Бесценная белая женщина - Кира Фарди

и проверим? — предложила Марина, потом соберем вещи и поедем десятичасовым рейсом на пляж. Посмотрим на реакцию водителя.

— А меня с собой возьмете, дамы? — раздался над головами хихикающих женщин приятный баритон.

Наташа вздрогнула и подняла голову: перед ней с тарелкой в одной руке и чашкой с кофе в другой стоял Демин…

13. Сомнения, терзания, душевные страдания

— Нет, — истерично взвизгнула она и резко вскочила, качнув стол.

Он ударил по стулу, а тот стал заваливаться прямо на Демина. Мужчина отпрыгнул в сторону и опрокинул на себя дымящийся кофе. Все смешалось.

Данила кричал от боли и яростно стряхивал горячие капли с белых шорт. Марина с салфетками суетилась рядом, пытаясь промокнуть коричневые пятна, но тут же отдергивала руки, не решаясь прикоснуться к святая святых всех мужчин. От стойки с сервировочной посудой бежал официант с графином холодной воды и полотенцем наперевес. Громко смеялась странная девочка Даша. Она просто захлебывалась от смеха и держалась за живот.

И только Наташа мрачно наблюдала за этой картиной и ничего не делала. Она смотрела на злейшего врага и понимала, что бежать ей больше некуда, надо принимать бой.

— Что ты здесь забыл? — внезапно осипшим голосом спросила она и, так как Демин ей не ответил, занятый спасением от ожога причинного места, повторила громче. — Что ты забыл в моем отеле?

— А-а-а! Вот зараза! Я здесь живу.

— Как живешь? Почему? Когда заселился?

— Наташа, не приставай! Я пойду, переоденусь, потом поговорим.

— Я не буду с тобой разговаривать! Не надейся! — уже кричала она, захлебываясь слюной.

Перепуганная Марина бросила салфетки и кинулась успокаивать Наташу, которая сейчас походила на разъяренную пантеру, готовую вцепиться в горло своему противнику. Ее лицо покраснело, вены на шее набухли, пальцы скрючились. Она вся подалась вперед, и если бы Марина ее не остановила, наверное, вцепилась бы Демину в лицо.

Тот, растерявшись от неожиданной атаки, попятился назад и, поминутно извиняясь за причиненное неудобство и отвечая неуверенной улыбкой на любопытные взгляды, быстро направился к двери.

Наташа тяжело опустилась на стул. Она не ожидала от себя такой реакции. Казалось, что детская травма затянулась давным-давно, но…Мысли метались в голове, как пойманные птицы. Ей почудилось, что в зале стало темнее, одного взгляда на еду было достаточно, чтобы к горлу подкатил комок тошноты. А еще странная девочка, продолжающая хихикать, вызывала раздражение.

— Я не хочу снова проходить через это! Я взрослая, уверенная в себе женщина, — бормотала она.

— Наташа, Наташа! Очнись! Это кто?

— Демин.

— Это я уже слышала. А кто он? Твой возлюбленный? Или знакомый?

— Одноклассник.

— Тогда почему ты к нему так относишься? Что он тебе сделал?

— Это долгая и неприятная история. Позже расскажу, — одумалась наконец Наташа. — Мы собирались на пляж. Встречаемся в холле через полчаса. Договорились?

— Ок!

Женщины разошлись по своим номерам, чтобы взять пляжные вещи. Первое, что сделала Наташа, войдя в номер, включила на всю мощность кондиционер. Чтобы привести мысли в порядок, ей нужен был ледяной воздух. Через минуту она уже тряслась от холода, но и этого ей показалось мало. Она стояла у раковины и беспрестанно плескала в лицо водой.

— Что ему от меня надо? Я так старалась забыть о том случае! — решение пришло мгновенно. — Нет. Я здесь не останусь!

Наташа вытащила из шкафа чемодан и забегала по комнате, собирая на ходу вещи. Когда шорты и майки начали вываливаться из рук, внезапно остановилась. Села. Растерянно посмотрела на беспорядок, который только что учинила.

— Что я делаю? С таким трудом удалось вырваться в отпуск! Это мне сейчас билет надо покупать, машину до аэропорта искать, и еще неизвестно, не потащится ли Демин за мной дальше. Знает же, паразит, адрес офиса и дома. Так, успокойся, вспомни, что тебе советовала психолог, если повторится паническая атака.

Наташа бросила вещи на кровать, села удобно, закрыла глаза и стала считать.

— Вдох — раз, выдох — два…

Сосчитала до десяти, потом начала заново. Так повторила три раза. Подумала, прислушалась к себе, показалось мало. Сделала еще десять вдохов — выдохов. Потом села к письменному столу и достала ручку и бумагу, которую сложила и разорвала на несколько маленьких квадратов.

Вторая техника, которой ее обучила много лет назад психолог, заключалась в следующем: надо было на листе записывать негативные мысли, чтобы избавиться от них. Снова и снова она выводила — «Демин». Если первые слова писала так яростно, что стержень ручки рвал бумагу, то с каждым разом почерк становился все лучше, а нажим уменьшался. Наконец Наташа остановилась: мысли пришли в порядок. Она почувствовала, что замерзла, а это был первый признак возвращения в реальный мир.

Она схватила пляжную сумку, сунула туда купальник (хорошо, что взяла с собой два, а то пришлось бы сейчас по магазинам искать), кошелек, телефон и выбежала из номера. Скорее в лифт. По дороге притормозила. Паника — самый плохой советчик.

«Дала же себе слово, что больше не буду убегать! Одним козлом меньше, одним больше. Какая теперь уже разница!»

Вернулась в номер, чтобы повесить на дверь снаружи табличку: «Не беспокоить!» Не хватало еще, чтобы горничные разглядывали ее бардак.

В холле взяла Марину под руку и потащила на выход, к автобусу, который уже стоял с распахнутой дверью.

— Наташа, притормози. Куда ты так спешишь? Тебя уже и твоя месть не интересует?

— Что? Ох, и, правда! Совсем про водителя забыла.

Наташа подняла глаза и увидела улыбающегося пакистанца, сидевшего в кабине. Сначала хотела его проигнорировать, дала же себе зарок: на мужчин смотреть, как на пустое место, но это паразит ей подмигнул. Наташа чуть не захлебнулась от возмущения. Потом подняла руку и показала ему средний палец. Улыбка испуганной птичкой улетела к небесам. Водитель отвернулся и мрачно уставился в переднее стекло.

— То-то! Знай наших! — удовлетворенно улыбнулась она и наконец