Измена. Я тебя (не) прощу (СИ) - Игонина Ольга

- Ого, труп не смогли найти?

- Труп сам в другой отдел пришел, там ее визит зафиксировал сотрудник Кулик Иван Алексеевич. Данные к нам прислал, запись, ее заявление. Выше, - показывает пальцем на потолок, - было принято решение вас отпустить.

- Сейчас сколько времени?

- Почти четыре утра.

- И что те, - тоже поднимаю палец вверх, - сейчас не спят? Обо мне думают?

- Сегодня никто не спит. Пресса вон под окнами тусуется. Думаю, начальству занят ваши и их знакомые. Какой тут уж сон. Это вам реклама и пиар, а нам и присесть теперь некогда, сутки на ногах.

Видимо, мои и бабка с Линой разминулись, пока одни по подъездам шлялись, вторые, измором отделение полиции брали. Надо потом заехать к этому Кулику, поблагодарить, что не стал утра ждать, а сразу в дело новые данные пустил.

Дома в душ и пару часов сна.

В восемь двадцать звонок. Охранники ресторана.

- Что еще случилось? Нас обокрали, затопили?

- Ну, тут какая-то бабка приперлась. Говорит, что с вами ей поговорить надо. И мент с ней, ксиву показал - опер Кулик. Решили вот вам сначала позвонить, что с ними делать. Мы ее гоним, а она орет. Не хочется лишних проблем.

На заднем фоне женский голос кроет матом всех подряд.

- Впустите их, пусть кухня завтрак приготовит, я уже еду.

Эх, права была бабушка, когда говорила, что наше поколение ничто по сравнению с их. Это ж надо и чуть с охраной не подралась, и меня отмазывать пришла.

Пять минут на сборы. Еду.

Захожу в ресторан. На двух стульях спит паренек в форме, кажется, он лет на пять младше меня. За столиком у окна пожилая женщина, завтракает.

- Доброе утро. Вы хотели меня видеть.

- Я не хотела, у меня совсем другие желания, - не пойму шутит или нет. - Лину, кажется, украли. Мы с ней пришли вечером, почти ночью дмой. Вас ходили в Ваньку спасать. А утром она от вас машину какую- то ждать собиралась. Я к ней зашла - никого, на лавке у подъезда чашка с чаем. Наша чашка, из моего сервиза. Я к Ваньку, - кивает в сторону спящего, - он еще на дежурстве. А он говорит, что лучше сначала у вас все спросить, а потом бить тревогу, а то вдруг опять загребут. Я к вам звонила-звонила, кто ж трубку взял. Лоботрясы ваши так-то стоят, а делать ничего не делают. Вот мы с Ваньком к вам и приехали. У вас Линка?

- Нет,- в сердце появилась тревога. - Найдем. Сейчас всех подключим.

Глава 38 Олег. Спасение

До десяти никаких новостей. Машину пробили, а толку.

- Тут какая-то Лина звонила. Два номера оставила, - протягивает бумажку сотрудник.

- Какого черта ты молчишь? Давно звонила? - завожусь. Не люблю тупых и безынициативных.

Перезваниваю.

Лина вроде держится молодцом. Жива, и это главное.

- Мы скоро будем, - успокаиваю ее как могу.

- Вы идите домой, отдыхайте, а я поеду, Лину найду, - отправляю бабушку Настю. Мировой человек, надо придумать для нее должность в компании, все по струнке ходить будем.

- Мы с Ваньком с тобой. И еще лучше на его машине. Служебной, ты пока на всех светофорах постоишь, а Ванек свое вот пиу-пиу включит и пронесемся с ветерком.

- Олег, вас, - официант потягивает трубку. - Женщина говорит, что срочно.

Опять, наверное, какая-нибудь журналистка придуряется, чтобы комментарий из первых рук получить.

- Слушаю.

- Я свекровь Лины - Светлана Леонидовна. Лина в Алексеевке, там коттеджный поселок недостроенный. Четвертый дом слева, забор синий. Пьяный Артур поехал к ней.

Во рту пересохло. Да уж, жизнь умеет подкинуть виражей.

- Я знаю, где Лину искать. И наша задача приехать раньше, чем Артур. Смотрю ехать больше часа, половина города стоит в пробке.

- Иван, а Анастасия Макаровна права, нужна ваша рабочая машина. Иначе...

- Да кто ж вам ее даст, - охранник усмехается.

Иван поддакивает.

