Невинная для Сурового - Джулия Ромуш

Вся сжимаюсь от этих слов. Когда он говорит про Диану, то я слышу, как меняется его голос. Я ведь и не собиралась. Для этого и к нему пришла, чтобы не действовать за спиной. В моей голове до сих пор не укладывается как эти двое дружить могут. Юсупов для меня эталон справедливости. Демьян же полная его противоположность.

— А есть шанс, что он перестанет быть таким настойчивым? — Спрашиваю тихо, от волнения в горле пересохло. Не такого разговора я ждала. На другой исход надеялась. Получается выход только один? Собирать вещи и бежать?

— Уверен, что ты что-то придумаешь, — произносит начальник, — воспользуйся положением. Демьян не такой плохой каким кажется на первый взгляд. Ты умная девочка, Алина.

Я киваю, а в голове полнейший хаос.

— И еще одно, — вскидываю глаза, снова на него смотрю, а тело дрожь бьет, с каждой секундой до меня все больше доходит, что я в безвыходной ситуации. Суровому никто не указ. Беспредел будет творить пока не наскучит, — новым отелем придется заниматься с Суровым. Он охрану тренировать будет. Вся безопасность отеля на нем будет. Ты же будешь следить и обучать персонал. Ты мой самый лучший сотрудник, Алина. Никого другого я туда отправить не могу.

Я молча киваю, потому что отказываться нельзя.

Глава 17

— Алиночка, ну куда столько? — Мама охает, когда я выгружаю фрукты на ее столик возле кровати.

— Врач сказал, что нужно есть как можно больше витаминов, — улыбаюсь маме. Я несколько дней у нее не была. Из-за всего произошедшего в моей жизни. И поэтому принесла с собой сегодня огромный пакет гостинцев. Это все даже на столик не помещается. Приходится пакет со всем остальным поставить просто под столик.

— Я еще с прошлого раза не все съела, — мама улыбается, а я внимательно ее рассматриваю. Наконец цвет лица стал лучше. Да и сама мама веселее стала. Значит пошла на поправку. Слава богу. Даже сердце перестает так сильно сжимать. — Как у вас дела? Как Дарьяна? Не сильно нервы тебе треплет?

Дарьяна дома, я оставила ее снова с соседкой. Мама попросила не привозить сестричку в больницу. Чтобы она не видела маму на больничной койке. Я пыталась оспорить это решение, но мама очень сильно настаивала, и я сдалась.

— У нас все хорошо, ходим в школу, делаем уроки, кушаем.

— А у тебя как дела, детка? Ты какая-то бледная. Все хорошо? — Мама внимательно меня рассматривает. Как будто видит, что мне есть что скрывать. Но конечно же я ничего ей не расскажу. Мама, как только про Сурового услышит, так у нее инфаркт и случится. Ей вообще теперь переживать нельзя. Только покой и хорошие новости.

— Все хорошо, мамуль, — улыбаюсь, уверяю маму в том, что дела у меня просто отлично. А у самой внутри все вибрирует. Разговор с Юсуповым не дал никаких позитивных раскладов. По его словам, и тону я поняла, что Демьян его хороший друг. А значит дальше разговор был бессмысленным. Он не поставит меня выше дружбы. И я прекрасно это понимаю. Господин Юсупов для меня и так сделал очень много.

С мамой я провожу около часа, после еще разговариваю с лечащим врачом. Он говорит, что о выписке пока говорить рано. Да, мама пошла на поправку, но о полном выздоровлении пока он не заикается. Мне выдают список лекарств, которые нужно купить.

— Алина, два последних препарата найти будет сложно. В аптеках их разбирают сразу. Возможно можно заказать из-за границы. Но он будет нужен уже через пять-шесть дней.

Распахиваю рот и тут же закрываю. Хотела спросить почему он раньше не сказал, у меня бы было больше времени, чтобы найти лекарства. А после понимаю, что в этом нет никакого смысла. Толку с моих возмущений? Это ничего не даст.

Складываю листочек пополам и направляюсь на выход из больницы. Не знаю, что именно меня дергает в последний момент посмотреть в окно. Как будто магнитом тянет. Подхожу ближе, выглядываю и сердце тут же в пятки летит на огромной скорости. Возле больницы стоит уже хорошо знакомая машина. Суровый стоит неподалеку и курит. Не знаю почему, но я наблюдаю за тем, как он прикладывает сигарету к губам, как именно ее держит. Делает это все настолько красиво, что я даже не кривлюсь, когда он выпускает облако дыма. Сильнее сжимаю пальцами подоконник. Как он знал где я нахожусь? Он следит? Внутри просыпается злость. Мы не договаривались о встрече! Я не соглашалась! Демьян как будто чувствует, что я на него смотрю. Поднимает голову вверх. Без труда находит меня взглядом. А я вся каменею, когда наши взгляды встречаются. Мужчина скалится, подмигивает мне, а я отскакиваю назад. Сжимаю пальцы в кулаки. Протест внутри становится только больше. Не выйду! Не выйду к нему! В следующий раз будет спрашивать о моих планах и вообще хочу ли я его видеть!

Резко разворачиваюсь в другую сторону. Если до этого я шла к главному выходу, то сейчас мои планы резко меняются и я иду к черному выходу. Чтобы выйти через задний двор. Там как раз и метро рядом. Быстренько вниз спущусь, он меня и не заметит.

Воодушевленная своим гениальным планом, я уверено спускаюсь по лестнице. Толкаю дверь. На губах играет легкая улыбка, я действительно верю в то, что смогу так спокойно сбежать. Вот только улыбка на губах играет недолго. Только делаю шаг за порог больницы, как на моей талии сжимаются сильные руки. Резкий рывок, я визжу, секунда и я припечатана к стене. Демьян нависает сверху огромной скалой. Прижимает меня своим твердым телом. Он из камня выкован что ли?!

— Ты совсем, что ли?! — Визжу и пытаюсь вырваться, вот только мужчина держит крепко. Не дает даже надежды на побег.

— Далеко собралась, Белоснежка? — Скалится. В ноздри забивается его запах. Запах табака, смешанный с парфюмом. Я не понимаю, почему мне не противно от этого запаха. Я ведь никогда не любила запах сигарет.

— По делам, — выпаливаю в ответ, — а ты меня отвлекаешь! Отпусти! — Решаю идти таким путем. Вот только на ноги меня никто не отпускает. Мужчина, наоборот, начинает улыбаться шире, а у