Дэй Леклер - Карьера? Нет, лучше любовь!

— Не беспокойся, дорогая. — заметив возбуждение племянницы, попыталась успокоить ее Сельма. — Поначалу мы тоже были сбиты с толку, однако мистер Таккер оказался очень любезен и терпелив и все нам разъяснил. Разве не так, Эрни?

— Да, причем он ответил на все наши вопросы, используя деловую терминологию, и это выглядело очень убедительно. — Дядя Эрни гордо улыбнулся.

Никки снова взялась за ручку и принялась записывать:

— Так, Тимоти Таккер, «Волшебная коробка», пятьдесят тысяч, среда. Кстати, вы случайно не попросили у него визитку?

— Разумеется, попросили. — Дядя Эрни полез в карман жилета и достал оттуда карточку. — Мы с Седьмой сделали все как полагается. Обрати внимание, что визитки подобного типа стоят очень дорого.

— Интересно, откуда он взял деньги на них? — пробормотала Никки, уже не пытаясь скрывать свой сарказм.

— Наверное, он уже немало заработал на проектах типа «Волшебной коробки», — на полном серьезе предположил дядя Эрни.

— Но как вы сами собираетесь продавать эти «коробки» и при этом содержать кофейный магазин?

— Нам помогут Горди и Кэл.

Никки закрыла глаза и вздохнула — час от часу не легче! Так, значит, в эту идиотскую затею будут вовлечены ее кузены. Именно они-то и разорятся первыми, после чего такая же участь ожидает Сельму и Эрни.

— Так что ты обо всем этом думаешь? — спросил дядя. — Сможем мы на этом заработать?

— У вас нет на это ни малейшего шанса! — твердо заявила Никки.

— О, детка, зачем ты нас разочаровываешь? Мы сейчас так нуждаемся в деньгах! — жалобно запричитала Сельма, и ее глаза наполнились слезами. — Если не хочешь думать о нас, подумай хотя бы о своих кузенах. Такой возможности им может больше не представиться!

— Оно и к лучшему!

— Но на следующей неделе у нас подходит срок платежей, — напомнил Эрни. А вдруг нам придется влезать в долги?

— У вас есть деньги.

— Ты имеешь в виду наш сберегательный счет? — переспросила Сельма. — А там разве достаточно денег?

— Вам хватит на то, чтобы открыть второй магазин, — заверила ее Никки.

— Прекрасно, но тогда, может быть, мы могли бы…

— Нет.

— Но почему? — дрожащим от слез голосом спросила Сельма. — Ведь это же наши деньги!

— Ваши, — в очередной раз вздохнула Никки.

— Разве мы не можем потратить их по своему усмотрению?

— Можете, — заверил Ион, входя в комнату. — Разве не так, Никки?

Глава 7

— Нет, не могут, — возразила она. — И не вмешивайся в это дело. Ион, ты же не понимаешь, о чем идет речь.

— А мне кажется, что в этом деле нет ничего загадочного, — мягко заметил он, бросая свой плащ на спинку кресла и ставя на пол «дипломат». — Да и вообще, я человек довольно понятливый.

Никки вспыхнула от гнева и, щурясь, устремила взгляд на безмятежно улыбающегося мужа. Судя по всему, он прекрасно сознавал, что делает. Еще немного — и она вновь выйдет из себя, как это уже было сегодня утром. Последние несколько недель он словно бы наслаждался их почти ежедневными перепалками. Ему явно нравилось наблюдать за тем, как строгая и хладнокровная деловая женщина превращается на его глазах в разъяренную фурию.

— Если ты не возражаешь, я хотела бы продолжить нашу беседу без посторонних…

— Возражаю, любовь моя, возражаю. Кстати, ты забыла познакомить меня со своими гостями. — И Ион первым протянул руку Эрни, искренне заинтересовавшись тем, кто эти люди и с какой стати они вздумали обсуждать свои финансовые дела с его женой. — Я — Ион Александер, муж этой милой дамы. — Я — Эрни Крэнделл, а это моя жена Сельма. Вы, судя по всему, очень занятой человек. Мы давно уже хотели устроить маленький семейный праздник в честь вашей свадьбы, однако, по словам Никки, вы беспрерывно с ней конфликтуете…

— В самом деле? А я и не знал. — Ион глянул в сторону жены и мягко добавил:

— Наверное, радость моя, тебе пора перестать ко мне придираться. Если я правильно понял, то это твои… — Он осекся и вопросительно посмотрел на Никки.

— Дядя и тетя — Прекрасно. Итак, твои дядя и тетя пришли пригласить нас на вечеринку, как только у меня будет на это время?

— Да, действительно, — всполошилась Сельма. — Поскольку мы уже пропустили День Благодарения, то, может быть, соберемся вместе на Рождество? Или у вас с Никки уже есть какие-то другие варианты?

Ион мысленно выругался. Знала бы тетушка Сельма, что до сего дня он даже не подозревал об их с дядей Эрни существовании. Заметив выражение его лица, дядя Эрни заторопился:

— Кажется, мы выбрали не самое удачное время… Не хотелось бы навязывать свое общество…

— Нет-нет, все в порядке, — заверил его Ион, укоризненно взглянув на жену, которая сделала вид, будто не замечает его взгляда, но при этом щеки ее заметно порозовели. — Я постараюсь освободиться и даже специально помечу ваше приглашение в своем рабочем календаре.

— Прекрасно, — оживился Эрни. — Поскольку мы теперь одна семья, у нас получится великолепное Рождество. Вы, разумеется, знаете, что моя жена и мать Кристы и Никки были сестрами?

— Были?

Эрни с удивлением взглянул на племянницу.

— Разве ты не сказала мужу?

— Да, она явно забыла мне об этом сказать, — сухо подтвердил Ион.

— Дело в том, что родители Никки погибли восемь лет назад во время кораблекрушения, — объяснил Эрни. — Она тогда была еще совсем юной, бедная детка.

— Не такой уж юной и уж тем более не деткой, — резко вмешалась в разговор Никки. — Мне было двадцать, я училась в колледже и была уже вполне независима.

— Значит, это было восемь лет назад? — задумчиво пробормотал Ион, глядя на свою жену, застывшую на стуле в напряженной позе. Румянец исчез, и теперь она была бледна, как зимняя луна. Впервые он ощутил потребность защитить ее от душевной боли, столь явно отразившейся на ее красивом лице, и эта потребность сделала его очень серьезным. — А Кристе в то время было…

— Семнадцать, — подсказала Сельма, качая головой. — Тот год и половина следующего были очень тяжелым периодом в жизни девочек. Возможно, если бы Эдвард и Анжелина были живы, все могло бы пойти иначе. Но в итоге Христа очень рано вышла замуж, а с Никки произошел этот ужасный инцидент…

— Довольно! — резко прервала ее Никки. — Иону, я думаю, не интересно слушать утомительные подробности всей этой давней истории.

И вновь Ион уколол ее взглядом. Казалось, они вели безмолвную, но очень напряженную дуэль.

— Я не хотел тебя расстраивать, — сказал он. — Наверное, нам лучше отложить этот разговор.

— В нем, по-моему, вообще нет необходимости, — с плохо скрываемой тревогой поторопилась возразить она.