Мария Баррет - Миражи

Дора заварила новую порцию чая, и Джон поведал ей об отце Анжело, о его добром отношении к тетке Джона и упованиях на то, что он, Джон, поможет «бедному дитяти».

– Видишь ли, Дора, – говорил Джон, – я скажу тебе как на духу. Я обо всем договорился с одним приятелем по полку и его женой, их звать Том и Грейс, насчет того, чтобы они взяли Франческу к себе в дом на пару месяцев, позаботились о ней, помогли найти работу. Том – человек очень добрый, душевный.

Джон допил свой чай, и Дора, не спрашивая, налила ему новую чашку.

– Я думал так: Ньюкасл – большой город. – Джон сделал большой глоток. – Недалеко от нас. Там ей будет хорошо. – Он сделал паузу. – Но когда я увидел ее, Дора, я сразу понял, что не смогу вот так просто от нее отделаться. Она казалась такой потерянной, такой одинокой, такой беззащитной. – Джон задумчиво замолчал. – Да, беззащитной, вот именно беззащитной. Этой девочке нужна помощь, решил я, в самом деле нужна. Вот, собственно, и все, пожалуй.

Дора кивнула, но не сказала ни слова. Она не знала, что сказать.

– Знаешь, Дора, когда она сходила с парома, то выглядела такой уверенной, головку держала высоко, спинку прямо. И улыбалась. Но когда она приблизилась, я увидел в ее глазах страх, просто физически его почувствовал. Страх и печаль. Они окутывают ее как облаком. И хочется прижать ее к себе и не отпускать, понимаешь? Чтобы развеять это злое облако.

Дора опустила глаза на свои натруженные красные руки, лежавшие на коленях. Надо же – это говорит тот самый скрытный Джон, от которого слова не добьешься! Хотя она подозревала, что на самом деле он человек добрый и чуткий, и даже странно, что за все эти годы он ни разу вот так не открыл ей свое сердце.

– Это очень хорошо, что ты вдруг так оттаял, – просто сказала она.

– Ты так думаешь?

– Да. Она нуждается в тебе, и ты, слава Богу, сам хочешь ей помочь.

Дора допила свой чай. Что тут еще скажешь, думала она. Девчонке, конечно, пришлось немало хватить горького, и не ей, Доре, доставлять ей лишние неприятности.

– Значит, я правильно поступил, по-твоему?

Ему очень хотелось, чтобы она одобрила его решение.

– По-моему, да, – твердо ответила она и улыбнулась. – К тому же немножко молодого веселья скрасит нашу унылую стариковскую жизнь.

Он улыбнулся в ответ.

– Да, и тут ты права, Дора.

– Насчет чего это она права? – В дверях кухни появилась улыбающаяся леди Маргарет. Сидевшие за столом недоуменно переглянулись, встревоженные неожиданным визитом. Еще не было случая, чтобы хозяйка заглянула в кухню. – Ах, извините! – воскликнула она с преувеличенной вежливостью. – Я, кажется, помешала?

– Ну что вы, леди Маргарет, конечно, нет! – Джон поспешно встал. – Милости просим, входите. Не желаете ли чашку чаю?

– Нет, благодарю, Джон. – Она все время обращалась только к нему, как будто миссис Браун вообще не было в кухне. – Я хотела кое о чем поговорить. Можно?

– Разумеется.

Джон снова почувствовал себя уверенным. В конце концов, теперь она у него в гостях, а не он в ее будуаре.

– Чем могу служить?

– Дело в том… – она помедлила. – Я насчет этой девушки, вашей, как вы выразились, «подопечной».

– Слушаю.

– Я говорила по телефону с лордом Генри, и он высказал замечательную идею! Я… то есть он, предположил, что, если эта девушка согласится поехать с нами в пятницу в Шотландию, это прекрасным образом решит все проблемы.

– Да, но я, право, не думаю, что Франческа…

– Вы ведь говорили, что она знает английский?

– Да.

– И ей уже исполнилось шестнадцать?

– Да, но…

– Тогда не вижу больше никаких препятствий, Джон.

Она заговорила чуть более резко, чем хотела. Но с этим Джоном всегда так трудно столковаться, всегда он выводит ее из себя.

– Как заметил лорд Генри, если она собирается у нас остаться, она может оказаться небесполезной. А уж если мне придется ее кормить и нести за нее ответственность, то мне будет легче это сделать в Шотландии, чем здесь, в Йоркшире. Разве не так?

Джон украдкой взглянул на Дору. Она с отсутствующим видом рассматривала потолок. Ее притворное равнодушие неожиданно вселило в него храбрость.

– Простите, леди Маргарет, но я не могу согласиться. – Хозяйка пронзила его ледяным взглядом, и его отвага как-то сразу пошла на убыль. – Дело в том, что Франческа – так зовут мою подопечную – слишком робка и неопытна. – Он постарался как можно быстрее произнести эти слова, потому что не привык перечить. – Она приехала из глухой итальянской деревушки, и ей трудно приспособиться к здешним условиям. Она просто не знает, как себя вести и…

– Что за ерунда, Джон! – леди Маргарет забеспокоилась, что желанное решение проблемы может сорваться. – О чем вы говорите! Речь идет о короткой семейной поездке совсем неподалеку отсюда, а вовсе не о каком-то грандиозном кругосветном путешествии!

– Я понимаю, леди Маргарет, но все же…

– Умоляю, Джон, прекратите этот глупый спор. Лучше спросите у самой Франчески, что она думает по этому поводу. – Леди Маргарет заломила руки и стояла, широко расставив ноги, будто обеспечивая себе устойчивость перед серьезным сражением. – Позовите ее, я подожду. Заодно приятно будет познакомиться.

– Да, разумеется.

Он смущенно откашлялся, но решимость отстоять Франческу его не покинула. Впервые за много лет он вступил в спор с хозяйкой. Что ж, пусть Франческа сама сделает выбор – ехать или нет.

– Сейчас я ее приведу, – сказал он.

Во всяком случае, если ей не захочется ехать, он ни за что не станет ее уговаривать это сделать. Франческа и так достаточно настрадалась, с горечью подумал он, чтобы еще на две недели попасть в руки леди Смит-Колин.

Через несколько минут Джон вернулся вместе с Франческой, и леди Маргарет изобразила на своем лице широкую улыбку, которую она применяла для обольщения нужных ей людей. Фу-ты, подумала Дора, ничего не подозревающая крошка не выдержит натиска и наверняка поддастся на уговоры.

– О, Франческа! – Леди Маргарет сделала шаг ей навстречу. – Очень рада с тобой познакомиться. Джон столько о тебе рассказывал, что нам крайне приятно видеть тебя гостьей Мотком-парка.

Леди Маргарет доверительно взяла девушку за руку и тепло пожала. Слова ее журчали, как ласковый ручеек.

– Ты разбирала багаж? Боюсь, что у тебя, бедняжка, не найдется подходящей одежды для нашего ужасного климата.

Она подвела Франческу к столу.

– Давай присядем, дорогая. У меня к тебе небольшая просьба. У тебя есть возможность оказать мне услугу. И для меня это вопрос жизни и смерти!

Она сделала вид, что не заметила нахмуренных бровей Джона, и усадила Франческу напротив себя. Франческа пока что не проронила ни слова.