Сто оттенков страсти (СИ) - Майер Кристина

— Нет, — Лиза отрицательно помотала головой. — Она выпила таблетку, я принесла ей воды. А еще я складываю вещи, которые разбросал злой дядька.

Войдя в спальню, я опустился рядом с Фиалкой на кровать. На ее бледном лице ярко выделялись темные, как предночное небо, глаза.

— Температура есть? — опуская руку ей на лоб, спросил я.

— Тридцать восемь и семь, я выпила таблетку парацетамола. А что с твоими руками? — заметив разбитые костяшки, испуганно задала она вопрос.

— Это мелочи, я сейчас вымою руки и вернусь.

— Рома подрался? — донесся до меня голос сестрички в коридоре.

— Много будешь знать, быстро состаришься. — этот ответ Фиалки заставил меня улыбнуться.

На что способен Артур и его «команда» я не знал, мог только предполагать, что урок они усвоили, а мое предупреждение запомнили.

До среды я остаюсь в Ставрополе. В понедельник заберу решение суда и, если успеем, проведем ДНК-тест. Во вторник получу результат и начну оформлять опеку над Лизой. Завтра с утра нужно заняться поисками временного нового жилья.

Фиалке покоя не давали мои разбитые костяшки, она пыталась выяснить, что произошло. Сказав ей: «все хорошо, вопрос улажен», я закрыл тему. Затем они с Лизой решили обработать мне ссадины, и я позволил…

Сестренке очень понравилось играть в доктора, под руководством Фиалки она старательно «изрисовала» мне кулаки йодом. Можно было спокойно обойтись перекисью, но мои девчонки уж слишком усердно принялись меня лечить. Надеюсь, к утру это все это впитается.

Температура у Кати стала спадать, и она уснула. Проснувшись приблизительно через два часа, она выпила ромашковый чай и лекарства. Ужинать Фиалка не стала, и эта ее «голодовка» меня беспокоила. Такое ощущение, что она в день по килограмму теряет. Я возмущался, пытался заставить ее поесть, а она взяла и снова уснула!

Устав за целый день, малышка сама попросила расстелить ей постель. Включив на своем мобильном сказку, она тут же уснула. Поработав, сидя за столом в кухне несколько часов, я тоже отправился отдыхать.

— Иди спать на раскладушку.

— Не сдаешься? — засмеялся я, укладываясь рядом с Фиалкой. — Привыкай, теперь каждую ночь мы будем спать вместе, — решил ее немного подразнить. Хотя эта мысль мне все больше нравилась.

— Только не говори, что ты влюбился в Ставрополь и жизни себе без этого города больше не мыслишь. — со сна ее голос звучал забавно. Слушая возмущения Фиалки, я улыбался.

— Нет, но в этом городе есть живой объект, который сумел меня заинтересовать, поэтому я решил забрать его в Москву.

— Даже не думай! — развернулась резко ко мне, а в глазах ее заблестели слезы. — Ты обещал, что Лиза останется со мной!

«У нее опять поднялась температура? Не понимает, что я с ней флиртую?»

— И заметь, я ни разу не нарушил своего обещания! До какого числа у тебя сессия?

— До шестнадцатого, — ничего так и не поняв, ответила она.

— После экзаменов готовься к переезду в Москву.

— Алмазов, ты с ума сошел?! Я не могу! У меня…

— Если продолжишь спорить, я займусь с тобой сексом. Твои крики тогда будут уместны.

— Не займешься! — прозвучало для моих ушей как вызов.

— Хочешь проверить? Продолжай в том же духе. Мне и так невыносимо спать с тобой рядом и не касаться.

Фиалка отвернулась к окну и старательно принялась делать вид, что спит. Этой ночью мы оба не сомкнули глаз. Не нарушая тишины, каждый думал о своем.



Глава 18

Катя

Влюбилась!

Даже не поняла, как это случилось. Всего несколько дней назад я его ненавидела, а теперь мне не хочется с ним расставаться.

Перебраться в Москву? Нет, не хочу.

Находиться с ним рядом и понимать, что он не испытывает ко мне ответных чувств, будет невыносимо.

Где я там найду работу? А моя учеба? Не стоит забывать и о матери Алмазова, не думаю, что она обрадуется, узнав правду.

