Ты моё спасение - Наталья Одинцова

готовит. И, кажется, у него в зубах роза. Вопрос какого хрена он тут делает? Да ещё в таком виде! Я теряю дар речи и даже пошевелиться не могу. Стою как вкопанная. Отмерев, иду к кухонному столу и беру стакан воды. Попив воды, специально очень громко ставлю стакан, чтобы он увидел меня.

Он оборачивается и улыбается, заметив меня:

- Доброе утро, лапуль.

- Кому доброе, кому нет. Что ты здесь делаешь?

- Мириться приехал.

- Я не буду мириться. Можешь уходить.

Разворачиваюсь и только собираюсь уходить, как он хватает меня за руку и тянет к себе, обнимает за талию, чтобы я никуда не убежала, смотрит прямо в глаза и прижимает к себе сильнее:

- Давай поговорим. Я всё знаю. Прости. Я очень погорячился и раскаиваюсь. Я был не прав, — говорит так бархатно, сладко, смотрит на меня потемневшим взглядом, раздевает одними глазами. А у меня внутри всё горит. Бежать хочется. Я не готова сдаваться. Не на ту напал, милый!

- Андрюш, проблема не в том, что ты знаешь или не знаешь. Проблема в недоверии. Ты считаешь, что я могу, будучи в отношениях, встречаться с кем-то параллельно.

- Прости меня. Ну, прости. Я такой дурак. Влюблённый дурак. И готов понести наказание.— боже, как сексуально он сейчас это сказал. Оля, очнись. Нельзя таять от его слов. И я мысленно даю себе пощёчину, отталкиваю его и чётко говорю.

- Ну раз готов....тогда ты должен эмм...прибрать кухню, помыть пол до блеска и извиниться не только передо мной, но и перед Костей.

- Хорошо. Я согласен, пупсик! — улыбается, щёлкает меня по носу и быстро целует в губы. Меня словно током ударило. Внизу живота, всё скручивается в тугой жгут. Вот же гад. Провоцирует меня, чтобы я сдалась. А я не сдамся.

Он берёт ведёрко и набирает воду, чтобы помыть пол. И как только он ставит его на пол и берёт швабру, он делает то, чего я больше всего не ожидала. Он снимает с себя боксёры. И остаётся в одном фартуке. Он что, решил добить меня? Я уже жалею, что когда-то сказала ему, что меня возбуждает его красивая голая попа.

Стоит ко мне задом и начинает шваброй намывать пол и произносит, не поворачиваясь ко мне:

- Смотри, как я хорошо мою пол. Внимательно смотри. — бархатно произносит он.

А я стою, бровки домиком сделала, упираясь всем телом в дверь кухни, и понимаю, как я хочу эту попу. Я от неё глаз оторвать не могу. Он издевается. Ещё и музыка играет в тон его танцу со шваброй. А я чувствую, что мой чердак прям конкретно течёт.

Я понимаю, что больше не могу смотреть на это зрелище, и просто отворачиваюсь к двери лицом. Надо остыть. Иначе я сама сейчас его изнасилую.

Но он на этом не останавливается. Слышу, как за спиной падает швабра и он подходит ко мне сзади. Очень невесомо кладёт мне на талию свои горячие ладони. Да чтоб тебя.... Я зажмуриваюсь. И даже представить боюсь, что будет дальше. Он подходит ближе, плотнее и обдаёт мою шею горячим дыханием, целует так, что у меня внутри всё взрывается. А затем произносит шёпотом мне на ухо:

- Я хочу тебя.

Меня бросает в жар. А внизу живота горит всё от одной лишь фантазии, что он будет со мной делать.

И только я собираюсь уйти от этого дикаря, чтобы избежать ударной волны возбуждения, как он подхватывает меня на руки и несёт в спальню, не разрывая со мной зрительного контакта. Взгляд полный страсти и безумия.

И только заносит меня в спальню и отпускает на ноги, я сразу же убегаю к окну и ищу, чем буду отбиваться от сексуальных приставаний в адрес моего тела.

И тут я замираю, когда слышу, как он запирает дверь в спальню. Похоже, мне отсюда без боя не выбраться. Мой любимый решил брать меня набатом.

Я оборачиваюсь и смотрю, как он медленно идёт ко мне и сбрасывает с себя фартук. Мои глаза лезут на лоб.

- Может, не надо? — складываю ладошки в умоляющем жесте и строю глазки, как кот из Шрека.

И уже, встав передо мной абсолютно голым, кладёт свои ладони мне на талию, и чуть наклонившись, где-то над моим ухом произносит полу шепотом:

- Надо..очень надо...— и обхватывает губами мочку моего уха.

Я теряю контроль над собой. И обнимаю его за шею, прижимаясь к его телу вплотную. Вот же гад, знает мои слабости. Я готова поддаться на провокацию.

Мы начинаем целоваться. Он кусает мои губы, а потом переходит на шею. Закрываю глаза и уплываю.

Он подхватывает меня под бёдра, а я впиваюсь пальчиками в его шею и обвиваю ногами его талию. Он несёт меня в постель. Усаживает на неё, и с меня в ту же секунду слетают топ, шорты и трусики. Всё беспощадно летит куда-то на пол.

Раздвинув мои ноги, он устраивается между ними и ложится на меня, целует, ласкает, ёрзает по мне, отчего я воспламеняюсь и таю, как мороженое. И когда осознаю, что больше не могу, он привстаёт, одевает защиту и осторожно входит в меня. Начинаю стонать от удовольствия и прошу его не останавливаться. Я больше не могу. Я сойду с ума. Он не отрывается от моих губ и продолжает двигаться, лаская мою грудь. В порыве страсти впиваюсь ногтями в его ягодицы, он расценивает это по-своему и двигается ещё и ещё быстрее. Начинаю царапать его спину, оставляя узоры от своих ногтей. Понимаю, что ему больно, но ничего поделать с собой не могу. У меня сносит башню, и я прошу ещё и ещё. Внизу живота всё горит и скручивается в тугой жгут. Я на грани. Он тоже. Обхватываю его шею рукой, целую и прошу ещё. И он, набрав скорость, движется всё быстрее и быстрее.

Нас обоих накрывает мощной волной оргазма. Он обмякает и падает на меня. Выходит из меня, снимает защиту и убирает её. Но кажется это ещё не всё. Потому что уже через пару минут мы снова повторяем это, но только уже на столе, и еще разок на подоконнике. И кажется мы оборвали штору. Всё тело болит.

Уставшие, довольные и счастливые мы укладываемся под одеяло, обнимаем друг друга и так засыпаем.

Просыпаемся оттого, что у входной двери щёлкает замок.

- Есть кто дома??? — раздаётся голос