Беременность от бывшего (СИ) - Богда Ксения

Закусываю губу от обиды, что желание исполняется именно в этот важный день. Вдруг оказывается чрезвычайно важно, чтобы Миша был рядом и узнал все…

Вызываю такси. Нет настроения ехать за рулем. Я могу зайти за угрозу безопасности движения.

Кошусь на брошенный ключ от новенькой машины.

– Гад же ты, Потапов.

Позвонить и написать не занимает так уж много времени. Но он предпочитает молчать и держать меня в неведении.

Эгоист. Думает только о себе любимом. А то, что я тут не нахожу места, ему мало интересно.

Усаживаюсь на заднее сидение такси и откидываюсь на спинку. Пытаюсь расслабиться, чтобы головная боль окончательно отпустила.

– Приехали, – в дрему врывается мужской голос, заставляя меня вздрогнуть.

– Спасибо.

В запасе десять минут. Захожу в буфет и беру прохладную воду. Горло превращается в пустыню.

Видимо, волнение сказывается. Сегодня могут сказать пол. Я все ещё не уверена, хочу ли узнать. Или устроить себе сюрприз?

Бреду по коридору к кабинету, где проходит УЗИ. Надеюсь на какое-то чудо, прислушиваюсь к каждому шороху за спиной. Жду, когда знакомый голос окрикнет. Но чудо проходит далеко от меня.

Из кабинета УЗИ выходит врач и с улыбкой приглашает меня внутрь.

Бросаю последний взгляд на пустой коридор. Делаю несколько вдохов, чтобы не расплакаться от досады и разочарования.

– Добрый день, – голос предательски дрожит.

Врач бросает на меня вопросительный взгляд.

– Все хорошо?

Киваю.

Поднимаю майку и укладываюсь на кушетку. Вздрагиваю от ощущения прохладного геля.

– Сегодня попробуем посмотреть пол. Или не нужно?

Откуда-то берется решимость и ответ на вопрос врача.

– Нужно.

В отместку Потапову?

В коридоре слышится грохот. Как будто кто-то бежит. Врач замирает с датчиком на готове. Оборачивается на дверь и неодобрительно хмурится.

– Вы куда? – возмущенные выкрики персонала.

Сердце замирает, когда в кабинет врывается запыхавшийся и взъерошенный Потапов.

– Здрасте, не опоздал? – встречаемся взглядами с Медведем.

Выглядит не очень.

Врач несколько раз моргает. Смотрит удивленно на тяжело дышащего Мишу.

– Добрый день. А вы отец?

– Ага, отец.

Грудь наполняется радостью. Прикусываю губу, чтобы скрыть довольную улыбку. Не собираюсь так просто его прощать за дни тишины.

Потапов смотрит на меня, но я успеваю взять себя в руки и лежу уже со спокойным лицом.

– Ну проходите, – неуверенно проговаривает врач, – вот здесь можете присесть.

Датчик опускается на живот, а я затаиваю дыхание.

Сейчас откроется ещё один маленький секрет. Или не маленький.

– Катерина, дышите. Вы что аж затаились? – посмеивается врач.

А я пытаюсь дышать ровно, но все равно волнение берет верх надо мной.

– Так, отлично. Все хорошо, – бормочет цифры, размеры, данные, – плода два.

Потапов моргает и переводит на меня вопросительный взгляд.

– Пол говорю? – переспрашивает врач.

Я вопросительно выгибаю бровь. Миша явно в шоке и никак не может оправиться.

– Да, давайте, – отвечаю за обоих

– У вас мальчик и девочка.

– Подождите. У нас что, будет двойня? – чуть ли не шепотом спрашивает Потапов.

Врач только хлопает глазами. Всматриваюсь в лицо Потапова. Он в шоке. Могу рассмотреть даже венку, которая с большой скоростью бьется на шее.

– Сюрприз, – голос превращается в писк, а я стараюсь бодро улыбнуться. Но, думаю, сейчас моя улыбка похожа на не очень удачную гримасу.

Миша прокашливается. Больше никак не комментирует новость.

– С детьми все в порядке? – ещё через минуту все же решается подать голос.

– Да, все в полном порядке. Оба развиваются отлично, от срока не отстают. Все, – врач протягивает мне салфетки, и я аккуратно встаю с кушетки, – можете подождать в коридоре, пока я выписку сделаю.

