Пепел прошлого (СИ) - Евсения Медведева

намного больше, чем предыдущие два, — она растирала красный нос белоснежной варежкой с налипшими льдинками. Ярко-желтая шапка в тон горнолыжному костюму делали ее похожей на цыпленка.

— Ты транжира, Мани. Настоящая транжира. У нас осталось только два свидания.

— Разве этого мало? — она закусила губу и отвернулась, чтобы спрятать румянец смущения.

— А что будет дальше? — протянул руку, чтобы перехватить ее раскрасневшиеся пальчики. Ледяные подушечки уютно устроились в моей большой ладони. Поднес руку ко рту и выдохнул на них весь жар, сжигающий меня изнутри.

— Мам, вот она! — Ванька бежал по дороге, таща за собой девчонку в красном комбинезоне. Она сопротивлялась, а глаза, в которых плескались слезы, искрились гневом и непониманием.

— Мила, Ваня, немедленно в дом! Все мокрые! Мила, только попробуй расплакаться! — Лиза вздрогнула и стыдливо выдернула свою ладонь — Иван, завтра в школу. Мила, и тебе, между прочим, тоже!

— Дядь, спасибо! — Ваня махнул мне с крыльца дома. — Ты здорово придумал с каркасом для прочности.

— Пока, дядь! — в тон брату повторила Мила и скрылась за дверью.

— Чертята, — Лиза рассмеялась. — Может, ты пригласишь даму на чашку чая?

Опустив глаза, Лиза поежилась от очередной порции снега, провалившегося за шиворот. Хотелось обхватить ее стыдливо-румяное лицо ладонями и заставить посмотреть на себя. Но я уже давно спиной ощущал взгляд на своем затылке. А эпатировать сегодня не было никакого настроения, тем более на его глазах.

— Нет, дама. Тебя на крыльце ждут, — отряхнул ее пушистые варежки и натянул на озябшие руки. — Иди.

Лиза повернулась в сторону своего дома и громко вздохнула, увидев Дэна, скрестившего руки на груди в угрожающем замке. Он морщил нос, чтобы поправить съехавшие очки.

— Он просто переживает, — Лиза опустила голову, понимая, насколько мы выглядим глупо и нелепо, особенно если вспомнить о нашем возрасте.

— Да, конечно. Утешишь? — не в силах выносить это позорное состояние, похлопал ее по плечу и пошел к парням, которые до сих пор распивали бутылку коньяка рядом с нашим снеговиком-переростком, принесшим второе место на соревновании.

— Давай хоть закажем закусь в ресторане? — Никита поморщился и зарылся носом в вороте пуховика. — Стоим тут, как бухарики. Ну и заодно — посмотрим, что там за снеговик у Славика Иванова? Это про него говорил Ваня? Кто там мастер по снеговикам? Его отец? А мне казалось, что владельцу стриптиз-клубов как-то не с руки лепить снеговиков.

— Ой, мы можем быть кем угодно, главное — возвращаться домой и превращаться в отцов для своих отпрысков, — Горов горько вздохнул и отхлебнул из бутылки, занюхав еловой веточкой, которая раньше была рукой у снеговика.

— Все, парни. Я пошел сдаваться, иначе меня сегодня даже в спальню не впустят, — Андрей рассмеялся, наблюдая, как рассерженные девчонки бредут по переулку. — Поэтому, дабы не искушать судьбу, пойду массажировать ножки беременной жене.

— И я, пожалуй пойду, — Никита кивнул в сторону своего авто, за рулем которого Мирослава сигналила, вымещая всю злость за проигрыш на клаксоне авто. — Мне пешком не дойти.

— А ты сократи путь по озеру? — рассмеялся Влад, похлопывая друга по плечу.

— Нет уж, я пойду помолчу и сделаю виноватый взгляд, а на завтра закажу доставку цветов. Чего и вам всем советую.

— Ох, как же мне хорошо! — рассмеялся я.

— А родичи? — Влад снова отхлебнул горячительного, косясь на темные окна моего дома.

— Они съехали в свой дом, поняв, что нашим раздутым эго тесно в одном помещении, не зависимо от его квадратуры и этажности.

— Чего ж ты сразу не раздулся, а ждал целую неделю?

— Сам не знаю.

— Кхм-кхм…

Влад усмехнулся и закурил, сделав шаг назад. А мне и говорить не нужно было, чтобы понять, кто стоит за моей спиной. Его напряженный взгляд я чувствовал на протяжении всего вечера. Он преследовал меня, но теперь, набравшись смелости, решил поговорить?

— Максим, можно тебя? — Дэн был укутан в огромный шарф в бежевую клетку, что я видел не один раз на Лизавете.

— Так, говори тут, чего уж, раз пришел, — я присел на капот машины, развернувшись к парню лицом.

— Я, пожалуй, подожду в машине, — Влад откашлялся и запрыгнул в салон, с силой захлопнув за собой дверь.

— Ты бы отстал от нее? Из всего этого все равно не выйдет ничего хорошего. Тогда не вышло, а теперь и подавно! К чему эти ваши свидания? Она же теперь не сводит взгляда с телефона, все ждет, что ты ей напишешь. Пожалей ее.

— Дэн, ты же понимаешь, что я сейчас сдерживаюсь?

— Да, — он вздрогнул и почти выкрикнул ответ.

— Понимаешь, что на протяжении всего времени, что ты мне мозолишь глаза, я сдерживаюсь?

— Понимаю.

— Поэтому я бы на твоем месте исчез, дабы не искушать судьбу. Мое терпение не резиновое. Я никогда ее не обижу, тебе это прекрасно известно. Хватит играть и свали отсюда, потому что, может, ты забыл, но я знаю, кто ты такой намного лучше других. Намного лучше, чем она. А делать больно ей я не собираюсь….

*****Лиза*****

— Лиза, прекрати! Посмотри на себя? Светишься, как елочная игрушка! Это почти неприлично! — Дэн никак не отставал от меня. Песочил и промывал мозги, пока я мыла посуду и развешивала промокшую одежду детей.

— Я прошу тебя, Дэн, отстань! — я резко остановилась на верхнем пролете лестница и взмахнула ногой, очерчивая невидимую линию. — Вот, эта линия неприкосновенности моей личной жизни. Мы развелись с тобой семь лет назад, а ты до сих пор говоришь со мной с позиции социальной власти над нашей ячейкой общества. Хватит. Мы друзья, успокойся, прошу тебя.

— Но я хочу остановить тебя, — шептал он, не решаясь переступить ступень, разделяющую нас.

— Ты хороший отец, замечательный друг, но на этом все.

— Ты еще рвать волосы будешь, — зашипел Дэн, сбегая по лестнице, а я поспешила скрыться за дверью своей комнаты.

Закрылась и прижалась спиной к двери, чтобы прислушаться к тишине дома. Дети мирно сопели в своих комнатах, Буля была в гостях у своей сестры, а обиженный Дэн теперь и носа не высунет из своей комнаты, пока я не приду мириться.

Ну сколько можно меня учить и говорить, что вся моя жизнь — сплошная неправильность, по их мнению. Сколько?

Они думают, что я не понимаю, что сама не могу ответить на простые вопросы, бушующие в голове. Но одно я знаю точно — мне очень хорошо рядом с Максом. Я расслабляюсь и разжимаю сжатые кулаки, размахивая которыми пробивалась на протяжении десяти лет, пытаясь добиться, хоть чего-то. С ним мне не хочется воевать, а хочется просто любить…

"А что