Шумел Камыш (СИ) - Лучезар Ольга

Невольно дёрнулась, и в то же самое мгновение давление на моё запястье усилилось, не позволяя отшатнуться.

– Больше так никогда не делай, – налился холодной властной силой голос полковника.

Продолжая всё так же меня удерживать, он забрал из моей руки кастрюлю и, с тихим стуком поставив её на стол, поднялся. Плавно... словно у него внутри скрывался настоящий хищник… Я тотчас почувствовала себя добычей. Только не той, что испугавшись, убегает прочь, а той самой, что замирает от нехорошего предчувствия.

Опустив ладонь мне на спину, мужчина одним мягким движением подтянул меня к себе, заставляя чуть выше поднять голову.

– Дай угадаю, – медленно поднёс моё запястье к лицу. – Кто-то видел меня с Эммой. – И не сводя с меня своего пристального взгляда, прижался тёплыми губами к пульсирующей жилке.

Под ложечкой защекотало, отчего по телу моментально рассыпались огненные мурашки.

– Кто она тебе? – выдохнула, непроизвольно переходя на ты.

Прикрыв глаза, полковник тихо засмеялся, обжигая тончайшую кожу запястья горячим дыханием.

– С этого и нужно было начинать, Кара, – сказал он, проигнорировав жутко волнующий меня вопрос. После чего отпустил руку и, отодвинув меня в сторону, устремился к выходу из кухни.

Он же не думает, вот так просто уйти и оставить меня одну?!

Сорвалась следом.

– Собирайся, поехали, – вдруг резко остановился полковник, а я чуть не врезалась носом в широкую спину, успев лишь в последний момент выставить руки и опереться на его плечи.

– Куда? – растерялась я, отстраняясь от мужчины.

Развернувшись, он наклонился ближе, и я отчётливо заметила, как в стальных глазах засветилась ясная решимость.

– Познакомлю тебя с Эммой, – захватил рукой мой затылок и, слегка запрокинув голову назад, сорвал с губ короткий поцелуй.

Затем ещё один.

Ещё…

Отметил губами подбородок… шею…

– А… – вцепилась пальцами в колючую шерсть свитера.

– Глупости не оплетай… – хрипловато шепнул на ухо.

Всю дорогу пока мы ехали на такси, я пыталась разговорить полковника и разузнать, кто такая – блондинка Эмма. Бесполезно. Он либо отшучивался, крепко прижимая меня к своему боку, либо просто уходил от ответа.

Я нервничала. Хотя и понимала: не с любовницей же, в самом деле, он везёт меня знакомить?!

Но версии в моей голове продолжали теснить одна другую, причём каждая из них казалась мне вполне жизнеспособной: бывшая жена, племянница, крестница…

– Вот мы и приехали, – с улыбкой сообщил Вячеслав Алексеевич, когда впереди показался его дом.

– Замечательно, – тихонько сказала себе под нос, отвернувшись к окну.

Едва мы вышли из машины, мужчина ухватил меня за руку и уверенно повёл по припорошенной снегом дорожке к крыльцу.

– Кара, ты напрасно переживаешь, – с этими словами он ободряюще стиснул мою ладонь.

В волнении я даже не удосужилась ему кивнуть.

Стоило ступить в светлую прихожую, как в нос тут же ударил аромат роз вперемешку с запахом свежесваренного кофе. Входная дверь за спиной громко хлопнула, заставляя меня подпрыгнуть на месте.

– Сержик, это ты?! – послышался приятный мелодичный голос из столовой, а спустя несколько секунд появилась и его хозяйка – красивая фигуристая блондинка в коротком чёрном халатике.

– Папулечка, ты уже… – заметив меня, она запнулась буквально на полсекунды, и затем немного недоумённо продолжила: – вернулся…

Папулечка?..

Лицо тотчас запылало так, что мне нестерпимо захотелось спрятать его в ладонях.

– Да, – шагнув вперёд, отмахнулся он и обнял меня за плечи. – Познакомьтесь. Кара, это Эмма – моя дочь.

– Здравствуйте, – кивнула я и дёрнула уголком губ. – А я – Карина.

Сверкая светло-голубыми глазами, девушка без тени улыбки скользила по мне взглядом. Настырно. Изучающе. Будто выискивала во мне то, что другие разглядели, а она сразу и не заметила.

Стало не по себе.

