Играя с ветром - Евсения Медведева

Все те же стены кремового цвета, строгая лаконичная мебель и охренительно красивый дубовый паркет глубокого чёрно-коричневого цвета. Из открытой комнаты гостиной доносились звуки, больше похожие на треск проводки, но носа коснулся тонкий аромат кофе с игривыми нотками горького шоколада и чего-то вкусного…

В животе заурчало, пульс участился, а колени снова задрожали. Лихим безумием метались мысли, я сжимала дверной косяк, словно хотела вырвать его с корнем. Пыталась успокоиться, но ничего не выходило. Я словно вновь и вновь теряла нить реальности… Пыталась соединить все воедино, но не получалось! Тонкая нить рвалась, снова запуская бесконечность панической атаки.

Я будто оказалась в центре гигантского разбросанного пазла. Извилины скрипели, отчаянно пытаясь собрать картинку воедино. И вроде бы получаться даже начало. Но не хватало одной малю-ю-юсенькой детали. Бросила простынь, подошла к креслу и взяла в руки злосчастную улику.

Но и этого лучше бы мне было не делать…

Втянула носом знакомый густой аромат леса и свободы со вкусом ледяной росы.

– ДОНИЙ!!!

Глава 15

Лев

– Доний!!!!

На всякий случай бросил нож в раковину и развернулся, чтобы встретить свою погибель лицом к лицу. Звук босых ног, так отчаянно пытающихся пробить пол насквозь, вызвал смех. Я правда пытался сдерживаться… Не смог. Хохотал, как пацан, наслаждаясь лёгкостью от мысли, что теперь уже можно играть с Ветром в открытую. Как же бесило то, что она ни черта не помнит! Кровь закипала от гнева, а руки так и тянулись придушить эту соблазнительную дьяволицу, потому что со мной такое впервые.

Я не святоша, никогда им не был и даже не пытался. Честнее девушкам сразу обрисовывать перспективу, их ожидающую, а вернее – её полное отсутствие, потому как серьезные отношения мне были не нужны. А с этой девчонкой все с ног на голову: поцелуй в баре, драка и дичайший, наполненный желанием взгляд, после которого всё полетело псу под хвост…

Да она жильё моё обесчестила, став первой женщиной, переступившей порог! Потом скорая, три адовых часа на полу в ванной, прислушиваясь к её дыханию, сумбур из тревоги и паники. Я впервые не знал, как поступить правильно, впервые обнимал девушку просто так… Впервые чувствовал, как больно сжимается душа от страха за неё… и впервые оказался зверски оттраханным в собственной постели, а потом и вовсе канувшим в лету женской памяти. Пятном размытым.

В Сочи мозг немного проверился, я даже решил, что по возвращении просто расскажу ей о том казусе, мы поржём вместе и забудем, как страшный сон. Но стоило мне только окунуться в её опьяняющий взгляд, обо всем забыл. То, что подразумевалось как шутка, стало реальностью. Мы с парнями хотели подразнить Сквознячка, посмеяться. А вместо этого я слетел с катушек… Я даже не думал! Как варвар потащил её в офис.

Сжимал тонкое запястье, пёр через толпу прохожих, пытаясь понять, какого хера творю? Но продолжал идти… А потом остатки рабочего дня пытался на глаза ей не попадаться, чтобы не видеть эту соблазнительную фурию в своей приемной. Но судьба и тут сделала подножку, когда поддался на уговоры Чибисова нажраться в мотинушку…

Выбор, между прочим, сделал Кирилл, он тупо выдернул из недр электронной почты пригласительные и поставил перед фактом. А я был не против, потому как эротическая программа должна была сработать, чтобы вытравить эту девчонку из моей головы. Должна была… Но я даже насладиться этой идеей не успел, потому как в темноте дымного помещения появилась она…

Шла такая красивая, тоненькая, сияла счастьем, осматриваясь по сторонам. Не знаю, какой бес меня потащил за их с Курочкиной столик… Ни единой здравой мысли по этому поводу не было.

Как и сейчас…

Стоял в центре кухни, улыбался, понимая, что торнадо Ветерок сейчас к чертям разрушит мою квартиру. И будет права.

Ника влетела в кухню, подобно этому самому торнадо! Барные стулья тут же рухнули на пол, с кухонного острова слетела корзина с фруктами, а следом и ваза с цветами. Абсолютно обнажённая и такая по-утреннему красивая девушка размахивала в руке дорогущей коллекционной вазой, у которой когда-то была пара, готовясь проткнуть ею насквозь моё бешено бьющееся сердце. Ника смахивала непослушные волосы с лица, раскидывала искры из глаз, рычала дикой львицей и определённо точно пыталась меня убить.

– Чёрт! – взвизгнула она, когда, как по мне, так уродливая ваза, зацепившись за высокую спинку единственного устоявшего стула, вылетела из её руки и с диким звоном рассыпалась по паркету.

– Ещё одна? Я вычту из твоей зарплаты, Вероника Николаевна. Ника, пощади! – сквозь смех пытался выдать что-то членораздельное, убегая от Сквознячка. Вот теперь я радовался размеру квартиры. От души, Царёв…

Перепрыгивал через диван, бросал в нее велюровые подушки и петлял по лабиринту из смежных комнат первого этажа. Какая-то странная, кипучая радость плескалась во мне, заставляя забыть, что давно не мальчик. Именно она подогревала мой азарт и желание продлить это легкомысленное безумие, где два взрослых человека бегают друг за другом по квартире.

Ника даже не думала сдаваться! Бесстыже трясла грудью с алыми отметинами и румяной от силы моего желания задницей, будто вовсе не замечала своей обнаженности, действующей на меня как красная тряпка на быка. Да я прямо сейчас готов был растянуть её на длинном обеденном столе, чтобы снова поймать ту эйфорию полёта, что ощутил так внезапно прошлой ночью. Это был не секс, не быстрый перепихон в тачке, а бесконечное… бесконечное падение. Я понимал её слёзы, потому что сам готов был расплакаться у нее на груди от прожигающих душу эмоций.

Была вероятность, что всё закончится как обычно… Что после секса меня отпустит, и я без зазрения совести отвезу Нику домой. Но и этого не случилось…

В мозге была одна единственная мысль: «Не отпускать… Не отпускать…». Наверное, поэтому мы ели единственный открытый в пять утра фастфуд, сидя на капоте машины, раскидывали картошку и наслаждались мутным после злющей грозы рассветом. И поэтому, когда она вырубилась в моих объятиях, я абсолютно уверенно поехал к себе в квартиру, которую сейчас разгневанная женщина пыталась разнести в щепки.

Когда Ника загнала меня, как козлёнка, в тупик, пришлось применить силу. Схватил её за руки, кинул на кровать и заперся в ванной. Да… Вот так вот гнусно и трусливо.

– Открывай!!! – вопила Ника, нещадно тарабаня в дверь.

– Я, что, похож на самоубийцу? Загоняла меня, а ведь я уже не молод! Помни об этом, Никусь.

– Лёва,