- Иваныч, ты на смене? Не в службу, а в дружбу. Очень буду благодарен, в десятитысячном эквиваленте. И обед на всю родню в дорогом ресторане. Нас из города вывезти надо, чтобы сопровождение, - что-то смеется, смотрит по сторонам, поворачивается к нам. - Договорился, сейчас наши парни подъедут. До Алексеевки не довезут, конечно, но из города выехать помогут. Придется их отблагодарить. А я домой пойду посплю.

- В машине поспишь! Ванек, ты что забоялся? Ты в семье Куликов или Кулик родился, как тебя правильно, все мужчины-герои. Не посрами!

Через пять минут машина уже у ресторана. Едем за ними, летим. Надо у пацанов номер телефона взять, по особой надобности пользоваться их услугами.

Выезжаем за город. Мчим дальше, ехать осталось минут сорок, дорога отвратительная. Выбоины, трактора на асфальт грязи нагнали, а моей “коротколапой” машине тяжеловато днищем по этому бездорожью скрестись.

- Тебе ремонт потом в половину стоимости обойдется, - Иван философствует на заднем сидении. - На такой ласточке только по зеркалу надо ездить.

- Если бы я знал, что такие приключения меня ждут, “Патриот” бы давно купил. Я городской житель, за грибами или на рыбалку не езжу, мне этой в городе выше крыши.

Машина садится в колею, ревет, колеса дают столько пыли, но никак не выехать.

- Баб Насть, машину когда-нибудь водили? - понимаю, что есть два вариант или толкать, или топать пешком.

Меняемся местами, показываю бабушке, куда нажимать.

- Ну что, - кричит Иван, - давай в раскачку. Пошла!

Вытолкали быстро. Надо покупать “Ниву” или “Патриот”, пусть лучше будут, чтобы потом в такие ситуации не попадать.

- Как ты думаешь, он уже на месте? - смотрю на Ивана, сам знаю ответ.

- Даже если там, думаю, Лина так просто ему не сдастся.

- Что может сделать девочка против рослого мужика? - Иван, кажется, придерживается моей точки зрения.

- Бабы умнее, чем вы думаете, и живучее. Но пьяный мужик - это страшно. Меня мой дед тоже сначала гонял, хоть и росту был ниже, а потом я, как разозлилась, как приложилась раз. И как бабка отшептала, правда, потом его все равно выгнала. Не умеете вы, мужики, простое тихое счастье ценить.

- Мне кажется, вон поселок виднеется.

Бабушка Настя поправляет очки, всматривается в окно.

- Ничегошеньки не видно.

Навигатор показывает, что подъезжаем к Алексеевке. Шлагбаум опущен, никого нет, кто бы его мог поднять.

Выхожу из машины, прохожу чуть вглубь, вдруг приехали не туда, жалко ломать чужое имущество. В метрах ста машина, что-то мне подсказывает, что это Артур.

Машу рукой, Иван выскакивает. Двум взрослым мужикам ничего не стоит сломать хлипкую конструкцию.

По газам. Останавливаемся у дома.

Арур прижимает Лину, целует ее или душит, с такого расстояния не видно.

Как в замедленной съемке, он вскидывает руку, бьет ее в живот.

Мы с Иваном летим на Артура, баб Настя где-то сзади сыпит на него проклятиями.

Иван прыгает на спину Артура, вместе падают. Кажется, я никогда не был так зол.

На первом занятии капоэйры нас учили, что любая борьба должна быть честной, нельзя применять силу против человека слабее, что мы “ машины” и должны правильно рассчитывать свои силы, дабы не причинить вреда.

Сегодня все эти правила не работают. Подхватываю Лину, несу ее в машину, отдаю бабушке. Лечу в кубло.От Артура сильно пахнет алкоголем, я думал, что люди в таком состоянии и на ногах-то стоят плохо, а он бьется, оборонятся.

- Сука, если с ней, - показываю рукой на машину, где Лина, - что-то случится, тебе хана. Я тебя прям здесь зарою, а могилу будешь себе сам копать. И молить, чтобы я тебя скорее прибил, - заношу ногу, бью. Артур издает звук, похожий на мяуканье.

- А я сделаю вид, что ничего не было, - кричит Иван.

Я себя в таком состоянии никогда не видел.

- Парни, да бросьте вы этого задохлика. Лине плохо, ей в больницу надо.

Как будто водой обдали. Злость и ненависть вытеснили понимание, что больше всего нужна помощь Лине.

- Да откуда здесь больница, в город везти надо. Скорая пока тоже доедет, вертолет бы, - баба Настя, гладит Лину по голове. Не могу понять, в сознании ли та.