Благодарю. Пытаюсь подольше задержаться в кабинете и специально тяну время, чтобы оттянуть разговор с Мишей, который уже сверлит меня взглядом.

Не выдерживает, хватает меня за руку и тянет в коридор.

Осторожно усаживает на стул. Садится на корточки, и теперь наши глаза почти на одном уровне. В его глазах вижу свое отражение.

– Ты ничего не хочешь мне объяснить?

– Что? – откашливаюсь.

Миша ждет, пока мимо нас пройдет молодая пара.

– Почему ты мне сразу не сказала, что детей двое?

В его голосе четко улавливаю упрек. И, с одной стороны, я могу понять его претензии, но с другой…

– А почему должна была?

Миша хмурится и отводит взгляд. На секунду, но этого хватает, чтобы я заметила.

– Потому что я как отец имею право знать, – тихий голос слегка коробит.

– Да, а ещё ты как отец мог бы звонить и узнавать, что со мной все в порядке. А то получается, что ты вспоминаешь о своем родительстве, когда тебе удобно.

– Катен, – взгляд из-под бровей, – бред не неси.

Пытаюсь подняться со стула, но большая ладонь Потапова опускается на бедро и прижимает меня, чтобы не дергалась.

– А как это ещё объяснить, Миш? Несколько дней полный ноль. Никакого интереса ни ко мне, ни к моему здоровью.

Миша прищуривается.

– У тебя что-то стряслось за эти несколько дней?

– Нет, но могло бы, так?

Миша громко выдыхает. Ерошит волосы.

– У меня все было под контролем, Катен.

– Миша, ты вламываешься в мою жизнь. Женишь нас по второму кругу, а потом просто забиваешь.

– Катен…

– Хватит меня перебивать, Потапов! – непроизвольно повышаю голос, и на нас оборачивается персонал больницы.

– Извините, – шепчу пересохшими губами и возвращаю взгляд на Потапова.

Он смотрит куда-то в пол, сжатый кулак лежит на соседнем стуле.

– Я не мог звонить, – дергает головой и встает.

Разминает плечи, протягивает руку мне. Несколько минут сражаемся взглядами, но нас прерывает врач УЗИ.

– Катерина, все готово. Вот, – протягивает бумаги.

– Спасибо.

– Всего хорошего, – добрая улыбка успокаивает успевшие натянуться нервы.

Миша подталкивает меня к выходу. Мне хочется устроить протест прилюдно, но я понимаю, что это будет выглядеть глупо. Приходится прикусить язык и плестись на улицу.

– Ты на машине? – Потапов осматривает парковку перед зданием.

– Нет, мне было лень ехать за рулем. Да и голова болела.

Острый взгляд на меня.

– Сейчас все в норме?

Пожимаю плечами.

– Более чем.

Злость испаряется. Мне становится все равно, почему он не звонил, да и вообще. Я же не планировала с ним сближаться, а сейчас даю Мише повод думать, что мне не все равно.

– В общем, я не мог тебе звонить, Кать.

–Я поняла, Миш. Можешь не распинаться. Мне нельзя нервничать, поэтому закроем тему.

Миша рычит, но замолкает. Ведет меня к своей машине.

– Хочешь чего-нибудь? – усаживается за руль и косится в мою сторону.

Мотаю головой.

– Так почему ты не сказала, что детей двое?

Комок тут же заполняет горло от одного воспоминания того страха, который я пережила на первых неделях.

– Долгая история, – предпринимаю попытку уйти от темы.

Но Потапов не из тех, кто так просто сдается и отступает.

– Так и мы не торопимся.

Выдыхаю сквозь стиснутые зубы.

– Тебе она не понравится.

Миша переплетает наши пальцы и подносит мою руку к губам.

– Давай я буду решать, что мне интересно, а что нет.

– Хорошо, но потом не жалуйся, что я затронула запретные темы, – прикрываю глаза, чтобы не разреветься от переизбытка эмоций, – в общем, после нашего разрыва я переживала не лучшие времена. Потратила кучу нервов и слез, пытаясь понять, почему ты так поступил и за что ты все разрушил.

– Катен…

– Да я не упрекаю, Потапов. Я рассказываю, ты же сам хотел узнать причину.

– Да, извини, – тут же отступает Миша, давая мне возможность продолжить.

– Ну и на третьем месяце на УЗИ мне сказали, что, возможно, один плод замер. В общем, я была на грани того, чтоб потерять одного из малышей.