Школьный вальс - Ядвига Благосклонная

И да. Он явно говорит не о размере ее бедер и талии.

— Долматов, мои глаза выше.

— То есть, ты так вырядилась и хочешь, чтобы тебе смотрели в глаза? — возмущено надувает щеки. — Тогда тебе нужно было надеть паранджу. Хотя… — прищуривается, и вдруг его лицо приобретает мечтательное выражение.

Могу поспорить, в голове у засранца ни одной приличной мысли.

Поля закатывает глаза, ставит стаканчик на стол и утаскивает меня танцевать, напоследок ему бросив:

— Следи лучше за размерами Королевой!

На танцполе все толкаются, но нам все же удается отвоевать себе местечко на самом краю. Сперва я стесняюсь и больше переступаю с ноги на ногу, чем танцую. В отличие от Поли, которая двигается как чертова Бейонсе. К нам уже подошло пять парней, чтобы присоединиться, но все они были отвергнуты. Через пару песен раскрепощенность Устиновой передаётся и мне, а еще я четко осознаю, что всем абсолютно плевать, как мы танцуем. Серьезно, один парень даже крутится на голове! Это придаёт мне смелости, и я растворяюсь в музыке. Подражая Полине, плавно двигаю бёдрами и поднимаю руки над головой.

Кажется, мы танцуем вечность, и выбираемся только когда от жары уже темнеет в глазах. И тут же сталкиваемся носом к носу с Ромой и Антоном.

— Так что, Устинова, потанцуешь со мной? — вроде и самоуверенно, но с надеждой звучит голос Ромы.

Полина менжуется, бросает обеспокоенный взгляд на меня, но я ей показываю два пальца вверх, мол, все отлично. В конце концов, она не обязана со мной нянчиться.

— Пошли уже, Клюев! Но учти, руки не распускать!

Я остаюсь наедине с Антоном, и не знаю куда себя деть. Должна ли я ждать тут Полю? Может, попробовать завести разговор? К счастью, мне не приходится, парень заговаривает первым.

— Так что, ты нашла в итоге Герасимова? — облокачивается на стену и засовывает руки в передние карманы. Не успеваю я ответить, как он кокетливым тоном добавляет: — кстати, меня искать не нужно.

Господь всемогущий, он что флиртует?

Что я должна ответить на это, спрашивается?

Мой язык прилипает к небу, и я просто не в силах его отлепить, чтобы хоть что-нибудь выдавить. Как вы видите, я полный профан в том, что касается парней.

Антон видный молодой человек. К тому же, состоит в баскетбольной команде, что добавляет ему «крутости» в общепринятом понятии. Обычно такие парни не обращают на меня внимание, если конечно не хотят списать или сделать какую-то пакость. Поэтому я вполне оправданно сомневаюсь в его флирте.

— Спасибо, буду иметь ввиду, — наконец-то, бормочу себе под нос.

— Вы же не встречаетесь?

— Кто? — глупо переспрашиваю.

— Ты с Герасимовым.

Да он верно шутит! Я и Герасимов! Да я себе такое даже в страшном сне не представляю. Избавь меня, боже, от такого счастья.

Из меня вырывается непроизвольный смешок, и я качаю головой, уверенно отрезая:

— Нет.

Похоже, Антона удовлетворяет мой ответ и он подается вперёд, хватает прядку моих волос и покручивает в пальцах. Мои щеки горят, но неожиданно сердце делает кульбит. Чувствую, как затылок покалывает от чужого взгляда. Повернув голову, замечаю сверлящего меня глазами Арсена.

Он стоит с девушкой и обнимает ее за талию, и, когда замечает мое внимание, засранец криво ухмыляется, а его рука перемещается с талии девушки на бедро. Герасимов рывком подтягивает темноволосую красотку к себе, подмигивает мне и опускает голову, как будто собираясь поцеловать девушку.

Фу, гадство!

Не хочу на это смотреть!

Фыркнув, отворачиваюсь.

— А вот и мы! — улыбающиеся и раскрасневшиеся подлетают к нам ребята.

Кидаю мимолетный взгляд на их сплетенные руки, но решаю потом расспросить Полю обо всем. Особенно, об ее горящих глазах. Может, я все же ошиблась и ей не нравится Долматов?

Точнее, вы видели Долматова? Разумеется, он умеет производить впечатление. Но может, он ей нравится не больше, чем всем остальным?

— Может, сыграем партейку в бильярд? Девчонки, вы как? — предлагает Рома.

— Можно, — пожимает плечами Поля, и все шесть пар глаз вопрошающе обращаются на меня.

— Я тоже не против.

— Тогда, пошлите!

Полина с Ромой идут немного впереди, а меня за талию подталкивает Антон, при этом задерживаясь чуть дольше, чем это необходимо.

Я снова ощущаю взгляд Арсена, но на этот раз не оборачиваюсь. Я дала себе обещание повеселиться. Значит, буду веселиться!

Глава 14

Арсен

— Арс… — улыбаясь, томно шепчет Лера, когда я останавливаюсь в считанных миллиметрах от ее губ.

Тяжело вздохнув, оставляю короткий поцелуй на щеке девушки и отстраняюсь.

Она хлопает глазами, очевидно, ошарашенная моим поведением. Я и сам не знаю какого черта творю, но почему-то целовать эти губы не хочу. А какие хочу?

— Ты в порядке? — отступая от меня на шаг, интересуется, тем самым сглаживая возникшую неловкость.

Нет, черт побери! Разве парень у которого «все в порядке» добровольно откажется от сексапильной жаждущей развлечений брюнетки? Только чокнутый вроде меня.

— Все в порядке, — все же отвечаю, натягивая на лицо беспристрастную маску.

— Ладно, — кивает Лера, усмехаясь. — Если что, найди меня позже. Как будешь в полном, — делает акцент на последнем слове, сканируя меня глазами: — порядке.

Девушка удаляется, плавно покачивая бедрами, а я устало провожу рукой по лицу.

Иисусе, какой же я идиот!

Я действительно только что отказался от возможного перепиха без обязательств? Лера не из тех кто будет лить слезы по такому козлу, как я. Мы с ней уже были пару-тройку раз, если вы понимаете о чем я… И это было хорошо. Без всяких недопониманий, неловкостей, обещаний и истерик. Просто мечта для восемнадцатилетнего парня. С Лерой не нужно ходить за ручку под луной и давать клятвы в вечной любви.

Понятия не имею, чем я ее зацепил. Она из круга Дара — богатенькая девочка, родившаяся с золотой ложкой во рту. Возможно, для неё я был чем-то вроде диковинки. Обычный парень, у которого нет состояния с бог знает сколькими нулями. Разумеется, Лера учится в частной школе, поэтому за исключением вечеринок Долматова — мы с ней нигде больше не пересекались. Я не звал ее на свидания, а она скорее бы посмеялась, чем пошла со мной в кино. Не то чтобы я настаивал.

Вероятно, мне стоит догнать Леру, умолять простить мою тупую задницу, а потом