Внебрачный ребёнок генерального (СИ) - Романовская Ирина

— А Олег это?

— Олег — это я. Добрый день! — Титов машет рукой, появляясь из кухни, — А вы, я так полагаю по количеству провизии, мама Яночки. Очень приятно познакомиться. Не стойте на пороге, проходите.

Мне же шепчет:

— Все нормально? Я не слишком гостеприимный в твоем доме?

— С-с-пасибо. — мямлю я в ответ. Все еще пребываю в некотором шоке от такого случайного знакомства Титова и моей матери. Мы ведь даже еще на свидание не успели сходить.

— Я сейчас деду наберу, чтобы поднялся. А то он остался в машине ждать, — мама обескураженно смотрит на внезапно появившегося перед ней мужчиной.

Олег забирает у меня все тяжести и относит на кухню. Я семеню за ним следом. Мама пока осталась в коридоре. Тимур вышел из комнаты и увидев бабушку, поздоровавшись тут же потащил ее ознакомиться с новым конструктором.

— Ты извини. Я не знала, что мама приедет.

— Не переживай ты так. Мы все взрослые люди. Не страшно. Только я с вами посидеть уже не смогу. Надо ехать. Через час срочное совещание всего руководящего состава. А мне бы не мешало заехать к себе и переодеться.

— Хорошо. — Я обнимаю Олега робко. Утыкаюсь носом в его грудную клетку. — Спасибо. За все.

— Ты ничего не хочешь сказать, Яна? — первое, что задает мне мать, когда Титов скрывается за дверью.

Мое сердце падает вниз. Она все-таки заметила. Я надеялась, что сходство большого и маленького мужчин не так явно бросается в глаза. По крайней мере никто раньше не обращал на это внимания. Хотя кто видел нас троих вместе. Один раз в толпе в здании спортивного комплекса? Все же хорошо, что Тимур не попал со мной на работу.

Я твердо решила, что как только выйду на работу, и мы окажемся с Олегом наедине, я тут же расскажу ему правду. И Тимура стоит подготовить. Правда, как тут подготовишь? За последний он столько раз задавал мне вопросы о своем папе, почему мы не вместе и можно ли его найти. И вот сейчас уже который месяц его родной отец находится близко. А я продолжаю в молчанку играть.

— Яна! Прекрати меня игнорировать. Отвечай!

— Да, мама, это настоящий отец Тимура. — выключаю я свистящий чайник и разливаю кипяток по кружкам.

— Батюшки! — мама резко вскидывает руки в вверх от неожиданности и пошатывается. Хорошо, что стул находится рядом с ней. Она осторожно садится на него и упирается локтями в обеденный стол.

— Мам, все нормально? — бегу к ней со стаканом воды.

— А он знает? — через пару минут шепотом спрашивает она.

Отрицательно машу головой:

— Никто из них не знает.

— Ох, Янка, и заварила ты кашу. — мама впервые в жизни обнимает меня первой. Обычно к таким проявлениям чувств она достаточно холодна. Но видимо все мы меняемся с прошествием времени и обстоятельств.

— Знаю, мам. — и начинаю плакать на ее плече.

22

Первый рабочий день после больничного. Первый совместный рабочий день после начала наших с Олегом отношений. Я старалась поговорить с ним на эту тему. Считаю, что в стенах офиса мы должны вести себя как профессионалы, как начальник и его подчиненная. Титов со мной согласен. Но в этом то и весь подвох. Он всегда так делает. Всегда со мной соглашается, а затем все равно делает по-своему.

Я так же говорила ему не приезжать к нам, пока мы с Тимом болеем, что не стоит каждый раз подвергать риску свое здоровье. Олег никогда в телефонном разговоре не спорил со мной, говорил, что понимает и принимает все, а вечером как ни в чем ни бывало стоял на пороге моей квартиры и звонил в дверь.

Как итог, практически каждый вечер моего больничного Титов провел у нас дома. Часто приезжал уставшим, голодным, а мы с Тимом кормили его вкусным ужином. Потом много болтали, смеялись, обнимались. Даже украдкой целовались.

Единственное, чего я не позволяла все это время Титову, так это оставаться у нас с ночевкой. Не смотря на все его грустные улыбки, жалостливые глаза и рассказы о том, как же он устал и как долго добираться ему до своей квартиры.

