Запретный плод - Юлия Гетта

Он вернулся через десять минут с белым бумажным пакетом Chanel, в котором я нашла юбку, очень похожую на мою, а также новые чёрные стринги и чулки. Не поверив своим глазам, я быстро переоделась прямо в машине, сложив порванное обратно в пакет и попросив Макса все это выбросить. Он вырулил с парковки, на ходу открыв окно и запулив пакет с рваньем прямо в урну. Спустя минуту мы уже мчались обратно по направлению к нашему банку.

Я провела рукой по нежной ткани своей новой юбки, любуясь ее красотой. Она была очень похожа на мою старую, но ткань была более тонкой и мягкой, а качество пошива просто наивысшее. Хоть мой муж и хорошо зарабатывал, но у меня никогда не было таких вещей. Переплачивать за бренд он считал бессмысленной тратой денег. А вот мой любовник наоборот решил меня побаловать. От этой мысли мне стало не по себе.

– Сколько это стоит? Я тебе все верну, – сказала я, обращаясь к Максу.

Он с усмешкой взглянул на меня:

– Ты серьезно? Не нужно мне ничего возвращать. Я порвал твои вещи и поэтому купил тебе новые.

– Мои вещи стоили значительно дешевле. Не было необходимости так тратиться.

Макс закатил глаза:

– Почему тебя так беспокоят мои финансы? Неужели я произвожу впечатление бедствующего человека?

Я бегло оглядела его: очень красивый, стильный костюм, явно недешевый, не менее внушительный хронометр на руке, аромат дорогого парфюма. О стоимости его машины не стоит даже и говорить. Нет, он явно не производил впечатление бедствующего человека, скорее даже наоборот. Возникал только один вопрос – сколько в наше время зарабатывают программисты? Возможно, я выбрала не ту профессию?

– Нет, не производишь, – смущенно ответила я на его вопрос.

– Тогда давай закроем эту тему, – произнес он и положил свою руку мне на колено, всю оставшуюся дорогу поглаживая его.

Доехав и припарковав машину на прежнее место, он уже хотел выйти из неё, но я остановила его, схватив за руку. Всю дорогу я собиралась с духом и, наконец, решила поговорить, сейчас или никогда.

– То, что происходит между нами, это безумие какое-то, – начала я, глядя ему в глаза.

Он посмотрел на меня, но ничего не ответил.

– Нам надо это прекратить, – решительно добавила я.

– Мы не сможем, – ответил Макс растерянно. – Я не смогу.

– Тогда мне придётся уволиться, – сказала я с болью в голосе. – Другого выхода я не вижу.

– О нас никто не узнает, обещаю, – с надеждой предложил он. – Мы будем очень осторожны.

– Нет, так не получится, – опустив глаза, произнесла я. – Мне и так кажется, что все уже догадываются, Марта точно подозревает. Если о нас узнает мой муж, то это будет катастрофа. Я не хочу оставить своих дочерей без отца, понимаешь?

– Понимаю, – сказал он, и по его реакции было видно, что ему не все равно.

– Давай прекратим это, пожалуйста, – попросила я.

– Хорошо, – ответил он, – я постараюсь держать себя в руках.

– Лучше нам не оставаться наедине, – грустно улыбнулась я.

– Лучше вообще не попадайся мне на глаза, – без тени улыбки ответил он.

– Хорошо, – ответила я, помедлила ещё немного и вышла из машины.

С тяжёлым сердцем я вернулась в свой кабинет. Мы отсутствовали около сорока минут, и Мила принялась меня отчитывать. Но мне было плевать, что она там говорит, тяжёлое чувство потери разъедало изнутри мою душу.

День тянулся невыносимо долго, работа не шла в голову. Огромных усилий мне стоило запретить себе думать о Максе. Мои мысли то и дело перескакивали на него, в голове всплывали моменты нашей близости, взгляд его потрясающих карих глаз, случайные прикосновения… Это все сводило с ума. Я даже не подозревала, что мне будет настолько тяжело оборвать эту преступную связь.

10 глава

Прошло три месяца. Жаркое лето сменила дождливая осень. В жизни моей тоже будто бы наступила осень. С момента, когда я попросила Макса оставить меня в покое, не было ни одного дня, чтобы я не думала о нем. Особенно на меня накатывало во время ссор с мужем. Кстати о муже. Его обещания заниматься дочками хватило ровно на один месяц. Он действительно часто отвозил и забирал их из сада, играл с ними по вечерам, но спустя две недели стал делать это реже, ссылаясь на завал по работе, а спустя ещё две недели и вовсе перестал. Мы с девчонками снова остались втроём, видя папу по полчаса утром и вечером, а иногда и только утром.

Мне сильно не хватало эндорфинов, и я подсела на сладкое, употребляя его с чаем в больших количествах после каждого приема пищи.

Неудивительно, что к осени я набрала несколько лишних килограммов и теперь еле влезала в свои стильные пиджаки и юбки, которые раньше сидели на мне вполне свободно. Ко всему прочему, я совсем перестала общаться со своими друзьями с работы. В курилку и на обеды с ними я не ходила, помня угрозу Макса не попадаться ему на глаза, и даже удалила дружеский чат, чтобы избежать лишних вопросов и уговоров. Иногда я виделась с Мартой, мы выходили во внутренний дворик в нетипичное для перекуров время. Она с сигаретой, а я с чашечкой кофе, мы болтали о том о сём.

Подруга все пыталась выяснить, почему я стала избегать нашу компанию, даже строила собственные догадки, но я не поддавалась, выставляя тираном Милу и сваливая все на ее строгость и запреты на любые отлучения из офиса. Как-то во время одной из таких посиделок она все же уговорила меня сходить поесть с ребятами, как бы невзначай упомянув о том, что Макс больше не приходит на совместные обеды.

– А почему? – не удержалась и спросила я.

– Марс говорит, что его девушка устроилась на работу где-то в нашем районе, и они теперь обедают вместе, – с хитрым прищуром ответила подруга.

– Надо же. – Я постаралась изобразить равнодушие и сразу перевела тему. – А как у тебя с мужем? Больше не ссоритесь?

– Да как тебе сказать, – нахмурилась Марта. – По-разному. То ссоримся, то миримся.

Я в ответ только вздохнула, кому как не мне было до боли это знакомо.

* * *

В кафе на обед мы пришли все вместе, и ребята были очень рады меня видеть, даже Ольга выдавила из себя приветственную улыбку. Не успели мы сесть за стол и заказать еду, как все накинулись на меня с расспросами, где я пропадала, почему перестала ходить со всеми на обед