Благородный принц - Девни Перри

меня затекли колени, и я сдалась. С тех пор машина не возвращалась.

Поскольку эта сторона улицы была пуста, я перешла к другой стороне окна.

Женщине, жившей в доме по соседству, было под сорок или чуть за пятьдесят, у нее были короткие каштановые волосы. Она уходила из дома около восьми каждое утро и возвращалась около двух. Я не была уверена, она работала неполный рабочий день или была волонтером где-то в течение дня. Наклейка на бампере ее машины гласила: Я — квилтер. А в чем твоя сверхспособность? (прим. ред.: квилтер — это человек, который занимается шитьем чего-либо из цветных лоскутов)

Часы тикали, и она уходила — шить одеяла, встречаться с друзьями или работать. И это все. Утренняя суета. Позже на улицу выйдут матери, везущие своих младенцев в колясках. Иногда мимо пробегал бегун. Около полудня заскакивал почтальон. Однажды я провела здесь целый день, наблюдая и притворяясь, что я часть внешнего мира.

Но сидеть на полу в течение восьми часов было не совсем удобно, поэтому я медленно опустила штору на стекло и спустилась вниз.

Для ежедневного осмотра заднего двора я позволила себе немного увеличить пространство, отодвинув занавески на французских дверях.

Ему нужна веранда.

Одна и та же мысль посещала меня каждый день. Две длинные цементные ступеньки спускались прямо от этих красивых дверей на траву.

О, что бы я сделала со двором Люка, если бы мне разрешили выйти на улицу.

Одним субботним днем, вернувшись из своей обычной поездки в участок для тренировки и немного посидев за рабочим столом, Люк подстриг газон в своем скучном-прескучном дворе. Трава была густой, сочной и зеленой, но, кроме двух деревьев в противоположных углах вдоль забора, в пространстве не было никаких акцентов.

Перед домом было несколько цветочных клумб, но поскольку кусты цветами не считались, фасад был почти таким же. Вчера, после своей воскресной утренней поездки в участок, он провел час на улице, подметая гараж и выдергивая несколько сорняков из клумб.

Я была в гостиной, когда услышала голоса на подъездной дорожке. Я бросилась к себе наверх. Люк разговаривал с красивой темноволосой женщиной и мужчиной — предположительно, ее мужем — с татуировками на обоих предплечьях. У него на руках был малыш в розовом чепчике, пристегнутый ремнями к груди в такой же розовой переноске.

Люк смеялся и улыбался, демонстрируя ямочку на левой щеке и ровные белые зубы, разговаривая с ними более двадцати минут. А я наблюдала, страстно желая присоединиться к ним на солнышке.

Моя рука скользнула по дверной ручке, испытывая острое желание повернуть ее и выйти наружу хотя бы на мгновение. Вдохнуть запах лета, посмотреть на небо и почувствовать дуновение ветерка на своей коже.

Я отдернула руку, опуская ее, прежде чем искушение стало слишком сильным. Кроме того, была включена сигнализация. Отсюда я могла прочитать статус на панели у входной двери.

Люк взбесится, если я открою дверь.

Поэтому, я подошла к дивану, подчинилась правилам и прижалась к маслянистой коже, окутанная ароматом Люка, который остался на подушках.

Прошел час.

О, смотрите. Еще одна мыльная опера.

Прошли часы.

Время обеда.

Прошло несколько часов.

Время для прогулки.

Я трижды обошла первый этаж, десять раз пробежалась трусцой вверх и вниз по лестнице, затем бесцельно побродила по комнатам на втором этаже, избегая комнаты Люка, потому что мое сумасшествие могло взять верх, а последнее, что мне было нужно, — это чтобы он вернулся домой пораньше и застал меня дремлющей в его постели.

Спустя месяцы я выучила этот дом наизусть. На одной из встроенных книжных полок в офисе была вмятина. Я провела по ней рукой, проходя по комнате. Другая ванная на этом этаже была почти пуста, но уголок занавески для душа задрался, вероятно, после того, как я убирала ее, поэтому я поправила ее, проходя мимо. Затем я вернулась на первый этаж, стараясь не скрипеть на четвертой ступенькой.

Что, если поменять местами диван с креслами и передвинуть журнальный столик?

Я постучала по подбородку, изучая. Прошло больше месяца с тех пор, как я переставляла вещи. И хотя мне все нравится…

Я могу сделать лучше.

Поэтому, я приступила к работе.

Час спустя у меня на висках выступили капельки пота, когда я осматривала новое расположение.

Почти. Это почти идеально. Но что, если…

— Ага! — Я продолжила экспериментировать, вернув диван на прежнее место, но изменив положение кресел.

К тому времени, когда я посмотрела на часы, большая часть дня прошла. Если я не потороплюсь с душем, то к тому времени, когда я буду готова приступить к ужину, Люк уже будет дома. И это было именно то, что я сделала.

Я побрила ноги. Я вымыла, обработала кондиционером и высушила феном волосы. Используя волшебную палочку, которую я заказала онлайн, я завила волосы в свободные волны. Увлажнила кожу. Нанесла тональный крем. Тушь для ресниц. Единственным человеком, который увидит мои новые тени для век, был Люк. Это показалось мне достаточной причиной нанести их.

Когда я отошла от зеркала, мое отражение поразило меня.

Вау. Я выглядела… хорошенькой.

Исчезли все следы месяцев, проведенных в клубе Воинов. Страх. Беспокойство. Я позволила себе влюбиться в Эштон, потому что это было легче, чем признать крушение, которым была моя жизнь. Это было легче, чем признать свои ошибки.

Так много ошибок.

По крайней мере, я отказалась вести себя как одна из шлюх клуба Воинов. Они передавались между членами клуба чаще, чем наркотики.

Отчасти причина, по которой я не хотела уезжать от Джеремаи, заключалась в том, что я не верила, что он сохранит верность. Я верила, что, если буду рядом и буду наблюдать, он не сбежит. Может быть, так оно и было бы. Может быть, и нет. На самом деле это не имело значения.

В конце концов, ни у кого из нас не было желания друг к другу. Я испытывала отвращение к нему, к самой себе. А он был поглощен азартными играми.

Отбросив эти воспоминания в сторону, я поспешила в свою комнату, чтобы одеться, затем на кухню, чтобы приготовить ужин. Мои энчилады (прим. ред.: энчилада — традиционное блюдо мексиканской кухни. Энчилада представляет собой тонкую тортилью из кукурузной муки, в которую завёрнута начинка. Начинка чаще всего мясная (обычно из курятины), но может состоять и из яиц или овощей. Свёрнутые энчилады обжариваются на сковороде или запекаются под соусом (и иногда сыром) в духовой печи. Традиционно энчиладу