Хелена Фенн - Безрассудное желание

Поддерживая за нежные ягодицы, Хэнк методично продолжал раскачивать ее тело взад и вперед, одновременно то целуя, то покусывая ее грудь. Наконец Хэнк кончил, и только после этого совершенно обессиленной Рут было позволено опустить голову на его плечо.

— Признайся, ты наврал, что сжег мою одежду?

— Представь себе, нет. Я действительно ее сжег. Выходи за меня замуж.

Все еще дрожа от пережитого возбуждения, тем не менее собравшись с духом, Рут решительно произнесла.

— Нет.

Хэнк не стал спорить. Вместо этого он отнес ее в ванную и тщательно вымыл душистым мылом. Потом, не говоря ни слова, как-то уж очень по-деловому положил Рут на письменный стол в кабинете и снова овладел ею.

Рут знала, что, если бы стала возражать, Хэнк посчитался бы с ее просьбой. Но он всегда, и сейчас тоже, действовал на нее так возбуждающе, что у нее не было ни сил, ни желания сопротивляться. И в этот раз ее ощущения были такими же сильными и неистовыми. Казалось, Хэнк подобрал ключик к тому, что до сих пор сдерживало ее страсть, и вот теперь, сметая все преграды, она хлынула неудержимым потоком.

— Выходи за меня, — снова предложил Хэнк, когда Рут очнулась после очередного соития.

— Ни в коем случае, — заплетающимся языком произнесла она.

В ответ Хэнк стал медленными движениями гладить бедра Рут. Методично раскачиваясь, он приближал ее к новой вспышке страсти.

— Хэнк, милый! Остановись! Я не могу больше… — извиваясь под его руками, стонала Рут.

Она смогла. Оргазм они испытали одновременно.

— Хэнк, у меня дети. Мне пора домой, — робко произнесла Рут некоторое время спустя, лежа уже в кровати под простыней.

— Верджил и Мирра позаботятся о них, — невозмутимо ответил тот.

Свежий, только что вышедший из-под душа Хэнк, в отличие от Рут, вовсе не выглядел утомленным. Напротив, казалось, он только что встал с постели после длительного полноценного отдыха. Закутавшись в голубой банный халат, Хэнк приводил в порядок свои густые волосы.

— Что ты сказал им? — жмурясь, как разнеженный котенок, поинтересовалась Рут.

— Что ты рабыня моей любви и чтобы они не ждали тебя скоро.

— Не может быть, чтобы ты сказал такое! — в ужасе воскликнула Рут.

— Сказал, сказал и не надейся, что сейчас прибежит шериф освобождать тебя. Напротив, мудрая Верджил считает, что я поступил правильно.

— Не может она так считать! — Рут швырнула в Хэнка подушку. — Верджил современная женщина и никогда не одобрит бесцеремонное обращение со мной.

— Но Верджил принадлежит к тому поколению, женщины которого выходили замуж, чтобы беременеть и рожать детей. Поэтому она резонно полагает, что я должен удерживать тебя до тех пор, пока ты не поймешь что к чему.

— Ты негодяй! — прибегла к последнему аргументу Рут.

— Кажется, ты готова к следующему оргазму, — спокойно парировал ее выпад Хэнк.

— Ненавижу тебя! — пискнула она.

— Ну вот, я же говорил! — невозмутимо заявил Хэнк, заключая Рут в объятия. — Должен сказать, что не каждый мужчина окажется способным удовлетворить твои аппетиты. Но мне, кажется, это удается, — самодовольно хмыкнул он.

— К черту! — попыталась вырваться Рут. — Отдай мою одежду и отвези домой.

— Прежде всего тебе надо подкрепиться.

Завернув Рут в банную простыню, Хэнк отнес ее в гостиную, усадил перед камином и разжег огонь. Потом принес салат, что-то мясное, хлеб, фрукты и немного коньяка. Рут даже подумала, что Хэнк исчерпал наконец свои силы и теперь оставит ее в покое. Как она заблуждалась!

Он был просто неутомим. Как только она поела, Хэнк отнес ее в кровать и все началось сначала.

— Ты выйдешь за меня замуж? — потребовал он ответа, как только она впала в безумство от его ласк.

— Да! Выйду! — не в силах больше сопротивляться, воскликнула Рут.

На следующий день «на маяк» прибыли юрист с брачными документами, Верджил и дети. Свекровь привезла красивое цветастое платье, нижнее белье и ночную сорочку.

— Дети! Как вы относитесь к тому, что я выхожу замуж? — спросила Рут Памелу и Тони, как только они ненадолго остались одни. — Вы уверены, что хотите приемного отца?

— Мы хотим Хэнка, — в один голос ответили те.

— К тому же мы будем жить в Африке! Ура! — не скрывая торжества, воскликнул Тони.

Сама Рут, хотя и радовалась, что станет женой Хэнка, не могла не думать, что этого могло бы и не случиться, не скажи она ему о беременности.

Церемония бракосочетания должна была состояться вечером того же дня в гостиной при свете сотни свечей. Поскольку отец Рут не успевал к торжеству, невесту вел отец Остина.

Преисполненному гордостью Тони предстояло исполнить роль шафера, а Памеле — подружки невесты.

Незадолго до начала торжества Рут уединилась в спальне, чтобы привести в порядок мысли и чувства. На кровати лежали роскошные цветы. Ее любимые лилии, которые невольно напомнили ей о прошлой жизни.

Рут не видела, чтобы на территории маяка росли лилии, да и вообще сейчас для них уже не сезон. Она рассеянно взяла в руки тяжелый цветок и, подняв голову, заметила стоявшего в дверях Хэнка.

— Это ты их где-то разыскал? — задала она ненужный вопрос, потому что ответ знала заранее. Когда-нибудь она расскажет Хэнку, что белые лилии играли особую роль в ее отношениях с первым мужем. Расскажет и о том, как Остин благословил их брак. Но это будет потом.

После окончания церемонии Верджил и Билли с детьми уехали домой, а новобрачные отправились прямо на аэродром. Когда самолет взлетел и лег на курс, Хэнк, передав управление пилоту, вернулся к ожидавшей его Рут.

— Вы очаровательны, миссис Кэнон, — торжественно произнес он. — Не будете ли вы так добры пройти в спальню и переодеться?

Сердце Рут забилось так громко, что, как ей казалось, заглушило шум двигателя самолета.

— Вы потрясающий мужчина, мистер Кэнон, — вернула она комплимент и направилась в спальню исполнять то, что теперь называлось «супружескими обязанностями».

Как она и предполагала, постель была усыпана лепестками роз, а на тумбочке рядом с кроватью в серебряном ведерке со льдом стояла бутылка минералки.

— Я подумал, что шампанское может оказаться вредным для ребенка, — объяснил Хэнк в ответ на недоуменный взгляд Рут.

— Куда мы летим? — спросила она. — Я хочу сказать, где мы собираемся провести медовый месяц?

— Пока это секрет. Потерпи и сама увидишь, — таинственно пообещал Хэнк.

Когда самолет наконец приземлился, Рут выглянула в иллюминатор и увидела окруженную кактусами взлетную полосу и гордо возвышавшееся неподалеку небольшое, ослепительно-белое оштукатуренное здание.