А ещё я сейчас была готова без промедления провалиться сквозь землю от стыда за своё недавнее поведение.

Ненадолго задержав взгляд на мужской руке, сжимающей моё плечо, Эмма спокойно качнула головой:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Очень приятно.

Фраза прозвучала, как мне показалось, достаточно прохладно и безразлично.

– И мне, – обронила я.

– Папуль, – обратилась Эмма к отцу, моментально потеряв ко мне всякий интерес, – тут валялся какой-то засохший букет похоронных цветов, – сморщив нос, кинула взгляд на кожаный диван, – я его выбросила.

Я чуть не подавилась возмущением, без труда сообразив о каких именно цветах идёт речь. Каллы – не похоронные цветы! Напротив, нежные и элегантные талисманы счастья оберегают от всего плохого. К тому же говорят о восхищении, преклонении и красоте.

– Существует одна очень интересная легенда об этих цветах, – воспользовавшись образовавшейся паузой, начала я, медленно расстёгивая молнию на куртке. – Однажды дочь одного из Богов влюбилась в земного юношу. Он тоже её полюбил. Каждую ночь она сбегала и спускалась к нему с небес. – Полковник молча помог мне снять пуховик, и я присела на диван, чтобы разуться, попутно подметив взглядом белые пушистые тапочки на ногах девушки. – Её отец, узнав о связи дочери со смертным, рассердился и наслал на неё проклятье – сделал её невидимой. Но влюблённый парень всё равно ощущал присутствие девушки. И тогда он подарил ей покрывало из восхитительных белых цветов. При встречах он набрасывал его на любимую и мог видеть девушку и прикасаться к ней. – Сняв обувь, я умолкла и встала, наблюдая за Эммой: в её глазах читался явный интерес.

– И что было дальше? – поторопила она, нетерпеливо переступив с ноги на ногу. Вячеслав Алексеевич тем временем полез в обувницу.

– А дальше отец, увидев, насколько велика их любовь, смилостивился и снял проклятье, – любопытство Эммы вызвало у меня невольную улыбку. – Покрывало спало с девушки, и на этом месте – на земле, выросли прекрасные белые каллы. Поэтому они считаются цветами верности и символизируют большую и искреннюю любовь. Соответственно, если мужчина дарит женщине каллы, то значит, он её любит. – За спиной грохнула дверца шкафчика, бесцеремонно обрывая мою речь.

– Обувайся! – скомандовал полковник, и на пол шлёпнулись огромные коричневые тапки.

После секундной заминки я, ныряя ступнями в шлёпанцы, продолжила:

– Я часто рассказываю эту историю парочкам, которым организую свадьбы.

– Тогда почему каллы называют – цветами смерти? – привалившись плечом к стене, упрямо сложила руки на груди Эмма.

– Белые каллы, – кивнула я. – Возможно из-за того, что они реагируют на изменение энергетики и могут почувствовать приближение чьей-то смерти. А может, потому что в Европе принято приносить на похороны белые цветы… Эмма, но тогда цветком смерти можно назвать абсолютной любой белый цветок, – развела я руками. – Одно могу сказать точно: в свадебный букет их добавляют, как символ взаимной любви и счастливого брака.

Девушка опустила глаза и задумчиво хмыкнула, но ничего не возразила.

– Ой, – вдруг встрепенулась она, – папуль, ужинать будете? У меня осталась паста.

Я резко кашлянула в кулак, подавляя вырывающийся смешок.

– Доведёте вы меня сегодня… – уперев руки в бока, укорительно произнёс полковник, окидывая нас с Эммой тяжёлым взглядом.

– А что я такого сказала-то? – спросила девушка, переводя непонимающий взгляд с меня на отца и обратно.

– Спасибо, дочь, мы сыты. Только из-за стола, – ухватив меня за локоть, потянул к лестнице.

Глава 18

Двумя днями ранее

Камыш

– Да, Елена Анатольевна, думаю, вы понимаете, что мой визит, как и весь наш разговор, носил строго конфиденциальный характер, – предупредил, задвигая шаткую кухонную табуретку под стол. – Болтать не рекомендую. Опасно для свободы, – пристально глядя ей в глаза. – Поверьте, жизнь в камере придётся вам не по вкусу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Полковник! – возмущённо вскинулась она. – Вы мне угрожаете? После того, как я же вам всё и рассказала?!