Мышеловка для босса (СИ) - Колесникова Вероника

Нажал на кнопку внутреннего телефона.

— Вика, будьте добры, найдите Пастушевского. Хотя бы до конца дня.

Он тут же сдала тон чуть мягче:

— Можете не торопиться, но, как найдется, сразу ко мне!

Есть люди, которые, узнав, что вы занимаете новую должность, не поздравят с назначением, а скажут: «Конечно, ему родители помогли». Увидев, что вы приехали на новом автомобиле, протянут понимающе: «Естественно, альфонсом заработал». Оценив условия работы, сделают вывод: «Все ясно, любимчик у генерального!».

Таким человеком был Пастушевский. Он всегда словно кружил над отделом, во всем всех подозревая, даже двух секретарей. Одна из которых, между прочим, вообще была приставлена для обучения.

Потому и все эти нравоучения, выговоры на него не действовали, и Александр Владимирович подумал вдруг, что во всей огромной фирме из подчиненных пока может положиться только на своего невзрачного секретаря, которая медленно, но верно делала свою работу.

Он снова вернулся к клавиатуре, опустил руки на нее и вдохновенно начал печатать:

«Прошедший год для компании «Опережающее развитие» стал годом положительной динамики. Об этом свидетельствуют статистические данные: участвуя в федеральных и республиканских программах, мы реализовали ряд крупнейших социально-значимых проектов. Однако, многое из того, что мы сделали, чего добились и чем гордимся, не было бы возможным без вашей поддержки…».

Глава, в которой Маша становится настоящей героиней

— Ну, что сказал тебе Баев? — спросила Маша Вику, как только та положила трубку на рычаг.

— Да он Пастушевского ищет, — ответила она и взяла в руки сотовый телефон. Нажала несколько раз, послушала механический голос, который сообщал, что абоненту все равно, кто и где его ищет, и благополучно отложила трубку на стол со скучающим лицом. — И, похоже, не найдет.

Маша заерзала в кресле.

— Как это — не найдет?

— А очень просто, — Вика подняла на нее свои красивые глаза в обрамлении густо накрашенных ресниц. — Как ему его найти, если тот, наверняка, пьяный дома лежит?

— То есть как это — пьяный?

— Ну Маша, — Виктория демонстративно закатила глаза. — Пьяный — это значит выпимши, не трезвый.

Маша, которая после совместного посещения урока по рисованию техникой у-син начала относиться к Вике с некоторой теплотой и пониманием, снова подумала о том, насколько та глупа. Ну не может человек так поверхностно относиться к собственным обязанностям!

— Так Пастушевский дома?

— Да скорее всего, все это знают! Он не так давно в запои начал уходить. В последнее время, правда, все-таки взял себя в руки, вроде бы даже прекратил заливать за воротник. Наверное, цель себе какую поставил. Но, видимо, сегодня сорвался.

— Постой. Так Пастушевский должен был прислать Баеву проекты трехстороннего соглашения и справку для Владислава Петровича?

— Наверное, я не знаю, — поджала губы красавица и вернулась к просмотру страниц в интернете на своем компьютере.

Маша чуть не зарычала.

Толи все вокруг нее относятся к своей работе спустя рукава, толи это май, звенящий и влекущий так действует, что все забывают о своих должностных обязанностях, обо всем?!

Девушка вскочила, резко поправила упавшие на кончик носа очки и заявила шипящим шепотом:

— Нет, работать в таких условиях невозможно!

— В каких это? — удивленно приподняла брови Вика.

Маша покраснела от сдерживаемой ярости, а потом, все-таки, отпустила себя на волю. С размаху бросила простой карандаш об пол, который до этого задумчиво вертела между длинных пальцев, перешагнула через него, и, уверенно печатая шаг, дошла до двери.

Остановилась, снова надвинула очки с кончика носа на прежнее место, вытянула вперед указательный палец.

— Ты, Вика, прикрой меня!

— А ты куда? — ошарашенно пролепетала второй секретарь. — Маша, не уходи! А как же я?

— Вика, я иду в отдел к Пастушевскому, а ты найди мне его домашний адрес!

Маша резко открыла двери и вышла в коридор. Уверенно печатая шаг, она дошла до кабинета, где обитали сотрудники отдела экономического развития, которые как раз находились в подчинении Пастушевского.

