Сандра Мертон - Как все началось...

Лара покраснела и закусила нижнюю губу — она сказала глупость, но не собиралась извиняться.

— Майкл будет в порядке, он будет спать со мной. Она посмотрела на него, на этот неумолимый, тяжелый профиль, и сердце забилось чаще.

— Если ты вообразил, что сможешь получать удовлетворение от моего… моего рабского положения, — заговорила она низким голосом, то ты ошибаешься. Ты заставил меня выйти за тебя замуж, но ты не заставишь меня спать с тобой.

Слейд свернул с автострады на жилые улицы. Он чувствовал, как растет напряжение, как будто что-то стояло между ними. Он бросил взгляд на Лару. Бледная, почти прозрачная кожа, фиолетовые круги под глазами. Она выглядела измученной и испуганной. В какой-то момент ему показалось, что надо свернуть с дороги, обнять ее и сказать, что ей нечего бояться, что он будет заботиться о ней и их сыне, что ничего больше не попросит у нее, потому что их брак ненастоящий.

Слейд свернул к дому, нажал кнопку, чтобы открылся гараж, плавно закатил в него машину и выключил двигатель. Лара сидела как статуя.

Он слишком многое помнил.

Помнил, как гладил ее великолепные груди, и ее розовые соски напрягались, когда он касался их кончиком языка. Сладость ее кожи, мягкость и податливость бедер, женский запах ее лона.

Теперь она родила от него сына. Изменилось ли ее тело? Стало ли более сочным и привлекательным?

Хватит ли и сейчас ее протянутых рук, готовых принять его, чтобы свести с ума от страсти и желания?

Он надеялся на это и молился, чтобы этого не было.

Слейд вылез из машины, обошел ее и открыл дверцу для жены.

Глава 9

Лара неожиданно проснулась. Сердце стучало как сумасшедшее, легкие готовы были разорваться, демоны ночного кошмара витали вокруг.

Ее сон был ужасен. Она была в странной комнате, в далекой земле…

Это не было сном, это было реальностью. Она лежала на кровати в спальне дома Слейда. Ее собственный дом, с бледными желтыми стенами, с окнами, смотрящими на маленький сад, находился в сотнях миль отсюда.

Она была заточена здесь, заточена с…

Лара вскочила.

— Майкл.

Страх захватил ее. Она заснула, обнимая своего ребенка, а теперь его здесь не было. Около нее лежал только плюшевый мишка.

— Майкл, — проговорила она, охрипнув от страха.

Она обыскала комнату, заглянула под кровать, открыла туалет и проверила ванную.

Ребенок исчез.

Совсем обезумев, Лара бросилась к двери и рванула ее. Солнечный поток, струившийся перед ней, освещал опасные повороты и спирали лестницы.

— Майкл, — прошептала она, и сердце бешено заколотилось. — О Господи, Майкл…

Детский смех разлился по тихому дому. Лара вслушивалась, прижав руку к горлу.

— Майкл, — пробормотала она, но смех раздался снова, вместе с раскатистым смехом мужчины. Лара сбежала в холл, пронеслась мимо закрытых комнат и вбежала в открытую дверь в конце коридора.

Это была спальня Слейда.

Слейд лежал на спине на голубых простынях, держа Майкла над головой. Тот смеялся.

— Все на борту! — сказал Слейд и покачал мальчика. — Чо-чо-чо. Чо-чо-чо. Чочочо… Майкл заливался от восторга. Лара ворвалась в комнату.

— Как ты смеешь играть с моим сыном? Смех прекратился. Майкл покосился на нее, Слейд тоже вскинул голову. Она подошла к кровати, огромной, как футбольное поле, и схватила ребенка. Ротик у Майкла задрожал.

— Ма-ма-ма?

— Я здесь, мой милый! — вполголоса зазвенела Лара, но тон у нее изменился, когда она посмотрела на Слейда. На нем не было ничего, кроме белых шелковых трусов. Она почувствовала неожиданный прилив жара, и это еще больше разозлило ее. — Я задала вопрос, Слейд. Что ты делаешь с моим ребенком?

Майкл захныкал и сунул большой палец в рот. Глаза Слейда предостерегающе сверкнули.

— Эй, Майк, — тихо сказал он, — все в порядке. Возможно, твоя мама просто о тебе беспокоилась, вот и все.

— Возможно??? — Лара зло уставилась на него. — Я проснулась и обнаружила, что мой сын пропал, и ты думаешь, что я, возможно, беспокоилась?

— Слушай, мне жаль, что ты расстроилась. — Слейд погладил малыша по головке. — Я проснулся и услышал, как он плачет. Поскольку он не успокаивался, я пошел и взял его.

— Если бы он плакал, я бы услышала.

— Он ревел, ясно? — Слейд встал на ноги. — Что я должен был сделать? Оставить тебе записку?

— Ты мог бы… — Ее взгляд скользнул по нему, и лицо у нее порозовело. — Что ты о себе вообразил?

— Что вообразил?

— Что ты можешь разгуливать как… как ты… Слейд посмотрел на свои трусы, затем на нее.

— Это ты о них?

— Да. — Ее голос звенел как струна. — Я понимаю, что это твой дом, но не мешало бы прикрыться… Слейд рассмеялся.

— Я уже прикрыт. Я спал голым, но перед тем как пошел спасать моего сына, надел эти шорты. — Он скользнул по ней взглядом, отметил помятые после сна волосы, футболку не по размеру. — Кажется, ты тоже не одета для королевского приема, а?

Лицо у нее потемнело.

— Я чуть с ума не сошла, — нахмурилась она, — когда обнаружила, что сына…

— Ага, — сказал он грубо. — Все в порядке, забудь.

Слейд приказал себе перестать думать об одном и том же. В конце концов, кружева вызывают эротическое чувство. Кружева и шелк, а не футболка, и уж тем более не эта, большого размера, извлеченная из его шкафа. Лара не хотела ее брать, но у нее больше ничего не было. Он провел несколько скверных часов этой ночью, лежа без сна, представляя спящую Лару, которая была недалеко, и как она выглядит в его футболке.

Теперь он видел то, что представлял. Как четко проступали ее соски сквозь ткань. Как лежала тень там, где кончалась футболка. И как стройны ее ноги. Она была теплой и свежей после сна, полураздетая, в его спальне. И она была его женой.

«Черт меня побрал», — подумал он и вытащил джинсы из шкафа.

— Я не хотел тебя напугать, — сказал он мрачно, залезая в джинсы. — Ты спала. Я его взял, переодел, накормил…

— Переодел?!

— Ну, как смог. Не нужно так удивляться, я просто следовал инструкциям на упаковке.

— И ты накормил его? Откуда ты знаешь, чем и как кормить ребенка?

— Это было просто. — Слейд неторопливо направился к ней, застегнув молнию и не застегнув пуговицу. — Я просто спросил себя, что бы я хотел в первую очередь этим утром. Так что я зажарил омлет с беконом, грибами и луком, поджарил тосты, приготовил черный кофе…

— Что?!

Выражение ужаса на ее лице заставило его рассмеяться.

— Расслабься, сладкая. Он наслаждался апельсиновым соком, пока я варил яйцо и поджаривал тост. — Он улыбнулся ребенку, который улыбнулся ему в ответ. — И Майк слопал все до кусочка, так, приятель?

— Его имя Майкл, — сказала Лара холодно.