Сьюзен Льюис - Слезы счастья

— А в моей жизни, — протянул Тони, — главная любовь — это, совершенно определенно, ты, моя милая.

Предвидя такой поворот, Лиза со скучающим видом закатила глаза и сказала:

— Разумеется, и, наверное, именно поэтому ты не сказал ни слова против, когда я объявила, что между нами все кончено.

Тони изумленно на нее воззрился.

— А что я мог сказать? — беспомощно воскликнул он. — Ты не желала выходить за меня замуж и даже постоянно жить со мной под одной крышей, а ведь, видит Бог, я просил тебя, и не раз. Я хотел от тебя детей, хотел завести собак и кошек, фей на рождественской елке... Я хотел того же, что и ты, но ты все боялась мне поверить, и в конце концов мне пришлось тебя отпустить, хотя бы для того, чтобы самому не тронуться рассудком. Знаешь, как ты сводишь с ума нашего брата?

— Прекрати разговаривать, как Крокодил Данди, — огрызнулась Лиза. — И будь ты до конца откровенным, признал бы, что не пытался меня удержать, потому что слишком стыдился себя, после того как умудрился угодить за решетку за отмывание денег.

Тони смущенно поморщился.

— Но это было недоразумение, — напомнил он. — Они даже не выдвинули обвинений.

— Потому, разумеется, что кто-то подкупил филиппинскую полицию.

— Неправда. Деньги, о которых идет речь, были получены законным путем, что сумел доказать мой адвокат. Ты, конечно же, не забыла об этом.

Лиза помнила, но все равно сомневалась, что в этом деле все было настолько чисто, насколько это удалось представить Тони и его весьма подозрительному адвокату. Впрочем, важно было, что он вернул себе свободу, и, хотя тот случай оказался для Лизы последней каплей, приходилось признать, что у нее не было полной уверенности, ушла бы она от него, если бы он умолял ее остаться.

— А чем ты теперь занимаешься? — спросила она, решив, что от этих конкретных рифов беседу лучше увести. — Кто та несчастная, с кем ты проводишь время? Я знаю, у тебя наверняка должна быть такая. По последним слухам, которые до меня доходили, ты жил со стриптизершей в Сингапуре.

Тони обрадованно рассмеялся.

— Вообще-то, она была танцовщицей, притом бывшей, из парижского кафе «Мулен Руж», — поправил Тони, — и жили мы в Сенегале, но я понимаю, что при переводе подобные мелочи могут искажаться.

Лиза продолжала поглядывать на него скептически.

— И где она сейчас?

— Насколько я знаю, по-прежнему там. Мы не поддерживаем связи. Я всегда считал, что раз уж с чем-то покончено, то покончено навсегда, согласна?

Зная, как бы ему хотелось, чтобы она возразила, Лиза просто пропустила это мимо ушей и повернулась к официанту, который подошел принять заказ.

— Вообще-то, мы еще не выбирали, — сказал ему Тони, — но я уверен, это не займет много времени. — Быстро пробежав глазами предложенный ассортимент комплексных обедов, заказал за двоих и отдал меню.

— Тебе случайно не приходило в голову, что мне могло захотеться выбрать самой? — спросила Лиза, когда официант исчез.

— Приходило, но потом я вспомнил, как тебе нравилось, когда я много себе позволял, и я подумал: «Тони, дружище, почему бы тебе не произвести на даму впечатление и не показать, что ты по-прежнему в отличной форме?»

Глотнув шампанского, чтобы утопить приступ смеха, Лиза сказала:

— Где ты сейчас обитаешь?

Явно обрадовавшись, что она проявляет к нему интерес, Тони ответил:

— Котсуолдс.

Лиза чуть не подавилась.

— Премилое местечко, — добавил он.

Она качала головой.

— Нет, я прошу прощения...

— Это правда, — настаивал Тони. — Я теперь весьма солидный малый... чувак... парень... — называй как хочешь. Взял себе скромненький особнячок недалеко от Страуда и официально признан добропорядочным членом общества. — Он вскинул руку, изображая знак «стоп». — Пока ты не сказала чего-нибудь неприличного, позволь напомнить, что тебе никогда не нравились грубые шутки, поэтому прошу, не разочаровывай и не ставь себя в неловкое положение рассуждениями о добропорядочности моего члена.

Изо всех сил стараясь не расхохотаться, Лиза сказала:

— И как же на тебя свалился этот особнячок? Только не говори, что выиграл его в Вегасе.

Он сощурился.

— Не совсем. В Монте-Карло.

Она смерила его всепонимающим взглядом.

— И долго ли, интересно, он за тобой продержится, прежде чем ты точно так же его проиграешь?

— Такого не произойдет. Я же говорю, я другой человек — надежда и опора паствы. Я даже обзавелся собственным процветающим делом.

Лиза подняла брови.

— И чем ты занимаешься?

Он засиял от гордости.

— Перед тобой, моя золотая, Антиквар с большой буквы, у которого под рукой собственный магазин и запасник, а в покупателях — сливки общества.

Лиза удивленно заморгала.

— Но ты же не имеешь ни малейшего понятия о предметах старины.

— Знаешь, может, прозвучит странно, — сказал Тони, нахмурившись, — но оказалось, что это не такая уж большая проблема.

Невольно рассмеявшись, Лиза подождала, пока официант наполнит их бокалы, а когда они опять остались одни, сказала:

— Ты правда выиграл «особнячок», если он существует на самом деле, в Вегасе?

— Он существует, и это было в Монте-Карло.

Лиза ждала, как он ответит на вопрос.

— Ладно, ладно, сдаюсь, я получил его в наследство от старой бабушки.

— Знаешь, мне было бы легче в это поверить, будь у тебя старая бабушка, — со вздохом сказала Лиза.

Лицо Тони было торжественно-серьезным.

— Ну, теперь, конечно, нет, — отозвался он. — Она скончалась пару лет назад, и ее любимый внук — то бишь, moi [15] — оказался единственным наследником.

Лиза по-прежнему не спешила верить.

— Как получилось, что я ничего не знала об этой бабушке? — спросила она.

— Вот ты спросила, и я только теперь начинаю об этом задумываться, — признался Тони. — Единственный ответ, который мне приходит на ум, заключается в том, что парень, чувак, пацан — называй как знаешь — должен держать в запасе какие-нибудь секреты, иначе не успеешь оглянуться, как он утратит свою загадку. А мы прекрасно знаем, что парень, и так далее по тексту, без загадки — все равно что парень без достоинства. Никому не нужен, и себе в первую очередь. — Он одарил Лизу одной из своих самых ослепительных улыбок и в своем неповторимом стиле перевел разговор на другую тему: — Расскажи, как поживает очаровательная Матильда? Все вальсирует?[16] Я всегда обожал эту женщину. И сейчас люблю ничуть не меньше.

Лиза прищурилась.

— По какой-то невероятной причине чувство было взаимным, но, к счастью, мама уже к тебе остыла.