Забирая Еву - Виолетта Роман

тут путевка горящая подвернулась в Турцию. С четверга по вторник. Вот он и решил импровизировать, — Жорик поднимается из-за стола и, взяв мою кружку, заваривает нам кофе.

— Это все, конечно, здорово. Только если он попадется, проблемы будут серьезные, — вздыхаю, возвращаясь к архивным производствам.

Спустя тридцать минут схватив пачку оконченных производств за прошлый месяц, направляюсь в приемную.

Нина сидит на своем рабочем месте с кружкой ароматного кофе и книжкой в руках.

— О, а ты что здесь делаешь? — увидев меня, удивляется она.

— Я что уже на работу пораньше не могу придти? – раздражаюсь из-за ее реакции.

— Вот, архив сделала. Где этот гоблин ходит? – спрашиваю, указывая головой на дверь Колесникова.

— Да-а-а, лихо он тебя на вечерней планерке раскатал, — задумчиво протягивает Нина, делая глоток напитка.

— Недолго ему осталось пировать.

— Мне вообще кажется, что у них игра такая. Чем больше тебя обижает Колесо, тем больше потом его нагибает Егор. И Колесо будто кайф от этого получает, — шепчет Нина.

— Глупости все это. Просто Колесников - гоблин, — отмахиваюсь, не желая развивать эту тему.

— После планерки Колесо вроде бы Кай вызывает, так что приходи ко мне чайку с тобой выпьем, — забирает Нина мои производства и кладет их в папку, предназначенную для документов на подпись.

— Заметано.

Через полчаса раздается звонок рабочего телефона.

— Ева, шеф только что приехал, тебя вызывает, — тараторит в трубку воодушевленная Нина, вызывая у меня этой новостью приступ тахикардии. Дрожу от предвкушения встречи. Целых две недели без него будто вечность. Смотрюсь в зеркало и, поправив прическу, несусь со всех ног в приемную. Едва ли не сбиваю с ног идущего по коридору Колесникова.

Нина, увидев меня в дверях, хитро улыбается и стреляет глазами в сторону кабинета начальника.

Как только я захожу в кабинет шефа, следом за мной тут же захлопывается дверь и звучит щелчок замка. Его руки без предупреждения обхватывают мою талию, притягивая к себе. Губы Егора на мне. Повсюду. Шея, скулы, глаза. Его руки не желая ждать, распахивают полы моей рубашки, отрывая несколько пуговиц на груди.

— Соскучилась? – срывающийся на шепот голос заводит меня до чертиков.

— Еще как, — отрываюсь от него и хитро улыбаюсь. Егор недобро прищуривается и резким движением рук усаживает меня на поверхность стола. Его ловкие пальцы в момент задирают до пояса мою юбку, а губы дразнят оголенную грудь.

— Егор, вдруг войдет кто, — из последних сил пытаюсь сохранять здравый рассудок. Хотя, какой там рассудок, когда его пальцы уже во мне и вытворяют что-то невообразимое.

— К черту их всех, не могу больше ждать ни минуты, — рычит он, наращивая темп пальцев в глубинах меня. Пытаюсь на ощупь расстегнуть ремень его брюк. Но у нас с этой частью одежды Егора с самого начала как-то не заладилось. Снова не поддается, строптивец. Устав чувствовать трепыхания моих рук возле своего паха, Егор отстраняется и в две секунды расстегивает ремень вместе с ширинкой.

— Иди сюда, — раздвигает он мои ноги пошире, потянув на себя и буквально ныряет в меня. Жадные, сильные, долгие движения его тела, их нарастающий темп в два счета подводят меня к краю. Черт возьми, как у него это получается? Кажется, что лучше уже не может быть. Но с каждым разом этот мужчина запускает меня все дальше в космос. Тело сводит в сладких судорогах. В глазах темнота. Царапаю его спину, выгибаюсь. Громкие стоны срываются с моих губ, но тут же гаснут в его ладони. Не помня себя от экстаза, кусаю его ладонь.

Кое-как выровняв дыхание, мы слезаем со стола и приведя свой внешний вид в порядок, усаживаемся на диван, стоящий вдоль дальней стены кабинета.

— Ну здравствуй, любимая, — Егор целует мои губы, когда я усаживаюсь к нему на колени.

— Ненавижу, когда ты не рядом, — шепчу, прижимаясь щекой к его груди. Слушаю его грохочущее сердце.

— Как ты тут? – лениво перебирает он пряди моих волос.

— Плохо, но выжила.

— Опять Кирилл обижал?

В его голосе волнение, но я не хочу сейчас портить момент негативом.

— Мне кажется, он тебя ко мне ревнует, — пытаюсь перевести все на шутку.

— Что на этот раз? – Егор отстраняется и заглядывает в мои глаза.

— Не бери в голову, главное, что ты рядом и больше никто меня не обидит.

— Ладно, малыш, нужно работать. Вечером в ресторан поедем, — он снова целует меня и подталкивает под попу, поднимая с дивана.

Спустя полчаса, Егор вызывает всех на совещание. Несмотря на приятное начало дня, сейчас он строг и требователен к сотрудникам. Отчитывает буквально каждого. Я так понимаю, для того чтобы напомнить, кто тут папочка. Колесникову, конечно же, достается больше всех. А к концу совещания, Егор, совсем разойдясь, грозит Колесу взысканием. Что-то тут не чисто. Видимо Кирилл снова дел нехороших натворил.

Желая немножко охладить пыл негодующего начальника, набираю ему сообщение:

«Смотрю на твой стол и вспоминаю, как ты брал меня на нем полчаса назад...»

Отправляю сообщение и жду реакции. Егор сокрушается о невыполненных показателях, требуя от ребят сверхурочной работы. Почувствовав вибрацию телефона, лежащего на столе, не прекращая говорить, открывает сообщение. Пауза… Уголок его губ вздрагивает, и он поднимает мимолетный взгляд на меня, с целой бездной чертят и порочными обещаниями расправы.

Спустя десять минут совещание заканчиается.

Нинка хитро подмигивает мне, когда я прохожу мимо нее. Показываю ей язык и напоминаю, чтобы она не смела убегать от меня в обед. Спустя еще час канцелярия приносит отписанные Егором документы. Кладу перед собой пачку новых производств и прочитав резолюцию на одном из них, улыбаюсь во все тридцать два.

«Ева Сергеевна, возбудитесь!»

Мастер двусмысленных предложений.

Еле дожидаюсь обеденного перерыва. За одну минуту до его начала, забегаю за Нинкой и тяну ее в кафе. После утреннего марафона жуть как хочется есть. Но как бы ни было сейчас хорошо, ощущение тревоги, поселившееся в моей душе чуть больше полугода назад, никуда не исчезает.

— Ты чего такая задумчивая? Поссорились?

— Нет, что ты, у нас все прекрасно, — улыбнувшись, прячу взгляд в тарелке.

— Ева, поделись, — Нина дотрагивается до моей руки. Вот в чем главная проблема подруг… Их не так просто обмануть.

— Не знаю даже, как сказать, — пожимаю плечами, вытирая