Да и наверняка у него есть девушка, а может, и не одна. Этот момент из всех вышеперечисленных оказался самым болезненным. Рома все равно настоит на своем и перевезет нас в Москву, у меня нет ни средств, ни связей, чтобы хоть как-то ему противостоять.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В спокойной размеренной жизни наступил вселенский хаос. Все из-за Наты, не могла она немного подождать и передать мне опеку над Лизой.

Положительные стороны в этом тоже есть: племяшка ни в чем не будет нуждаться, никто не посмеет ее обидеть, получит хорошее образование…

А я как-нибудь справлюсь с розовыми воздушными сердечками у себя в голове. Найду спицу потолще и все это безобразие попротыкаю! Тем более Рома не говорил, что мы будем жить в его доме. Вот эта мысль меня немного приободрила.

В квартире я осталась одна, есть не хотелось, но пить лекарства на голодный желудок плохая идея. Топая в кухню, я думала о Лизе.

Прощаясь утром с племяшкой, я с трудом сдержала слезы, видела, что она не хочет возвращаться в детский дом, но мы не могли пойти против органов опеки. Хорошо, что Рома смог ее отвлечь обещанием сходить с утра в кафе, чтобы съесть самые вкусные пирожные вместо каши.

Кое-как впихнув в себя кусок запеченной рыбы, выпила лекарства и принялась за уборку. Горло болело намного меньше, температура со вчерашней ночи не поднималась, но слабость никуда не делась.

В спальне навела порядок, но пропылесосить сил не осталось. Почувствовав усталость, я опустилась на кровать и прикрыла глаза. Приблизительно через час позвонила Лена.

— Привет, подруга! Что делаете?

— Ты ко мне на вы? — пошутила я, но Лена была настроена на серьезный разговор, юмора не поняла.

— Ты вроде как замужняя женщина, вот я и спросила, что вы с мужем делаете.

— Лена, ты сама сказала: «вроде как». Алмазов повез Лизу в детский дом, предупредил, что будет поздно. А я лежу, болею. Собираюсь силами, чтобы начать готовиться к экзамену.

— Помощь нужна: убрать, приготовить?

— Нет, спасибо. Я справляюсь.

— Я к тебе с просьбой, Никита́, - замялась подруга на том конце.

— Говори уже. — я догадывалась, о чем пойдет речь, точнее, о ком.

— Ты не могла бы спросить у своего мужа об Игнате?

«Конечно! Дорогой, скажи мне правду, Ворон с серьезными намерениями подкатил к Ленке или так, разок переспать?»

Эта женская наивность… и вера в чудо! Сама вешалась на него весь вечер, а когда он сдался и решил ей уступить, она с чего-то решила, что Игнат прекраснее женщины в жизни не встречал и теперь обязательно захочет на ней жениться!

— У него есть кто-нибудь в Москве? — Ленка явно перегибала палку, пытаясь меня разжалобить.

— Подруга, ты сейчас серьезно?

— Да нет, понятно, что баб у него немерено, я о жене или невесте спрашиваю.

— Он тебе что-нибудь обещал? Написать, позвонить, приехать? Может, в гости звал?

— Сказал перед отлетом, что я хорошая девушка и пожелал мне счастья. — мне даже видеть Ленку было не надо, я и так представляла несчастное выражение на ее лице.

— Давай, ты не будешь страдать на ровном месте? У вас был классный секс, и все, он улетел и больше не вернется, — произнесла я жестокую правду.

— Ты не понимаешь, Никита́, я влюбилась!

«О, еще одна! Мне бы со своими чувствами разобраться!»

— Лена, это же не в первый раз.

«И не в последний».

— Ты не понимаешь, сейчас все по-настоящему! — всхлипнула она в трубку так горестно, что мне ее стало жаль. — У тебя же получилось!

— Лена, ты о чем? — я, наверное, неправильная девочка, но терпеть не могу распускать нюни, как и утирать слезы подружкам-страдалицам.

— Катюха, ты же смогла выйти замуж за Рому.

«Издевается?»

Даже отвечать на этот бред не стану.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Да, знаю, что фиктивно, но если ты захочешь, все может измениться. Соблазни Рому.

«Замечательный совет!»

— А мне оно надо? — напоминать ей о том, что соблазнение Ворона ничего не дало, думаю, не стоит.

— Ты серьезно? Ведешь себя, как мужененавистница. Не знай я тебя, подумала бы, что ты лесбиянка! Да такие, как Алмазов и Воронов…