясена своим признанием. Дев чуть отодвинул ее от себя, так, чтобы посмотреть ей в лицо.

— Я думал, ты ненавидишь меня. — Каждое слово звенело от усилий говорить спокойно, сдерживало сумасшедшую надежду, которая — она видела — блестела в его глазах.

— Я сама не знаю, чего хочу. — В ее голосе слышалось отчаяние. — Но жить, как сейчас, не могу. Я все время нахожусь в смятении. Это как на “американских горках” — контролируешь себя одну секунду, а потом снова проваливаешься вниз…

— Я понимаю…

— Я не могу больше жить так, как живу сейчас, — шептала Мэг. — Я не могу все держать в себе, как в закупоренной бутылке, чувствую, что вот-вот взорвусь.

— Не надо, дорогая, — возразил он неожиданно настойчиво. — Надо открыться. Поговори со мной.

— С тобой? — Она посмотрела на него недоверчиво. — Но ты как раз и есть та причина, от которой мне так плохо!

— Я это знаю. Вот почему тебе необходимо поговорить именно со мной. Давай поговорим, Мэг. — Его губы печально скривились. — Ты должна сказать мне все, что ты обо мне думаешь, и почувствуешь себя лучше.

— Я сейчас ни в чем не уверена.

Дев на миг закрыл глаза, и она поняла, что он не хочет, чтобы она увидела в них вспышку надежды. Когда Дев открыл глаза, в них светилась решимость.

— Поговори со мной, Мэг, — настаивал он. — Выскажи все, что накипело. А потом, если надо, я уйду. Уйду навсегда.

— Я не знаю…

— Мы должны обо всем переговорить, Мэг. Ни ты, ни я не сможем излечиться, если не сделаем этого. Лучше всего все высказать тому дураку, из-за которого ты мучаешься…

Она все еще колебалась. Желание высказаться жгло ее, и она пыталась найти способ выйти из замешательства. Дев, видимо, уловил ее нерешительность, потому что опять стал уговаривать:

— Пойдем в какое-нибудь нейтральное место, Мэг. Туда, где нам никто не помешает. В любой момент ты можешь прекратить разговор, если захочешь, и я отвезу тебя домой и не задам больше никаких вопросов. — Он взглянул ей в глаза. — Здесь есть кому присмотреть за Кэвином?

Она медленно кивнула, его беспокойство о сыне тронуло ее.

— Миссис Моурленд.

Когда разговор сложился таким образом, Мэган уже поняла, что у нее нет выбора. Дев был прав, есть вещи, с которыми надо разобраться до того, как они рано или поздно исковеркают вашу жизнь. Она нервно кивнула Деву, сказала несколько подобающих слов миссис Моурленд и вышла из дому.

Дев поставил джип на тормоза и выключил зажигание. Звук прибоя доносился с берега, а над ними смутно темнели застывшие силуэты тяжелых машин и механизмов в безмолвной сейчас строительной зоне.

— Я знаю, ты любишь океан, — сказал он после минутного молчания. — Мы могли бы пройтись… Эта часть берега совершенно безлюдна из-за стройки, так что нас никто не потревожит.

Мэг молча кивнула и вышла из машины. Какое-то мгновение она попыталась справиться с ветерком, стараясь пригладить растрепанную прическу.

— Я давно не ездила в машине с открытым верхом.