Стелла Бэгуэлл - На перекрестке судьбы

Вайолет подошла к ним в тот самый момент, когда Бастер принес палку. Сэм вынул ее из пасти добродушного пса и ласково погладил его по спине.

– Какой красивый, правда, мамочка? А видишь, как он меня любит? Чарли говорит, если собака тебя лижет и виляет хвостом – значит, любит.

Бастер усердно вылизывал круглые щечки Сэма, и, глядя на эту трогательную пару, Вайолет не могла сдержать улыбку.

– Судя по тому, что я вижу, он тебя просто обожает.

Бастер залаял, требуя, чтобы Сэм бросил палку. Игра возобновилась, и Вайолет повернулась к Чарли.

– Я так испугалась, когда проснулась, а Сэма рядом нет. Я уж подумала, что он ушел гулять по пустыне.

Чарли неспешно окинул ее взглядом с головы до ног, и Вайолет невольно скрестила руки на груди, пытаясь защититься от его взгляда.

– Вы не очень-то доверяете Сэму, ведь так? Вайолет стоило больших усилий сдержаться и ничем не выдать своего раздражения. По-видимому, Чарли доставляет огромное удовольствие подтрунивать над ней.

– Ну почему же, обычно я ему доверяю. Но ведь он еще ребенок. К тому же очень любознательный. А пустыня может казаться ему настолько заманчивой, что он забудет об опасности и решит познакомиться с ней поближе.

– Но я же ему объяснил, что это опасно. И он знает – туда можно только со мной.

Ее рот приоткрылся от изумления, и Чарли невольно засмотрелся на ее губы.

– Неужели вы полагаете, что достаточно ему просто сказать об этом? – Она сердито откинула падающие на лицо спутанные волосы. – Вы, видно, вообще ничего не знаете о детях. Да у них сейчас на уме одно, а через секунду – совсем другое. Не успеете и глазом моргнуть, как они уже что-нибудь натворят, – горячилась она.

Да, хотел бы Чарли, чтобы его мысли и желания менялись с такой же быстротой, как у Сэма. Но сейчас, когда Вайолет стояла рядом – такая красивая, в соблазнительном легком халатике, – все, чего хотел Чарли, – это снова взять ее за руки и крепко прижать к себе.

– Ваша правда. Я мало что знаю о детях, – согласился он. – Но на Сэма можно положиться. Он молодец.

Вайолет охотно кивнула.

– Я и так стараюсь не волноваться по пустякам, – сообщила она. – Но когда проснулась и увидела, что его нет… Я правда очень испугалась.

В нескольких шагах от них Сэм играл с собакой, и было ясно, что им очень хорошо вместе.

– Чарли, можно мы с Бастером сбегаем к конюшне и обратно? – спросил Сэм.

Чарли взглянул на Вайолет, затем – на Сэма.

– Вот твоя мама, спрашивай разрешения у нее. Сэм тут же уцепился за руку Вайолет.

– Можно, мам? До сарая и обратно?

– Ладно, беги.

До сарая было не больше ста шагов, и Вайолет какое-то время смотрела им вслед. Затем перевела глаза на Чарли.

– Вы ведь привезли Бастера для Сэма. Сторожить тут нечего, – сказала она.

Он со стоическим спокойствием сложил руки на груди.

– Даже если и так? Что с того? Разве не все равно, почему я привез сюда Бастера? Или вас с Сэмом? Важно одно – вы здесь. Но не надолго.

Не надолго! Слова подействовали на нее, как пощечина, и мигом вернули к реальности. Действительно неважно, почему он был столь любезен, что приютил их у себя. Главное – то, что Чарли не строит никаких далекоидущих планов. Да и она тоже. Хотя прекрасно понимает, что теперь им будет ох как нелегко проститься с Чарли Парди.

Ветер растрепал ее волосы, напомнив, что она лишь несколько минут назад поднялась с постели. С той самой постели, куда ее вчера вечером принес Чарли. А потом ушел, шепотом пожелав спокойной ночи.

Глядя на него сейчас, невозможно было поверить, что он вчера держал ее в объятиях, стараясь утешить. Судя по замкнутому выражению его лица, Чарли сожалел о случившемся. И уж во всяком случае, не собирался это повторять. Вайолет стало грустно от подобных мыслей, но она ничем не выдала своего разочарования. Лишь равнодушно пожала плечами.

– Вы уже завтракали?

– Выпил кофе, а Сэму налил фруктового сока.

– Пойду приготовлю что-нибудь. – И она медленно побрела к дому.

Не дойдя до дверей спальни, Вайолет услышала шум приближающегося автомобиля. Движимая любопытством, она подошла к окну.

Из пикапа – того же, на котором она приезжала вчера, – вылезла мать Чарли. Вайолет было заторопилась к себе в спальню, чтобы переодеться, но, взглянув еще раз в окно, поняла, что Джастина не собирается оставаться. Вручив Чарли какую-то бумагу и перекинувшись несколькими словами с Сэмом, она уселась обратно в машину и положила руки на руль.

Чарли наклонился к окну и что-то сказал матери, та в ответ лишь покачала головой. Через несколько секунд он отошел в сторону и поднял на прощание руку.

– Что-нибудь случилось? – спросила Вайолет, когда Чарли вошел в дом.

– Да нет, – удивился Чарли. – А почему вы спрашиваете?

Да потому, что в ее жизни постоянно случается что-нибудь плохое. Так что ей трудно верить, что все может быть нормально.

– Меня просто удивило, что ваша мама так быстро уехала.

– Ей некогда. Она ждет отца. Даже после стольких лет совместной жизни они с трудом переносят разлуку.

Вайолет тоже страдала, когда Брент проводил ночи вне дома, но совсем по иной причине. Он ведь ей изменял, а значит, если его нет дома, он с другой женщиной.

– Это, наверное, замечательно, – пробормотала она.

Чарли скользнул взглядом по стройной линии ее белой шеи, затем опустил глаза ниже, к ложбинке между округлыми грудями. Он вдруг живо представил, как хорошо было бы, каждый раз возвращаясь с дежурства, находить эту женщину в своей постели.

– Вы сказали это так, словно завидуете родителям.

– Наверное, завидую, – пожал он плечами. – Немного.

– Но ведь это ваши родители. Радуйтесь, что они так счастливы.

– Я завидую не им. А тому, что у них есть. Глупо, да? – хмыкнул он.

– Почему же глупо? Ведь каждому хочется быть любимым, желанным, необходимым. Это нормально.

Он повернулся к ней спиной, плечи его судорожно поднимались и опускались, словно ему вдруг стало тяжело дышать. В этот момент Вайолет поняла – вчера она не ошиблась, когда предположила, что сердце Чарли полно невыплаканных слез.

Ею неожиданно овладело желание утешить его. Оно оказалось сильнее голоса разума, который призывал ее остерегаться близости с этим мужчиной. Она молча подошла к нему и тихо положила ему на спину ладонь.

– Что вы делаете? – с изумлением обернулся он.

Не смущаясь этим вопросом, она не отняла руки.

– Пытаюсь дать вам понять, что вы не одиноки.

– Еще бы! – Чарли нарочно говорил с издевкой. – Моя семья размерами не уступает штату Техас. Я отнюдь не одинок. Да и будь иначе, тоже не страдал бы. Мне и одному неплохо.

– Будь это так, вы не стали бы завидовать близости ваших родителей, – возразила она.