Рэдклифф - Невинные Сердца

– Точно не знаю, Кейт. Скорее всего, она ехала мимо, увидела нападение и попыталась помешать ограблению. Городской маршал и еще несколько мужчин поехали туда с повозкой, чтобы подобрать ее и Марли. Они уже должны вот-вот вернуться в город. – На этом Таддеус прервался, потому что промчавшийся мимо дочери Мартин уже бежал вниз по лестнице. Они вылетели на улицу, хлопнув дверью.

Кейт прислонилась к стене, да так и сползла вниз. Усилием воли она заставила себя думать. Перед ее мысленным взором предстала Джесси: ее небесного цвета глаза, золотистые волосы, застенчивая улыбка. Кейт уже доводилось видеть лик смерти. Во время их трудного, наполненного лишениями переезда на Запад она видела, как от несчастных случаев и болезней гибли мужчины, женщины и дети. Но умереть вот так? Чтобы жизнь такого благородного и доброго человека, как Джесси, взяли и оборвали какие-то подлецы, которым нет дела ни до законов, ни до нравственных принципов? Впервые за все время Кейт поняла, что у этого яркого нового мира, который она открыла для себя в Новой Надежде, оказывается, тоже была своя темная сторона. Здесь смерть могла настичь внезапно, независимо от справедливости и достоинств человека.

– О боже, только не Джесси! Пожалуйста, – шепотом взмолилась Кейт. Ей еще никогда не было так страшно.

В конце концов, именно страх придал ей сил. Она рванулась в свою комнату и торопливо сбросила халат и ночную рубашку. Роясь в комоде в поисках нижнего белья, Кейт наткнулась на фотографию Джесси, которую она сделала тогда на их пикнике, а потом затолкала подальше на всякий случай.

– Ох! – вырвалось у нее. Кейт с нежностью взяла снимок обеими руками и поднесла к глазам. Пока она внимательно разглядывала фотографию Джесси, ее глаза медленно наполнились слезами. Она вспомнила беззаботную улыбку Джесси и легкое прикосновение ее руки, когда они сидели рядышком под безоблачным небом, когда ничто не предвещало трагедии. Воспоминания о той встрече оказались настолько сильными, что бросили Кейт в дрожь.

– Кейт! – окликнула ее Марта, возникшая на пороге комнаты дочери. – Куда ты собралась в столь ранний час?

Кейт прижала фотографию к груди и ответила, не оборачиваясь:

– Произошло ограбление. Я иду в центр, чтобы узнать, что происходит.

– Там тебе не место, – заявила Марта, обеспокоенная больше безопасностью дочери, чем приличиями. – Там могут быть неприятности. Кейт наконец повернулась и посмотрела на мать.

– Я должна что-то сделать, – упрямо сказала она. – Я не могу сидеть здесь в неизвестности.

На главной улице собралось немало переходивших с места на место людей, казалось, эта толпа живет своей жизнью. Мужчины стояли на ступеньках перед конторой маршала, размахивая ружьями и призывая отправиться всем вместе в погоню за разбойниками. Мужчины, женщины и дети топтались под окнами кабинета врача, стараясь заглянуть внутрь и возбужденно разговаривая, причем хором. Кейт стояла с краю от толпы, ей тоже хотелось увидеть, что там происходит. Она была напряжена до предела, в ожидании услышать хотя бы что-нибудь про Джесси. С каждой секундой ее тревога росла.

– Простите, – обратилась она к стоявшему вблизи мужчине. – Есть ли какие-то новости?

– Пока точно неизвестно, – он покачал головой. – Кого-то застрелили, но никто не знает, кого именно. – С этими словами он отвернулся, потому что поднявшийся гул голосов явно означал, что что-то вот-вот произойдет.

Кровь стучала в висках Кейт с такой силой, что она боялась упасть в обморок. Услышав грохот повозки по разбитой дороге, девушка стала проталкиваться сквозь толпу, позабыв о хороших манерах. Я должна увидеть все собственными глазами, иначе я сойду с ума!

Подойдя поближе, Кейт увидела, как мужчины вытащили накрытые одеялами тела из повозки и понесли их в один из домов. Зрелище было настолько ужасное, что сознание девушки отказывалось верить в происходящее. Пробившись к повозке, Кейт заглянула внутрь. Ее глаза распахнулись от ужаса, и стало больно дышать.

На жестких деревянных досках неподвижно лежала Джесси. Волосы у нее были испачканы кровью, на лбу зиял длинный порез, а слева на груди, рядом с плечом, виднелась ужасная темная дырка. Рубашка на ее груди и часть одеяла пропитались кровью. Губы Джесси побелели, и она лежала не шевелясь. Пугающе тихо.

– Джесси, – прошептала Кейт с бесконечной мучительной болью в голосе. – О нет, Джесси!

Подошли какие-то незнакомые мужчины и бережно вытащили Джесси из повозки. Кейт услышала, как она тихо застонала. От этого слабого стона у Кейт чуть не разорвалось сердце, и она прикусила губу, чтобы не разрыдаться. Видеть, как Джесси страдает от боли, было для нее невыносимо. Еще хуже был терзавший Кейт ужас при мысли о том, что Джесси отнесут в этот крошечный мрачный лазарет, откуда она может не выйти живой.

– Дайте мне взглянуть на нее, – распорядился раздраженный голос, принадлежавший мужчине средних лет, который расталкивал плотно стоявших людей, пробираясь к повозке. Вид у него был изрядно замученный. Кейт узнала доктора Мельбурна. Он заглянул под рубашку Джесси, с тревогой покачал головой, после чего обвел взглядом собравшихся вокруг жителей городка.

– Мне нужно, чтобы кто-нибудь из женщин помог мне. У нее в груди застряла пуля, и если ее не вытащить, она умрет. Мне будет некогда с вами возиться, если вы вдруг хлопнетесь в обморок, когда я начну копаться в ней, поэтому трезво оцените свои силы. Она умрет… она умрет… умрет…

– Нет! – жалобный крик Кейт потонул в стоявшем вокруг шуме и гаме. Не понимая, что ей делать, но зная, что она не может стоять столбом и позволить Джесси исчезнуть, девушка протиснулась мимо двух крупных мужчин, стремясь приблизиться к раненой женщине. – Я могу помочь… – начала Кейт.

– Давайте тогда начнем, док, – твердо сказала блондинка с ярко-зелеными глазами и встала рядом с ним. Она мельком взглянула на ватную Джесси, а потом встретилась взглядом с доктором. – Она, конечно, сильная, но все равно не железная.

Доктор Мельбурн кивнул, на его лице была написана Решимость. "Пойдем, Мэй. У нас есть работа", – сказал он.

Несколько мужчин подхватили Джесси и понесли в лазарет вслед за врачом и его неожиданной ассистенткой. А Кейт осталась стоять в гуще толпы, чувствуя себя беспомощной и ужасно одинокой.

Кейт застыла на той самой скамейке, где чуть больше двух месяцев назад она познакомилась с Джесси Форбс. Теперь ей казалось, что с того момента прошла целая жизнь.

Пока она сидела, гипнотизируя дверь в лазарет в ожидании каких-нибудь вестей, Кейт копалась в себе и наконец поняла, что все последние недели она хотела лишь одного – увидеть Джесси снова. Как только Джесси уехала из города после ярмарки, Кейт сразу стало не хватать ее. Каждый день, когда она занималась повседневными делами, – продолжала узнавать свое новое место обитания и осваивать новые обязанности, помогала Милли в школе, делала семейные портреты друзей и соседей, даже развлекала разговорами Кена Тернера – все это время она безотчетно скучала по Джесси.