Во-первых, в моей квартире нет свободного дивана, а значит спать он может только или со мной, или с Тимуром, или на полу. Во-вторых, пока остается с моей стороны недосказанность, переходить к совместным ночевкам я не готова. Лучше будет для всех оставаться каждому в своей постели.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Но сегодня проснувшись, я четко решила, что этот день настал. Сегодня я все расскажу. Я устала отправлять его поздно ночью домой, устала грустить, устала переживать. Будь что будет, но сегодня Олег узнает правду о сыне.

Открываю окно в кабинете босса. Хочется впустить сюда немного утренней свежести. Олег вот-вот придет. Очень волнуюсь, не обиделся ли. Он предлагал мне приехать утром, забрать меня и вместе приехать на работу. Но я отказалась. Может быть после всей правды, но точно не сегодня.

Ставлю чашку ароматного черного кофе на рабочий стол босса и иду за водой для цветов. За две недели никто не вспомнил о них. Бедненькие, даже листья опустили вниз от такой засухи.

В приемной практически нос к носу сталкиваюсь с тем, кого так ждала. Как только мы оказывается в радиусе метра друг от друга мое сердце разгоняется до сотни за пол секунды, как гоночный болид на трассе.

— Доброе утро, Олег, — мой взгляд улавливает какое-то движение за плечами босса, поэтому поспешно добавляю, — Юрьевич!

— Доброе, Яночка. Вы восх…

Учащенно хлопаю ресницами, стараюсь незаметно подмигнуть, дергаю нервно головой и стараюсь своими испуганными глазами всячески намекнуть начальнику, чтобы он соблюдал дистанцию. Так как за ним находится главная сплетница всего футбольного клуба — заместитель главного бухгалтера Антонина Федоровна.

За три ее последних визита в приемную, я успела узнать кто из руководящего состава женат, кто в разводе, кто с кем спал, и на кого из мужчин лучше вообще не смотреть. Про моего непосредственного начальника Антонина Федоровна тактично умолчала. Сама же я задать вопрос о нем не рискнула, чтобы не вызывать лишних поводов для сплетен.

— Доброе утро, Антонина Федоровна! Вы к Олегу Юрьевичу с самого утра? И даже без звонка, — выкрикиваю я достаточно громко от волнения, так как хищная улыбка Олега и игривый взгляд на мои губы не сулит ничего хорошего.

Только после этого Олег сообразил, что мы не одни в приемной.

— Яночка, вы восхитительный работник. Ни свет, ни заря уже на рабочем месте. Можно мне кофе. Пожалуйста, — с той же улыбкой произносит Титов, глядя при этом уже мне прямо в глаза и подмигивает, затем становится серьезным.

— Кофе уже ждет вас на столе Олег Юрьевич. — осторожно отвечаю я.

— Да? Как интересно, — оборачивается и обращается к утренней гостье, — День добрый, Антонина. По какому вопросу?

— Корпоратив, — весело отвечает бухгалтер.

— Какой еще корпоратив? — Олег в растерянности. Явно не ожидал такой темы.

— Новогодний! — Антонина все рабочие корпоративы/праздники/юбилеи организовывает. Каждый раз не дает руководству забыть о том, что на это все необходимо выделять финансовые средства заранее. Судя по ее счастливому выражению лица, она действительно кайфует от этого своего «хобби».

— Так сейчас ноябрь. — Олег все равно не понимает, зачем бухгалтер пришла к нему с этим вопросом.

— Вот именно. Уже конец ноября. А у нас ни программы нет, ни ресторан не заказан, ни конкурсы не готовы. И вообще нет бюджета на это дело.

— Так а от меня что требуется?

— Я пришла обсудить и утвердить все. Вот расчеты. Вот сумма, которая выделялась в прошлом году. А эта которую клуб в состоянии выделить сейчас.

— Понял-понял. Вы серьёзно подготовились, — вижу, как Титов старается не закатывать глаза при женщине. Мало ему спортивных забот клуба, так теперь еще предстоит конкурсы и рестораны обсуждать, — Пойдемте в мой кабинет. У нас есть максимум полчаса.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Антонина Федоровна исчезает первой в кабинете генерального. Олег на десять секунд от нее отстает. Оглядывается по сторонам. Никого вокруг кроме нас двоих. Быстренько подходит ко мне, наклоняется и негромко произносит: