Случайный малыш для Миллиардера (СИ) - Громова Арина

Или это от холода?

Придурок. Я почти утопил Лазареву. Потянулся к ней, забыл, где нахожусь, потерял связь с реальностью. Лодка накренилась, мы оба полетели в воду.

Дьявол дери. Я должен быть осторожнее. Нельзя же так. Совсем без мозгов. Как мальчишка, как сопливый придурок. Да хуже! Подверг девчонку опасности.

Вечер. Холодрыга. Она вся до нитки промокла. Еще и ко дну пошла. Я успел подхватить, вытянул, велел раздобыть вещи для нее, чаем напоил.

Но это все бред. Я же в принципе не должен был ничего подобного допускать.

Проклятье. А целовать ее?

Это ведь тоже за гранью допустимого.

Я не планировал никаких отношений с той женщиной, которая должна родить мне наследника. Бизнес-проект. Четко оговоренный контракт.

Все пошло наперекосяк.

Я до сих пор не знал, беременна Лазарева или нет, но если честно, это вообще перестало иметь хоть малейшее значение. В том смысле, что я не собирался отпускать девчонку. Плевать, какой там результат.

Если беременна, то никуда от меня не денется. Это понятно и так.

А если нет, если процедура вдруг не сработала, то значит я сам сделаю ее беременной без всяких там ЭКО.

Я понял, что не смогу позволить ей уйти. Не разрешу.

Моей будет.

— Рустам! — вдруг воскликнула она, оттолкнув меня. — Вы… ты что творишь?

Ее дыхание сбилось. Губы распухли. Я смотрел в ее горящие глаза и не понимал, почему был таким дебилом раньше.

Как мог не увидеть ее привлекательность сразу? Почему не заметил в отеле? Она же там работала, не один месяц. Мы наверняка сталкивались. А я в упор девчонку не замечал.

О чем я только думал? Если бы не дурацкая ошибка медперсонала, я бы вообще не узнал Лазареву, не познакомился с ней лично.

— Тебе не понравилось? — спросил я.

— Ты… я, — она запнулась и явно смутилась. — Я не была к такому готова. Не понимаю, что на тебя нашло. Мы же просто говорили.

— Не просто.

— А как тогда?

— Я хочу больше, Аня.

— Чего ты хочешь?

Она попробовала отойти, но я схватил ее и прижал вплотную. Целовать против ее воли не стал.

— Я тебя хочу, — признался как есть, напрямую.

— Рустам, да что ты такое несешь, — зашипела с возмущением, задергалась в моих объятьях и помрачнела. — Ты наверное что-то перепутал. Я не подхожу на роль твоей новой игрушки.

— Почему ты решила, будто я ищу игрушку?

— Это не сложно. По всему видно, что серьезные отношения не для тебя. Иначе бы ты не стал искать женщину, которая согласиться пройти ЭКО, а потом отдать ребенка. Ты не привык ничем себя связывать. Покупаешь развлечения и все, меняешь девушек как кукол. Сегодня одна, завтра другая.

Я усмехнулся. Нечего было на такое возразить. Тут Лазарева права на все сто. Хотя и промолчать я не мог. Главное заключалось в другом.

— А вдруг я не встретил девушку, с которой бы захотел больше?

=55=

— Рустам, наша ситуация и так очень тяжелая и странная, — девчонка мигом помрачнела. — Давай не будем усложнять еще больше.

Охренеть. Как холодным душем обдала. В лед отправила. В нокаут. Покруче всяких спарингов, которые я иногда практиковал в качестве спортивной разминки.

Я будто опять в ту проклятую реку окунулся.

Отказала? Она мне отказала?!

— Надеюсь, ты не обиделся, — прибавила.

Обиделся? Нет. Я обалдел. Реально замер на месте. Усомнился, что слышу такие наглые фразы от Лазаревой.

Девчонка издевалась? Иначе каким еще образом можно было нечто подобное объяснить?

Нет, я мог понять ее поведение в начале нашего знакомства, когда она бесила меня до жути, постоянно пыталась удрать. Но теперь-то что? Чего ей надо? Мы столько времени провели вместе. Да я не с каждой из своих любивниц так долго жил. И я уж точно не терпел ни от кого другого подобные закидоны.

Я знал, любая девка прыгала бы до потолка, услышав от меня такое признание. Ладно, допустим, я не предложил ничего серьезного, не дал гарантий.

Но черт, я приблизил ее. Полыхал от нетерпения. Вилял хвостом точно щенок, ловил каждый жест Лазаревой, каждый взгляд, пытался предугадать желания наперед.

Вся вот эта романтика. Для кого? Стал бы я тащиться в этот дебильный парк развлечений, заказывать салюты и растекаться будто последний соплежуй?

Внутри забурлило. Крови вскипела. Глаза заволокла пелена.

Никто не отказывает Рустаму Каримову. Никто! Да разве я хоть когда-то спрашивал? Разве тревожило меня чужое мнение? Я жрал конкурентов одного за другим. Разорял этих слабаков, поглощал их компании, выстраивал личную империю. Плевать хотел на окружающих, на правила и порядки. Любой закон подстраивал под себя, под собственные интересы.

А женщины… да я никогда отказа не слышал. Может, и было что-то, сейчас просто не получалось вспомнить. Передо мной все стелились, угождали, в рот заглядывали. Если я отдавал приказ, то вопросов не раздавалось. Всегда следовало полное подчинение. Да, признаю, такая слепая раболепность порядком раздражала, набивала оскомину, но я привык к этому раскладу, иного не ждал.

— Аня, — криво усмехнулся. — Я же не настаиваю.

Пока что. Дьявол побери! Сегодня не настаиваю. Сейчас. А дальше поглядим, оценим ситуацию.

Ладно, мне стоило проявить больше терпения.

Только одно свидание. И правда — на что я рассчитывал? За такими как Лазарева надо ухаживать серьезно, прикладывать усилия, причем речь совсем не о финансах.

Ха. «Такие как Лазарева». А такие разве встречались в природе?

Я не умел сдаваться. Понимал, что если что решил, добьюсь этого любой ценой. Конечно, потом мне наскучит. Так всегда бывает. Очередная выгодная сделка. Заманчивый контракт. Новая схватка с опасными конкурентами. Я неизменно заканчивал любой бой в качестве победителя и шел дальше.

Охота длилась вечно. Хотя я вынужден был признать, меня никогда прежде настолько сильно не цепляла женщина. Но завоевывать Лазареву будет интересно. Я уже это предвкушал. Ну ничего. Куда она денется? Да и вообще процесс доставлял больше удовольствия, нежели результат. Я заполучу девчонку. Это лишь вопрос времени.

— Продемся еще? — спросил. — Или ты утомилась? А может, проголодалась? Те бургеры за еду не считаю. Мы чертовски давно поели. Остальное просто перекус. Аппетит перебить.

— Спасибо за сказочный вечер, Рустам, — она улыбнулась и окончательно погасила всю мою ярость, смыла злобу единственным взглядом. — Если честно, я ужасно устала. День выдался долгий.

— Тогда пора отдыхать.

Я подхватил ее на руки и понес в сторону авто.

— Ой, Рустам, ты что…

— Это не обсуждается, — отрезал и смягчил жесткую фразу тем, что подмигнул с заговорщическим видом.

Она закусила нижнюю губу.

— Ты невозможный, — обронила тихо.

Точно подметила. Еще бы сообразила, что другого выхода кроме как сдаться и стать моей, у нее нет.

=56=

Ночью я быстро уснула, попросту выбилась из сил, поэтому мигом отключилась. А утром рано проснулась и больше не сумела сомкнуть глаза, окунулась в тяжелые размышления. Меня смущало и напрягало поведение Каримова.

Чего он добивался? Явно ничего такого, что я бы одобрила.

Мои губы до сих пор горели от его поцелуя. Ощущения казались настолько свежими, живыми и реальными, словно Рустам поцеловал меня пару секунд назад. Память так и подбрасывала яркие вспышки вчерашнего дня. Кадр за кадром.

Вот мы заходим в пафосный ресторан. Вот оказываемся в бургерной. Каримов сперва выглядит напряженным, а после расслабляется. Вот парк развлечений. Мы катаемся на колесе обозрения. Едим попкорн, мороженое, сладкую вату. А дальше прогулка по речке. Накренившаяся лодка. Рустам вытягивает меня из воды и запечатывает мой рот своим. Целует дико и властно, будто открыто заявляет права на собственность.

Меня никто не целовал так. Я никогда не чувствовала ничего похожего.

За все время у меня был только один парень. Денис. Я впервые поцеловалась именно с ним. Только это было очень неприятно. Он лишь обслюнявил мои губы, пробудил внутри рефлекторную брезгливость. После такого мерзкого опыта я не могла больше верить романтичным фильмам и книгам про любовь. Там поцелуй описывался будто нечто прекрасное, а в реальности меня ожидало жестокое разочарование. Я не могла поверить, будто кому-то такая гадость нравится. После поцелуя Дениса захотелось тщательно вымыть рот мылом. Тогда я и решила, что не создана для всех этих утех. Холодная. Безразличная. Так я бы и дальше думала. Но прошлый вечер все переменил.