Она открыла дверь большого кабинета резко, быстро, и поняла, что Баев уже позвонил и устроил разнос всем: от стола к столу бегали специалисты, сверяясь с цифрами. Но, судя по бестолковому передвижению, звонкам, преуспеть в таком деле без центральной, объединяющей руки будет сложно.

— Здравствуйте! — тихонько сказала Маша, но на нее никто не обратил внимания, впрочем, как обычно вне стен кабинетов.

— Здравствуйте! Я от Баева! — повысила голос девушка и тут же замерла под ошарашенным взглядом всех сотрудников отдела.

— Я его секретарь, Мария Исаева, ну! — пояснила она, дернув плечом. — За документами!

— Мы делаем, делаем! — откликнулся самый молодой сотрудник отдела, сидевший у окна. Он, видимо, действительно вбивал цифры, только делать это начал совсем недавно: вокруг него в беспорядке валялись бумаги.

— Не удивлена, — буркнула под нос Маша.

А потом приосанилась, выпрямила спину, и сказала ровно, четко, повысив голос:

— Мне нужны документы через полчаса.

— Через полчаса? — недоверчиво хмыкнули рядом с ней. — Да мы такой пакет неделю готовим.

— Так что же не приготовили-то? — огрызнулась она.

— Так, Маша, не срывайте процесс, — подал голос парень у окна. Он раскачивался на стуле, оперевшись о спинку. — Не видите — работа идет. Значит, все пришлем.

Тут Маша не выдержала. Все те процессы, которые начали происходить в ее душе совсем недавно, вдруг дали о себе знать. Она плотно закрыла за собой дверь, подошла к молодому человеку и постучала его по плечу указательным пальцем.

— Освободите место.

— Чтоо? — вытаращил он глаза на нее. — Для чего это?

— Освободите место! Я сама набью документ. Мне он нужен срочно.

Вокруг все загалдели. Но Мари не повела и плечом. Она смотрела сверху вниз на сотрудника отдела, имя которого не помнила, и говорила, медленно, нарочито спокойно, чтобы он понял каждое ее слово.

— Поднимитесь в приемную, там Вика даст вам домашний адрес Пастушевского. Поедете к нему и привезете живым или мертвым. Понятно?

Под ее непрошибаемой энергией он опустила глаза и кивнул.

— А вы, — она повернулась к остальным, поможете мне сделать документ быстрее. Я знаю, что данные у вас были. Пастушевский периодически что — то присылал, но, видимо, все не объединял.

Она плюхнулась в кресло и придвинула мышку к себе поближе. Подтянула сиденье выше, нажав на рычажок внизу, и начала внимательно следить за тем, что происходит на экране.

Маша думала об Александре, о том, что заместитель будто специально спланировал диверсию, чтобы подорвать престиж начальника. Генеральный директор скор на расправу, на руку. Может так ему потом навредить… А видеть нахмуренного, уставшего, озабоченного Баева Маша не хотела. Ведь она знала, каким он может быть за пределами этого здания.

Рядом с ней упал листок с данными. Она перевела глаза.

— Это было у начальника на столе, войти без его пароля в систему на компьютере нельзя, не можем сказать, что он отправлял, что сводил, а что- нет.

— Ничего страшного, — улыбнулась она мужчине, который первый пришел к ней на выручку.

— Мы сейчас все восстановим.

Она зашла под своим паролем на почтовый ящик компании, просмотрела все письма от Пастушевского, выбрала последние.

Тут же к ней начали стекаться бумаги с соседних столов: сотрудники обновляли данные и выделяли то, что запрашивал начальник до этого.

Маша отчаянно заклацала по клавиатуре. Звук стоял такой, будто из окопа строчит пулемет. Сотовый телефон в кармане секретаря ожил, забурлил виброзвонком, но девушка не отвлекалась: она поставила себе цель и шла к ней. Отвлечёшься на минутку, и все, цифра сползет вниз, в другую графу и все изменится, смысл поменяется.

Она внимательно проверила все цифры, прочитала переписку Пастушевского с фирмой, чтобы сравнить данные, снова посмотрела на листы, что лежали перед ней, и только после этого сохранила документ и переслала его на почту Баеву.