Измена. Бежать или остаться (СИ) - Ирина Романовская

разбилось о бетонный пол, когда Марьян сделал два шага назад. Новая порция слез покатилась по щекам. Игнашевич вжался в меня своим телом, жар чужой плоти обжог бедра. Начало тошнить.

Фотограф продолжил шептать всякие мерзости, повторял что-то о воспитании и укрощении. Закрывая глаза, через тихие всхлипы я просила у вселенной хотя бы каплю милосердия. Пусть хоть кто-нибудь лишит меня рассудка или нашлет на организм обморок до того, как случится непоправимое.

Умоляла собственный разум выключить все кожные рецепторы. Отчаянно желала превратиться в бездушную пластмассовую куклу, которая не чувствует ни боли, ни издевательств, ни этих мерзких прикосновений.

Внезапно кто-то ударил Игнашевича в спину. Он потерял равновесие и навалился на меня всем телом. Я громко закричала, резкая боль пронзила плечевые суставы. Упала на колени. Глотала ртом воздух, не до конца понимая, куда исчез Игнашевич.

Из-за грохочущего сердца я почти не слышала, как Марьян дрался с Игнашевичем. На коленях ползла к своему телефону, мечтая как можно скорее услышать голос любимого мужа.

Глухие удары и нецензурная брань летела по туалетной комнате. Я пыталась проползти под ногами дерущихся мужчин, не задумываясь о том, что один из них в любой момент может наступить на мою руку или ногу. Мне было все равно. Главное — дотянуться до телефона и позвонить Назару.

Помню, как наконец коснулась шершавого экрана, как под подушечками пальцев захрустели осколки разбитого защитного стекла.

— Нет, нет, нет, — скулила я в пустоту.

Телефон ожил в моих руках, как только я подняла его с пола. Я узнала фотографию мужа даже по отдельно светящимся кусочкам экрана. Но как ни нажимала пальцем по сенсорной поверхности, никакой реакции аппарата не следовало.

— Спасибо, — вынырнув из жутких воспоминаний, шепчу я. — Спасибо, — повторяю чуть громче и поворачиваю голову в сторону Марьяна.

Шок от произошедшего постепенно отступает, к конечностям возвращается спокойствие и слаженность действий. Даже удается выпить горячего чая, без страха обварить свои худые колени.

— Не за что, — поправив удлиненную челку, отвечает мой спаситель. — На моем месте так поступил бы каждый.

— Сомневаюсь, — горько усмехнувшись, смотрю на происходящее за окном. — Не все мужчины готовы лишиться хорошей работы, ради спасения какой-то малознакомой модели.

— Уж лучше голодать, чем с кем попало есть, — по-философски изрекает Марьян. — Мне, если честно, не слишком понравилось ассистировать этому напыщенному индюку. Вечером я хотел сообщить ему о своем уходе, но вышло как вышло. Единственное о чем жалею, что все так спонтанно вышло и я попросту я забыл забрать свои кровно заработанные гроши.

— Я могу заплатить тебе, — быстро тянусь за сумкой и достаю из кармана кошелек. Не рискую поднять глаза на собеседника, испытываю дикий стыд. Мне ужасно неловко от того, что этот милый парень из-за меня лишился заработка. — Скажи сколько я должна тебе за помощь. Не хочу, чтобы ты испытывал какие-либо трудности по моей вине.

— Остановись, Каролина, — большая ладонь Марьяна ложится поверх моего кошелька. Мы соприкасаемся пальцами, застываем буквально на мгновение. — Мне не нужны твои деньги.

— После того, как с твоей подачи Игнашевич ударился о мраморный умывальник, тебе вряд ли удастся быстро найти новую работу. Этот козел очень мстительный и за свой сломанный нос обязательно будет мстить. Он не даст ни тебе, ни мне работать с европейскими журналами.

— Ну и пусть. Не велика потеря, — засмеявшись, разводит руками Марьян. На его лице расцветает вальяжная улыбка, на щеках появляются игривые ямочки. — Не Европа, так Америка или Азия. Мир не заканчивается на печати фотографий в глянцевых изданиях. Да и сам фотоаппарат этот козел не сможет забрать из моих рук.

— Но жить то за что-то надо, пока с новой оплачиваемой работой сложится?

Предпринимаю еще одну попытку достать наличные из кошелька. Марьян неодобрительно машет головой.

— Я не стеснен в средствах, если ты об этом переживаешь. Могу жить на широкую ногу вообще не работая.

С подозрением кошусь на своего спасителя. Если он настолько обеспечен, как сейчас уверяет, то для чего тогда участвовал в отборе на ассистентскую работу? Подвигаю стул поближе и ставлю локти на стол. Склоняю голову на бок, прищуриваю взгляд.

— Не совсем понимаю логику. Если ты говоришь правду, то в чем тогда прок от беготни у кого-то на подхвате?

— Просто было интересно поработать со столь известным фотографом, — жмет плечами Марьян. — Кто ж знал, что за гениальными работами скрывается настолько гнилая душонка.

Мы болтаем с Марьяном обо всем на свете. Он умело заговаривает мне зубы. Я напрочь забываю о той трагедии, которая разворачивалась буквально час назад в знаменитой фотостудии.

Когда солнце скрывается за горизонтом, я прошу парня вызвать мне такси до гостиницы. Обещаю вернуть ему все до копейки, но тот лишь усмехается над моими словами.

Мы обмениваемся визитками и прощаемся. Разъезжаемся на желтых машинах в разные стороны, не обещая друг другу новой встречи. Несмотря на довольно легкое общение, сложившееся между нами, я вряд ли когда-либо захочу увидеть того, кто стал прямым свидетелем моего унижения.

Попав в гостиничный номер, я первым делом закрываю двери на ключ и подпираю ее стулом. Так спокойнее и безопаснее. Достаю из чемодана планшет и с ногами заползаю на кровать.

Звоню мужу. Хочу рассказать о случившемся, буду умолять его всеми возможными и невозможными способами наказать Игнашевича.

Но как только обеспокоенное лицо Назара появляется на экране, как только я слышу его родной голос, то горло тут же начинает сдавливать от новой порции слёз.

— Забери меня отсюда, любимый. Забери, пожалуйста. Мне очень страшно.

Глава 24

Каролина.

Безопасность — одна из базовых потребностей любого человека. Она имеет такую же важность, как еда, вода, кислород, часы бодрости и время для сна, продолжение человеческого рода.

Безопасность — константа, без которой невозможно гармоничное развитие человеческой личности. Без нее не удастся построить нормальную взаимосвязь с обществом, не выйдет построить доверительные отношения с партнером, не получится полноценно самореализоваться.

Если человек долго не чувствует себя в безопасности, то он постепенно теряет уверенность в себе, перестает чувствовать контроль над жизнью, теряет мотивацию к совершенствованию. Силы организма под давлением тревоги будут постоянно концентрироваться на всевозможных рисках, опасностях и прочих вещах, которые так или иначе заставляю чувствовать панику.

Постоянная тревога и страх доводят человека до психологических расстройств, которые без должной проработки со специалистами могут привести к необратимым последствиям. Человек может перестать выходить из дома, потому что с ним может случиться какое-либо ЧП: нападет грабитель, случится травма, укусит ядовитое насекомое или свалится рояль на голову и прочее.

По букве закона