Тумановская Любовь - Allegro в четыре руки. Книга первая

Глава 18

Ноябрь, 2008 год, Киев.

Минут через пятнадцать мы подъехали к белым воротам, продолжением которых служил высокий забор из блоков.

– Ну, вот мы и приехали, – улыбнулся Алексей.

Ворота автоматически открылись, и наш автомобиль заехал во дворик, освещённый десятком симпатичных кованых фонарей. Эти фонарики расположились вдоль ровных, аккуратно выложенных дорожек и чудесно освещали дворик и похожий на огромную избу деревянный дом.

Дёмин подал мне руку и помог выйти из машины. Пока он загонял свой джип в гараж, я стояла у крыльца и рассматривала всё вокруг.

Даже при свете фонарей можно было заметить, что дворик был ухоженным и чудесно обустроенным. Однако в это время года здесь было по-осеннему грустно и тихо. Глядя по сторонам, я на секунду представила, как должно быть красиво здесь летом: в центре двора стоит большая садовая качалка с навесом, немного дальше, под деревом притаилась просторная деревянная беседка, из глубины сада доносится журчание декоративного фонтана, и весь двор благоухает чудесным ароматом цветочных клумб и великолепных розовых кустов.

– Тебе здесь нравится? – закрывая гараж, спросил Алексей.

– Тут мило… – осторожно ответила я. – Это твоя дача?

– Нет. Я арендовал этот дом.

Алексей открыл двери и пригласил меня внутрь. Оставив верхнюю одежду и обувь в прихожей, мы миновали небольшой коридор и очутились в уютной гостиной. В доме приятно пахло деревом. И это неудивительно, ведь он был весь сооружён из массивных брёвен.

– Располагайся, Виктория, и чувствуй себя как дома. А я пойду на кухню и разогрею нам ужин. Ты ведь, наверняка, голодна… – сказал Дёмин.

– Нет, не голодна, – робко проговорила я.

– Ты обманываешь меня, принцесса... Я знаю, что ты голодна, – закатывая глаза, вздохнул он. – Не стоит этого делать. Не лги мне, пожалуйста, никогда и не в чём. Даже в мелочах не лги... Некоторые люди ошибочно полагают, что существует ложь во благо, и обманывают своих близких, бесстыдно оправдываясь тем, что якобы стараются уберечь их от боли и страданий. Я не принадлежу к числу таких людей и не считаю так. По-моему, ложь в любом виде и под любым предлогом остаётся ложью и для неё не может быть никаких оправданий! К тому же, как известно, рано или поздно всё тайное становится явным… Я говорю всё это тебе к тому, чтобы ты просто знала: я терпеть не могу лжи и не прощаю её… Кстати, не лгать – это правило номер два.

Покончив с очередной порцией поучений, Алексей развернулся и сделал шаг в сторону кухни.

– А тебя это правило тоже касается? – с иронией бросила я ему вслед. – Или же это игра только в одни ворота?

Мои слова заставили его остановиться. Он медленно развернулся ко мне и с улыбкой произнёс:

– Надеюсь, в скором времени ты сама ответишь на свой вопрос…

Удовлетворившись столь неоднозначным ответом, что называется "в стиле Дёмина", я не стала больше ничего говорить на эту тему, а просто предложила пойти вместе с ним на кухню.

Кухня состояла из двух частей – кухонной зоны и столовой. Эти два отсека разделяла широкая овальная арка. Посреди столовой стоял прямоугольный стол с шестью стульями, накрытый на две персоны. В центре стола на белой скатерти красовались серебряный подсвечник со свечами и маленькая ваза, тесно набитая миниатюрными розочками.

Алексей достал из холодильника уже готовый ужин и стал разогревать его в микроволновой печи. Когда блюдо разогрелось, он стал выкладывать еду на тарелки: это был аппетитный плов со сладковато-медовым ароматом. Потом он достал из того же холодильника большую тарелку с салатом и принёс откуда-то бутылку красного вина. Ещё поставил на стол поднос с фруктами и кувшин с соком. Глядя на то, как он умело и быстро справляется со всем, я чувствовала себя немного неловко.

Однако Алексей категорически отказался от моей помощи, объяснив это тем, что он меня пригласил, я его гостья и не пристало гостям на кухне хозяйничать – поэтому он сам всё сделает. К тому же, рассказал он, кухня его не пугает: он многому научился с тех пор, как стал жить один. Он горд тем, что умеет готовить, и подчеркнул, что получает от процесса приготовления еды огромное удовольствие. И хотя у него работает домработница, она приходит всего три раза в неделю: Дёмин признался, что вообще не любит, когда в доме посторонние люди.

– Мой дом – моя крепость! – сказал он. – Это моё личное пространство, место, где я могу уединиться, оставив за бортом весь мир. Так и должно быть!

Я же в свою очередь поведала ему, что когда приехала в Киев и поселилась на квартире, то тоже начала постигать мастерство приготовления еды, во многом благодаря бабе Гале. До этого у меня не было возможности заниматься подобными делами. Но я очень не хотела быть похожей на маму, которая всегда ощущала себя на кухне, как на вражеской территории, поэтому, не смотря на катастрофическую нехватку времени, взялась учиться готовить…

И вот стол был накрыт. Алексей зажёг свечи, включил спокойную музыку и пригласил меня за стол. Мы сели друг против друга. Он наполнил бокалы вином, мы выпили за встречу и стали не спеша трапезничать.

Спустя какое-то время Дёмин спросил:

– Ты была задумчивой в машине и сейчас молчишь… О чём ты думаешь, принцесса? Тебя что-то мучает?

"Конечно, мучает! – негодовало моё подсознание. – Всего-навсего тысяча с лишним вопросов: Что, собственно говоря, я здесь делаю? Почему позволила тебе увезти себя неизвестно куда, на ночь глядя? Зачем мне всё это нужно? Почему я не в силах тебе сопротивляться? Что со мной происходит, когда ты рядом? – И это далеко неполный список…"

– Нет. Со мной всё в порядке, – вместо этого ответила я.

– Это хорошо, – сказал Алексей. – Не нужно ни о чём думать, когда мы вместе. Я не хочу, чтобы в эти прекрасные моменты твою голову занимали какие-либо другие мысли. Пусть там буду только я…

Его прямолинейность меня изумила! Я знала, что он самовлюблённый эгоист и честолюбец, но чтобы настолько…

Алексей улыбнулся.

– Выпей соку, Виктория… – подал он мне стакан.

– Похоже, у тебя склонности к узурпаторству? – в растерянности промолвила я.

– Нет! – рассмеялся Дёмин. – Но я, без преувеличения, очень властный человек. Другими словами, собственник. Ты знаешь, кто такой – собственник, Виктория?

– Да, знаю, это человек, который не хочет ни с кем делиться. Думаю, мы все немного собственники... Но ты всё же узурпатор… Разве я давала тебе своё согласие на то, чтобы ты называл меня Викторией? Что-то не припоминаю такого… Как известно, все зовут меня Кирой. Назови причину, по которой ты должен стать исключением.