Анжелика Терешкова - Танцорка

- Здрасте... - выдавила я и села возле мамы, а не возле Малика. Он же нахмурился, судя по всему ожидая, что по приходу все будет нормально. Но не тут-то было, такие выходки спускать я не собиралась. Ибо если не прибить на корню такую наглость, дальше, станет хуже. Я сидела, чувствуя, как все четыре пары глаз в комнате прожигают дыру во мне, причем это было ощущение не из приятных. И что, казалось бы, я-то сделала? А ничего, однако на меня, как на провинившуюся уставились, прекрасно...

- Как дела у вас с Маликом? - спросил почему-то его отец, причем меня, а не сына, не кажется странным?

- Все в порядке, а почему вы спрашиваете? - ответила я, как ни в чем не бывало, родителям рассказывать о наших склоках не хотелось, вот если разбежимся, все станет и так ясно, а пока не произошло ничего кардинального, поднимать панику и выслушивать советы и тому подобное - увольте.

- Потому что мой сын расстроен, а ты не села рядом с ним.

- Не думаю, что причина его плохого настроения я, - ответила все в той же манере, вежливо и спокойно.

- Мы хотели пригласить вас с нами в поездку, в Италию. На месяц, у меня там командировка и Малик пригодился бы мне, чтобы помочь, а ты и его мать составили бы нам компанию.

Совпадение? Не думаю... Именно когда я пошла на такие желанные тренировки, к одному из наилучших тренеров, тут бац - поездочка... Будь такое месяц аль полтора назад, я бы согласилась, а сейчас я молчала, обдумывая ответ, а точнее отказ, ибо ставить под удар карьеру из-за месяца в Италии не собиралась. Я понимала, что это будет некрасиво, может даже обидно для Малика и его родителей, но я эгоистка по натуре, и думаю в первую очередь о себе. Я посмотрела на Малика, тот молча, спокойно смотрел мне в глаза. Ждет? Или уже знает, что я откажусь?

- А можно мне обдумать ваше предложение? - интересуюсь спустя пару минут молчания.

- Можно, только каков смысл раздумий? У тебя уникальная возможность бесплатно отдохнуть в прекраснейшем месте, от такого не отказываются, - сказала теперь его мать, достаточно надменная особа, я хочу вам сказать.

- Ромина не падка на подобное, вот если бы вы предложили ей что-то, связанное с танцами, она бы сразу согласилась, - почти не скрывая сарказма, сказал Малик своей матери, что было весьма неприятно.

Я улыбнулась, фальшиво, мило, почти по-голливудски.

- Прошу меня извинить, я только с тренировки, и смертельно устала, пойду, прилягу, приятно было повидаться, - сказала на манер скудоумной блондинки, мол, я вся такая неженка, ммм...

- Не думай слишком долго, другой такой возможности может и не быть, - сказал его отец, когда я уже вставала с диванчика. Однако я, кивнув с улыбкой, удалилась без слов. Мужчины ведь любят, когда последнее слово за ними? Вот, пусть возрадуется.

Поднялась к себе и кинула сумку у шкафа, стала переодеваться, но мое летаргическое состояние нарушил вошедший в комнату без стука... Малик. Однако он смолчал, хотя обычно вваливался и хватал меня, тормошил, и хоть что-нибудь да говорил, потому я и сделала вывод: молчащий Малик - это ненормальный Малик. Но выяснять что-либо не собиралась. Так же как и нарушать сама тишину, в данном случае. Я разделась до белья, а после и вовсе стояла в одних стрингах, делая вид, что его попросту нет в комнате. Взяла шорты, чистое белье, топ, и пошла в ванную. Ну, обычно я принимаю душ после тренировки, но сейчас я злорадно набирала воду в ванную, ибо собиралась поваляться в ней, по крайней мере, часика полтора. Пусть ждет... И вот ванна готова, и я, нагая, окунаюсь в блаженную пенную воду. Что может быть прекрасней для ноющих мышц и нервов? Я тоже думаю, что ничего. Откинув голову на бортик ванной, а руки уложив на живот под водой, лежала расслабленно. Еще бы музыку включить, и был бы рай. Ванна занимает второе место в порядке вещей, которые я обожаю, на первом не сложно догадаться, что будет. Как и на третьем. Что, гадаете, о чем я? А я о какао, оно занимает почетное третье место. А дальше я вот пока не думала.

- Ты ведь откажешься, да? - выбил меня из моего полумечтательного состояния спокойный голос.

- Да, - коротко ответила, без эмоций, совсем.

- Почему?

- Тренировки. - И он спрашивает? С ума сойти: зная, насколько для меня все это важно, он задает на удивление наиглупейшие вопросы, тут ведь очевидно, что я выберу.

- Важнее семейной поездки?

- Важнее, это твоя семья, не моя.

- Я поражаюсь, ладно я-то, но мои родители, если они узнают, почему ты отказалась, обидятся и очень сильно.

- Их право, но каждый выбирает то, что ему дороже и важнее.

- Это глупо.

- Я так не думаю.

- Сколько можно упрямиться? - спросил он, нахмурившись, что снова начало злить меня.

- А ты Виолетту позови, уж она-то от такого вряд ли откажется, - ехидно сказала в ответ, чуть сузив глаза.

- А она тут причем?

- Ну, она ведь готова целовать землю, по которой ты ходишь, а я такая неблагодарная, не ценю такой дар свыше в твоем лице.

- Ты говоришь бред, Ромина, - фыркнул он, садясь рядом с ванной. А я отвернулась, ну вот, испортил такой блаженный момент... нигде нет покоя, что за день сегодня...

- Просто не трогай меня, я злюсь, обижаюсь, и устала.

- Видимо, много энергии занимает красование перед сворой мужичков.

- И не поверишь, очень много, - язвительно ответила. Да что б его! Умеет выдавить эмоции, словно кровь из пальца... как же бесит, особенно то, что даже в таком состоянии его глаза меня гипнотизировали... лишали воли, убивали возможность думать. Он же схватил меня за руку возле локтя, потянув на себя - не больно, но дико неприятно.

- Зачем ты снова злишь меня? Я тут места не находил себе, ты телефон выключила! - прошипел он у моих губ, а я ответила холодным взглядом. Ох, лучше бы ему не злить меня снова. Иначе покатится мальчик кубарем из этого дома, без права на возвращение.

- Отпусти мою руку.

- Нет.

- Да, - я с силой вырвала ее, обдав нас брызгами, возникшими от того, что рука влетела на скорости в пенную воду, а не будь воды, я бы вписалась ею в стену, печально...

- Ром...

- Вали отсюда, видеть тебя не хочу.

- А я хочу.

- Твои проблемы.

- Да что с тобой? Тебе наши отношения не так важны, как танцы?

- Именно, неужели ты это понял?

- Это не смешно, - сказал он тише на полтона, и посмотрел мне в глаза.

- А я и не смеюсь, я вполне серьезно, - увидела боль в его глазах, отчего кольнуло в сердце. Я любила его, безумно, каждой частичкой души, всем своим нутром, но танцы... Танцы - это мечта, это мой путеводитель, моя страсть, мое все. И если бы он поставил выбор, он или танцы, я бы сжав кулаки, закусив до крови губу, со слезами, но выбрала бы танцы.

- Почему? Ты не любишь меня?