Симона Элькелес - Лучше, чем идеально (ЛП)

Эштин устраивает целое представление из поедания своих отвергнутых сэндвичей, я пытаюсь игнорировать ее блаженные стоны, которые она издает, откусывая кусочек за кусочком. Эти стоны заставляют меня думать о таких вещах, размышлять о которых я не вправе. Закончив, она снова достает письмо из ведра.

— Забудь об этом.

— Нет, — она направляется ко мне и практически засовывает его в мою руку. — Прочти это.

— Почему?

— Потому что твоя бабушка больна и хочет увидеть тебя. Думаю, она умирает.

— Мне наплевать, — по крайней мере, я хочу, чтобы мне было наплевать. Я ставлю на стол стакан и пристально смотрю на письмо.

— Давай. Ты не настолько бессердечен. Сделай что-нибудь серьезное в жизни помимо этих твоих гадких смузи.

Она оставляет распечатанный конверт на столе. Он должен быть в мусорном ведре. О, черт. Если бы она его не вытащила и не прочитала, я бы мог сделать вид, что его не существовало. Я бы мог не узнать, что моя бабушка умирает. Не то чтобы меня это волнует. Я даже не знаю эту женщину. Ее не было рядом с моей мамой, даже когда та болела и нуждалась в ней. С какой стати я должен быть там с ней? Ответ прост, я не должен.

Я хватаю конверт и бросаю его обратно в ведро.

Поздно вечером Джулиан выбегает из дома, заметив на переднем дворе светлячков. Я выношу стеклянную банку, которую нашел на кухне, чтобы он мог поймать их.

— Почему ты всегда ругаешься с тетей Эштин? — спрашивает он, пока ждет, когда засветятся светлячки.

Поделитесь чем-нибудь с маленьким ребенком, и он снова поднимет этот вопрос.

— Это весело, наверно.

— Моя мама говорит, что иногда девушки ссорятся с парнями, потому что они им нравятся.

— Ну да, твоя тетя Эштин очень сильно меня недолюбливает.

— А тебе она нравится?

— Конечно, она мне нравится. Она сестра твоей мамы.

Он не убежден.

— Если бы она не была сестрой моей мамы, то все равно бы нравилась?

Я решаю переложить на язык маленьких детей, так он поймет.

— Джулиан, иногда девочки как вредная еда. Они хорошо выглядят и они определенно приятны на вкус... но ты знаешь, что они не полезны и вызывают кариес, так что лучше просто остаться в одиночестве. Cмекнул?

Он смотрит на меня большими понимающими глазами.

— Так тетя Эштин как «Скитлс»?

Я киваю.

— Да. Одна большая, гигантская пачка «Скитлс».

— Терпеть не могу зубных врачей, — говорит он, затем возвращается к ловле жучков. Поместив их в банку, Джулиан садится на траву и рассматривает их. Он сосредотачивает свое внимание на беспорядочно мерцающих огоньках.

— Я хочу отпустить их.

— Хорошая идея.

Он отвинчивает крышку и полностью опустошает банку.

— Теперь вы свободны, — говорит он жучкам восторженным голосом, так похожим на голос его матери.

Я слышу, как открывается москитная дверь. К нам идет Эштин, ее глаза подведены и накрашены дымчато-темными тенями. Губы лоснятся от блеска. Она переоделась в облегающее разовое платье без рукавов, которое подчеркивает в выгодном свете ее загар и хорошую фигуру. Она выглядит так, что может попасть в беду, если на нее обратит внимание неподходящий парень. Так какая же Эштин настоящая, та, которая носит черные толстовки и футболки, или та, которая надевает обтягивающую одежду с глубоким декольте, предназначенную для привлечения парней?

— Что вы, ребята, делаете? — спрашивает она.

— Ловим светлячков, — отвечает Джулиан, довольно прилично имитируя мою техасскую манеру растягивать слова.

— Могу я помочь?

Я демонстрирую пустую банку:

— Ты слишком поздно. Мы все сделали. — (Ее робкая улыбка исчезает.) — Извини.

На своем «корвете» подъезжает ее бойфренд, что объясняет секси-платье. Лендон выходит из машины и притягивает Эштин ближе, любуясь ее нарядом. Они целуются, но я вижу больше страсти, когда Фалкор вылизывает свои яйца. 

Глава 20

Эштин 

Лендон привозит меня на ужин в японский ресторан. Мы сидим за столом с шестью другими людьми, которые празднуют день рождения одного из них. Они — совершенно пьяная, шумная компания.

— Не ты ли сын Картера МакКнайта? — спрашивает один из мужчин.

Лендон выпячивает свою грудь:

— Конечно, я.

Мгновенно Лендон оказывается в центре внимания. Он тратит на разговоры с ними о футболе весь двухчасовой ужин. Они расспрашивают его о предстоящем сезоне и интересуются, собирается ли Лендон идти по стопам отца.

Он кивает и говорит:

— В моих планах сделать карьеру успешнее, чем у отца.

Его заявление компания встречает с похвалой, словно они смотрят на профессионального игрока в процессе становления. Он не упомянул, что я тоже играю. Это все, чем мы занимаемся сегодня вечером.

Пока официантка убирает наши тарелки, Лендон извиняется и уходит в туалет.

— Скоро вернусь.

Через минуту его телефон вибрирует. Он оставил мобильник на столе, так что тот лежит рядом, когда я бросаю взгляд на экран. Это снова Лили... но на этот раз она прислала сообщение с фотографией себя, стоящей перед зеркалом в одних трусиках. Одной рукой она закрывает грудь, телефон, по всей видимости, держит в другой руке, улыбаясь в камеру. Я отвожу взгляд, говоря себе, что не завидую ее безупречной оливковой коже, блестящим длинным волосам и темным экзотическим глазам. Я хочу думать, что она некрасива, но это не так.

«Помнишь это?»— читаю я ее сообщение.

Когда Лендон возвращается к столу, я протягиваю ему его телефон:

— У тебя сообщение.

Он смотрит на экран, тычет, чтобы удалить сообщение, и затем медленно садится.

— Это не то, что ты думаешь, Эш.

— Я думаю, что это фотография твоей якобы бывшей девушки голой.

Соседи по столу прислушиваются к нашему разговору. Лендон начинает смущенно поеживаться.

— Может, поговорим об этом позже? — бормочет он сквозь зубы.

Если я поставила его в неловкое положение, то мне на это плевать.

— Отвези меня домой, — требую я после оплаты счета. Не дожидаясь ответа, я отправляюсь к выходу.

— Позволь мне объяснить, — произносит он, как только мы оказываемся в его машине.

— Приступай. Я уверена, что есть вполне логичная причина, почему Лили присылает тебе фотки себя голой.

— Это не моя вина. Наверное, она хочет возобновления отношений, — чувствуя, что я не удовлетворена его объяснением, он отчаянно выдыхает: — Ты же знаешь, Эш, я ненавижу девчачьи драмы по поводу ревности. Между мной и Лили ничего не происходит. Я люблю тебя. Поверь мне.