#властный редактор (СИ) - Силаева Ольга

За прозрачной стеной стемнело, в саду зажглись оранжевые фонари, и я уже собралась на поздний обед, как сработал звонок у ворот.

Странно, кто это может быть, подумала я, и тут же вспомнила. Доставка!

Мой подарок! Кирилл не должен был его перехватить!

Как есть, в майке и джинсах, я рванулась к двери, всунула ноги в свои прохудившиеся сапоги, не стала даже набрасывать куртку, и, открыв входную дверь, кинулась по скрипящему снегу к воротам.

У ворот стояла тёмно-синяя машина, но публика в ней была совершенно не та, что я ждала.

— Лирка! — завопил Андрей Гнездов, наш староста группы. — С Новым годом!

Я растерянно улыбнулась.

— С Новым годом…

— Вера сказала, ты тут одна, вот мы и решили завалиться, — радостно пояснил Андрей, выпрыгивая из машины. — Девчонки, пацаны, вылезайте.

Я узнала Костю Русакова, который и в университете выглядел внушительно, а сейчас, кажется, и вовсе накачался до невозможности. Третьего парня я не знала.

А с заднего сиденья вылезли Алла и Даша, наши одногруппницы, которые постоянно напрашивались к Вере в гости. Я едва не застонала. Очевидно, они стали навязываться и в этот раз, и Вера тактично отказала, пояснив, что сейчас в её доме живу я, а девчонки и Андрей с Костей решили, что им теперь сам чёрт не брат.

— Вы даже не позвонили, — проговорила я, не зная, что ещё сказать.

— Дашка звонила, но ты трубку не брала.

Ну понятно. Номер Даши высветился на определителе, но к нему не было имени, и Кирилл просто сбросил звонок, решив, что он неважен.

— Ребята, — устало сказала я, — простите, но я не могу пригласить вас в гости. Приехал брат Веры, и ему надо поработать в тишине.

— Да ладно, Гречко, ты чего, — протянул Андрей. — Мы ж к тебе больше часа ехали. Даже на чай не позовёшь?

Я представила лицо Кирилла и замотала головой.

Впрочем, Кирилл Кириллом, а я и сама не очень-то хотела их видеть. Мы не поддерживали отношений после университета, да и в университете дружили не особенно, а раз так — какой смысл?

— Может, он и не приехал вовсе, брат Верин, — пробасил третий парень. — Надо пойти проверить.

— Пойти проверить? — вырвалось у меня. — Вломиться в чужой дом без разрешения? Ребят, вы серьёзно?

В следующую секунду Андрей протолкнулся мимо меня.

— Девчонки, давайте, — позвал он, и они оказались внутри ворот вслед за ним. — Не ломайся, Лир. Откроешь девчонкам двери, я машину внутрь заведу, и хорошо посидим, музыку поставим, будет поздно — так заночуем, места в доме много.

Меня начало трясти. На улице был мороз, я выскочила в одной майке, с голыми руками, без куртки, только принять доставку, и на такой поворот событий я не рассчитывала совершенно.

— Я не буду открывать дверь, — с трудом выдавила я.

Андрей закатил глаза.

— Ты совсем, что ли? Хочешь тут замёрзнуть?

— Да код пусть скажет, и всё, — пожал плечами третий парень. — Странная какая-то.

— Странная? — взорвалась я. — Я не хочу пускать вас внутрь, понятно! Уезжайте!

Мой голос повысился до крика, но в доме меня не было слишно, я знала. Проклятые звуконепроницаемые пакеты.

Мороз цепанул горло. Ещё чуть-чуть, и я охрипну, и кричать просто не смогу.

Как по-дурацки всё. Сначала Слава, потом гопники, потом снова Слава, теперь вот мои бывшие однокурсники, и только Кирилл…

Подарил мне приятное пробуждение и блинчики на кухне. И необыкновенный новогодний поцелуй, и доверие, и нежность. И подарки, хотя я ещё не решила, могу ли я их принять.

Кирилл, в отчаянии подумала я.

И увидела знакомую фигуру на лестнице.

Однокурсники расступились, когда я бросилась к дверям. Те мгновенно открылись изнутри, и я повисла у Кирилла на шее.

— Ежонок, ты спятила, — выдохнул он, сжимая мои обнажённые плечи. — В дом, живо.

Я сорвала с ближайшей вешалки куртку и срочно в неё закуталась.

— Нет.

Кирилл покачал головой, но гнать не стал.

— Мне бы очень хотелось, чтобы вы сейчас попробовали вломиться в дом, камеры бы это зафиксировали, и я смог бы вас посадить, — сообщил он. — Но ограничусь тем, что вы просто уберётесь отсюда. Сейчас.

— Эй, слушай, мы… — начал было Андрей, но Кирилл вскинул ладонь.

— Сейчас.

Он затолкнул меня внутрь дома, и я уже не спорила, ощутив блаженное тепло. Кирилл остался снаружи, и я видела, как он провожает моих одногруппников до машины. На полпути третий из парней остановился, яростно жестикулируя — и вдруг нелепо взмахнул руками, свалившись в сугроб от короткого точного удара.

Я перевела дух.

Минуту спустя всё было кончено. Я стояла и дрожала, закутавшись в куртку, и всё ещё не могла поверить, что была внутри, в тепле.

Пискнула сигнализация. Кирилл вернулся.

— Ну и как это называть? — поинтересовался он обманчиво спокойным голосом, вешая дублёнку на место.

— Ч-что?

— Ты выскочила из дома без разрешения. Без куртки, хотя разрешение не менее важно.

— Куртка важнее!

— Рад, что в этом мы солидарны. Какого чёрта, Лира Гречко? Тебя в детстве не учили, что нужно кушать кашу, слушаться старших и не выбегать полуголой на мороз?

Я отвернулась к прозрачной стене.

— Не волнуйся, — ядовито произнесла я, не глядя на Кирилла. — Роман я смогу дописать даже с воспалением лёгких.

— Не уверен, — резко сказал Кирилл. — Не уверен, что вообще хочу, чтобы ты его дописывала.

Я моргнула, поворачиваясь к нему.

— Что?

Это второе «что» получилось совершенно жалким.

— Ты обещала слушаться указаний. Не умирать на морозе. — Кирилл резко тряхнул головой. — Собирай вещи.

Его взгляд был беспощаден.

У меня подкосились ноги.

— Кирилл, может быть… — хрипло начала я.

Он поднял ладонь. Совершенно тем же жестом, что прогонял моих однокурсников.

А я поняла, что, кажется, и впрямь простыла.

— Сейчас ты соберёшь все нужные вещи, я вызову врача, и посмотрим, нужно ли везти тебя в больницу, — по-прежнему жёстко сказал Кирилл. — Какого чёрта ты вообще делала?

— Я…

Ноги подогнулись от облегчения. Он не выгонял меня из дома. Кажется. Он просто…

… Волновался.

— Я их не звала, — тихо и хрипло сказала я. — Просто они узнали от Веры, что дом пуст и внутри только я, и…

— Мне они сказали то же самое. Тебя кто-нибудь из них обидел? Ударил?

Я покачала головой.

— Хоть это хорошо, — пробормотал Кирилл. — Идиоты, но не полные подонки. Иди грейся, ежонок.

— Но… — Я запнулась. — Я жду…

Глаза Кирилла сузились.

— Кого ты ждёшь?

— Доставку, — обречённо сообщила правду я.

Кирилл изумлённо покачал головой.

— Ты настолько захотела пиццы, что решила выпрыгнуть голой грудью на мороз? Серьёзно?

Я закусила губу. Сказать правду было нельзя. Лгать я не хотела.

— Просто хотела есть, — буркнула я.

— А телефон доставки откуда узнала? И где вообще взяла телефон?

Я промолчала. Не хватало ещё, чтобы он проверил историю собственных звонков.

Впрочем, Кирилл её и так вот-вот проверит.

Кирилл скрестил руки на груди.

— Наконец, я запрещал тебе платить за что-либо, пока ты в этом доме, потому что сейчас ты работаешь на моих условиях. И ты согласилась.

Он смотрел на меня и ждал ответа.

— Да, — неохотно выдавила я.

— Есть что-нибудь сказать в своё оправдание, Лира Гречко?

Есть что, подумала я. Но не скажу. Буду молчать, как партизан. Как очень слабовольный, перепуганный, замёрзший… н-да, партизан из меня неважный.

Кирилл несколько секунд смотрел на меня. Потом поманил за собой.

— Что? — опасливо спросила я.

— Горячая ванна, разумеется, — непререкаемым тоном сообщил он. — Раз уж ты всё равно слишком охрипла, чтобы стонать, не в спальню же тебя вести.

— Нести, — поправила я уже менее хрипло. Кажется, голос всё-таки не пострадал.

— Нести так нести, — легко согласился Кирилл, и подхватил меня на руки.