Шеннон Уэверли - Счастье приходит летом

Джоанна засмеялась.

— Это точно, и не говори.

— У тебя то же самое?

Снова эта нерешительная улыбка. У нее быстро lзастучало сердце. Пока они с Майклом разговаривали, Джоанна незаметно погрузилась в теплую атмосферу общности, и откровения Майкла заставили ее отказаться от упорного нежелания поделиться с ним своими проблемами.

— Стать вдовой — это почти то же самое. Вдруг то, что я делала и кем была, утратило всякий смысл. Я потеряла Фила, и теперь мне приходится целиком перестраивать свою жизнь. Конечно, есть еще и Кэйси. — Она сжала кулак, словно держась за невидимую спасительную соломинку.

— И работа тоже.

— Да, но я не сама выбирала для себя эту карьеру. Я пошла туда работать только потому, что это было семейное предприятие, и в том же самом доме, этажом ниже.

— Ясно. — Туман уже успел сгуститься, волосы Майкла были усеяны мелкими серебристыми капельками.

— Но я не хочу и дальше жить в той квартире. С ней связано слишком много воспоминаний, и на Кэйси это плохо отражается.

Майкл понимающе посмотрел на нее.

— Майкл, он меня очень беспокоит.

— Нужно просто подождать.

— Поэтому я и привезла его на Винъярд, — кивнула Джоанна. — Ему… нам нужно отвлечься. — Возможно, эти разговоры и не решали проблемы, но все же ей становилось гораздо легче по мере того, как она делилась с Майклом. — В последнее время я думаю о том, чтобы подыскать другую работу… а может быть, вернуться в колледж и получить диплом.

— Вот и отлично!

— Да нет. Я не могу себе этого позволить, потому что буду редко видеться с Кэйси. Хотя с дипломом Легче найти работу, такую, чтобы жить немного получше.

У Майкла посерьезнело лицо.

— Я раньше и не представлял, что тебе придется тащить на себе семью. Тяжело тебе, Джо?

— Ничего, выкарабкалась, — выпалила Джоанна и сделала ошибку, взглянув Майклу в глаза. — Ну ладно — иногда бывает очень тяжело.

— А что ты будешь изучать, если вернешься в колледж?

— Не знаю. Может быть, программирование? Казалось, Майкл пробуравил ее своим проницательным взглядом.

— Все-таки нужно думать и о рынке труда, — сказала Джоанна в свое оправдание.

— Да я и слова не сказал!

— Зато я знаю, что ты подумал. Ты подумал, что я терпеть не могу математику. Но не все же такие талантливые, как ты. Некоторым приходится заставлять себя. — Джоанна вдруг почувствовала такую неуверенность, что у нее задрожали губы. — Да я и сама не знаю, что делать. Жизнь моя сломана и безотрадна. Поэтому и мне было так необходимо пожить здесь все лето. Мне нужно отдохнуть, навести порядок в мыслях и понять, что же теперь делать с остатком жизни. — Она даже застонала: так велика была тяжесть стоявших перед ней проблем. Она уронила голову на колени и начала горестно раскачиваться из стороны в сторону.

Сидевший напротив Майкл тихо проговорил:

— Да, ну и парочка! Джоанна подняла глаза.

— Пара удальцов.

И оба они засмеялись.

— Что нам сейчас нужно, так это по чашечке крепкого кофе, — сказала она.

— У тебя есть?

— Это первое, что я упаковала.

Джоанна залезла в палатку и вытащила из корзины термос. Вернувшись к костру, налила две чашечки кофе. Подавая Майклу чашку, она случайно коснулась его пальцев, и их взгляды быстро встретились.

— Майкл…

— Что?

— Ты меня тоже извини за вчерашнее. Я наговорила много всяких обидных вещей, просто я от злости была сама не своя. Во мне столько всего накопилось…

— Ничего страшного. Это я виноват. — Он задумчиво потягивал горячий кофе. Джоанна поняла, что он, подобно ей, думает о вчерашнем вечере.

— Мне правда очень жаль, — сказала она. — Надеюсь, у тебя не осталось царапин и шишек.

— Нет. Во всяком случае, не от падения. — Он продолжал пить кофе и смотреть на огонь. Но, видимо, Майкл понимал, что ее любопытство только усилилось, и медленно приподнял край джинсов. Джоанна сжала губы. — Ты просто дикарка, — прошептал он.

Джоанна оторвала взгляд от свежего шрама на его ноге, посмотрела ему в лицо и поняла, что он пытается скрыть улыбку.

— Какая же я дура!

— И вся наша ссора дурацкая. Просто идиотизм какой-то!

Вдруг они оба начали смеяться, и напряжение, еще сохранявшееся после вчерашней ночи, растаяло.

Майкл встал — в искаженных тенях от костра он походил на огромную статую.

— Вот мы и заключили перемирие… Я сейчас вернусь. Не уходи.

Джоанна смотрела, как он взобрался на дюну и растворился в темноте. Через минуту Майкл вернулся со спальным мешком на плече. Он бросил его на землю и сел рядом.

— Вообще-то мне не нравится, что вы тут совсем одни, потому я и пришел.

— Для того, чтобы нас защищать?

На лице у Майкла появилась обезоруживающая улыбка.

— В общем, да. Ты не против? Я уже давным-давно не выходил на природу.

Джоанна пожала плечами.

— Пляж большой.

— Значит, мне придется спать под открытым небом в такую погоду?

— Надо было принести палатку. В прогнозах же говорилось, что может пойти дождь.

— Не смешно. — Майкл взял свою чашку и допил кофе.

Они замолчали и постепенно погрузились в раздумья.

— Джо, я чувствую себя полным идиотом, потому что до сих пор не выразил тебе свои соболезнования. Мне очень жаль, что ты понесла такую утрату.

— Да, конечно.

— Я знаю, ты тяжело переживала болезнь Фила, мне рассказал твой отец. Не хотелось бередить твою рану, только я много думал о тебе и молился, чтобы ты не теряла мужества. — Теперь Майкл говорил тихо, так тихо, что его голос сливался с жалобными вздохами ветра.

— Спасибо за сочувствие. Но я бы хотела, чтобы тебя больше огорчала смерть Фила, чем мои переживания по этому поводу.

— Извини, но ведь я его не знал — если не считать того, что ты мне рассказала. Он… он к тебе хорошо относился, Джо?

— Да. И еще он был очень хорошим отцом.

— Отлично. Я рад, что ты была счастлива. — Уголки его рта поникли. — А мы с Банни никогда не были счастливы. — В костре треснуло полено, и вверх взметнулся сноп желтых искр, озарив все вокруг своим светом.

— Ты не обязан мне рассказывать о своем браке.

— Но мне этого хочется. Мне нужно выговориться. Нам с тобой просто необходимо поговорить. Не хочу, чтобы ты верила в басню, которую я тебе рассказал в прошлый раз. То, что Банни нравилась наша совместная жизнь, это вздор. Мы постоянно ругались из-за того, как мало денег я зарабатываю, а когда я говорил, что хочу быть писателем, она смеялась. Она хотела, чтобы я ушел из университета и стал работать в Бостоне, в брокерской фирме ее отца.