Паула Литтл - Модная любовь

— Ну, некоторым образом… — Хелен засуетилась в маленькой, аккуратной кухне.

— Кто-то, кого я знаю?

— Я… я не думаю, Эльза. Как дела в редакции? — Хелен постаралась перевести разговор на менее опасную тему.

— Ну, как ты знаешь, они собираются сдавать в печать ноябрьский номер… Я слышала, ты начала печататься.

— Д-да, мне представился случай написать одну-две статьи. Я очень счастлива. Кто сказал тебе, Эльза?

— Кэти Николс. Кажется, у тебя был очерк и в октябрьском номере? И оба материала посвящены бизнесмену с Западного побережья. Это совпадение? Интересно, как они вышли на журнал? Они оба новички для «Мод», это я точно знаю.

— Я не в курсе, Эльза. Мистер Харви поручил мне эту работу.

— Интересно, он сам летал на Западное побережье брать у них интервью?

— Полагаю, да. Я не знаю наверняка. Но я писала о купальнике в октябрьский номер и знаю, что его производитель сам приезжал в Нью-Йорк, чтобы увидеть мистера Харви. Это первое, что я сделала для «Мод».

— Тебе повезло! Я знала, что тебя переведут в редакцию. Ты прекрасно работала в приемной. Ты мне очень нравилась.

— Спасибо Эльза, и ты мне тоже.

— Ну, я тебе кое-что скажу, — продолжала Эльза. — Ты была такой быстрой и так хотела учиться, и Кэти Николс сказала мне, что иметь рядом такого спокойного человека, как ты, просто счастье.

Хелен покраснела от удовольствия, подавая на стол поднос с овощным супом, салатом из тунца и крекерами:

— Мне все еще трудно поверить, что я теперь работаю в редакции, Эльза. Я все еще считаю себя новичком. В первую неделю работы там я заклеила страницу в макете оттисками и забыла оставить место для подписи под фотографией.

— Я еще не то сделала в свою первую неделю, могу тебя заверить. И Мэвис Лоренц буквально загоняла меня. Между нами, Хелен, я могу тебе назвать одну причину, по которой я сказала «да» своему парню. Я просто мечтала распрощаться навсегда с этой рыжеволосой дикой кошкой. Держу пари, она пытается теперь сделать козла отпущения из тебя?

— Да, с нею довольно трудно работать, ты права. — Хелен села рядом с Эльзой.

— Это слишком мягко сказано. Я назвала Мэвис дикой кошкой, и она действительно такова. И у нее есть когти, которые она любит выпускать, особенно когда находит жертву, которая показывает, что ей больно, когда она их вонзает. Она любит устраивать скандалы и разыгрывать из себя гения. Единственный способ управляться с нею — это впускать ее ядовитые слова в одно ухо и выпускать в другое. Но главное — не дать ей заметить это, или она действительно сожрет тебя. Я выпускница университета, покрытая шрамами от учебных баталий, но я просто отключалась и выполняла свою работу.

— Именно так я и пытаюсь делать, Эльза.

— Не сомневаюсь, дорогая. По моему мнению, ты стоишь дюжины Мэвис Лоренц, поверь. Но сегодня утром она была со мной такой любезной. Я поздоровалась и с Беном Харви. Он только что вернулся из отпуска, как сказала мне Мэвис.

— Да, я знаю, он брал неделю, а остальное оставил на потом.

— Ну, он не терял времени, возвращаясь в обычную колею. Мэвис сказала мне, что он ведет ее сегодня вечером в Колониальный клуб.

Хелен воткнула вилку в салат с несколько большей силой, чем это было необходимо.

— Неужели? — откликнулась она на эту новость.

— Ничего удивительного. Мэвис любит появляться шикарно одетой в самых людных местах. И я думаю, что Бен Харви доволен рекламой, которую получает, находясь рядом с ней. Но я собиралась рассказать тебе о том, как Мэвис была мила со мною. Она хотела знать, не собираюсь ли я продать свои акции «Мод». Видишь ли, Хелен, в следующем году ты тоже получишь право на пять бесплатных акций и право покупать по пять акций в год, если сможешь или захочешь. Ну, я получила, конечно, свои пять и купила еще десять по сто долларов за акцию. Я считала это очень выгодным вложением денег, так как журнал повышает тираж и приносит хорошую прибыль. Но сегодня Мэвис предложила мне двадцать пять сотен за мои пятнадцать акций. Она решила, что, возможно, нам, как молодоженам, больше понадобятся сейчас деньги, чем акции. Правда, я ей отказала. Я хочу сохранить свои акции.

— Конечно, я бы сделала то же самое, Эльза. Я думаю, что журнал великолепен, а мистер Эймс поступает благородно, давая сотрудникам «Мод» возможность владеть его акциями. Он очень болен, ты знаешь?

— Да, я слышала от Маргарет Пэрди. Теперь, расскажи мне о своих очерках. О чем же ты писала?

— Ну… тот, что в ноябрьском номере — этот статья о платье с новым геометрическим рисунком.

— Новым? — переспросила Эльза, подперев подбородок тонкой рукой, на которой блестело золотое обручальное кольцо. — Не такой уж он новый. Не в Европе, во всяком случае.

— Так сказала Мэвис. И потом она спросила меня что-то о том, знаю ли я мадам Ренальди. Я, конечно, не знала, и она с сарказмом заметила, что и не ждала, чтобы провинциалка знала это имя.

— Зато я его знаю. У мадам Ренальди маленький, но первоклассный салон, и ее модели известны почти так же, как модели Баленсьяги.

— Она так и сказала, а потом добавила, что там, откуда я приехала, возможно, и это имя никогда не слышали.

— Что ж, это вполне в духе нашей Мэвис. Я рада, что ты хоть немного отдохнешь от ее ядовитого языка. Но странно, что она спросила тебя о мадам Ренальди, особенно если ты собиралась писать статью о платье с геометрическим рисунком. Мадам Ренальди практически первая создала его, и мне интересно, как выглядят эти новые платья Вильямсона. Ты знаешь, Хелен, на рынке моды очень легко скопировать или просто украсть, достаточно лишь изменить складку или оборку, прибавить или убавить пуговицу, — вот и получается новая модель. Впрочем, я покончила с «Мод», так что мне незачем теперь беспокоиться о высокой моде. Мне гораздо интереснее найти местечко, где бы мы с Джо могли свить удобное гнездышко в пределах нашего бюджета. Я бы очень хотела, чтобы ты показала мне этот район. Может быть, нам повезет.

Глава 18

Бен Харви позвонил Хелен только в среду.

Было почти двенадцать, и она собиралась выйти за продуктами, когда раздался звонок.

— Хелен?

— Да, это я.

— Это Бен, дорогая. Как отпуск?

Лицо Хелен расцвело, и она села на маленький пуфик у телефона, крепко прижав трубку к уху:

— Без тебя одиноко, Бен, милый. Я надеялась, ты позвонишь в понедельник, когда вернешься.

— Дело в том, что я вернулся поздно ночью. Кое-что всплыло в Лос-Анджелесе…

— Ты был там во время отпуска?

— Да. Совмещал дело с отдыхом некоторым образом. Я видел Энди Джергенсона и Стэна Вильямсона. Между прочим, я сказал Стэну, что ты пишешь о его платье с геометрическим рисунком. Он не может дождаться появления этого материала, так что я сделаю специальные оттиски и пошлю ему как можно скорее. Мэвис показала мне статью сегодня утром. Дорогая, она великолепна. Я горжусь тобой!