Дорога к твоему сердцу (СИ) - Дина Сдобберг

такие. — Состроив серьёзную мордашку, важно кивнул Арлан. — Даже не сомневаюсь. Но идея мне нравится. — Сказал я, облокотившись на стену.

Мне нравилось, возвращаясь домой, вот так заставать их о чём-то спорящих или что-то делающих. За прошедшие с первого появления в нашем доме Миланы пару месяцев, это стало своеобразным знаком того, что всё хорошо и правильно.

Сама Милана только несколько раз уходила, чтобы встретиться с подругами. Судя по переписке, жизнь и там решила закипеть.

У одной бывший муж решил вернуться, да ещё и с ребёнком, которого нажил за время расставания на руках. Две другие подруги его и так люто ненавидели, а тут и вовсе спустили всех собак. Неприязнь с отца перенесли и на ребёнка. И только Милана, впрочем, как и сама жертва планов бывшего мужа, постоянно говорили, что вот именно ребёнок точно ни при чем.

Вторая умудрилась во время отпуска получить одновременно ножевое ранение, защищая собой бойца спецподразделения, и прикладом по голове от защищаемого. Так что на встречи с такими подругами я отпускал нашу Милану очень нехотя и с охраной. Тем более, что они и так плохо влияли на мою няню. За два месяца она дважды уже отвечала бывшему мужу. А сейчас он начал настойчиво просить о встрече, чем жутко меня раздражал.

Сегодня я возвращался домой пораньше. Через пару дней Арлану предстоял переезд в клинику для прохождения очередного курса. Поэтому настроение у меня было не самым лучшим. И сегодня я должен был сообщить об этом Арлану и Милане, я и так тянул до последнего, не желая портить настроение ещё и им.

Поэтому зайдя в дом, я услышал радостный смех и занял своё уже любимое место, облокотившись на стену. В офисе у нас царила мрачная атмосфера. Кайрат напряг Влада и Сабира и таки докопался до того, кто прячется за именем "Горгона". Только видно открытие его не обрадовало. Ходил он злой и взрывался по любому поводу.

А дома… Дом словно постоянно был наполнен солнцем. Из телефона Миланы лежащего на столике играла музыка вальса, а сама Милана кружилась вместе с Арланом. Ну, как вместе… Сын обхватил няню, как обезьянка, скрестив ноги у неё на талии. Им было весело. До появления Миланы сын редко так открыто и радостно смеялся. Я откровенно любовался этой картиной. И чувствовал, как усталость и переживания растворяются. — Папа, смотри, как я танцую! Здорово, правда? — засмеялся Арлан, заметив меня во время очередного поворота. — Отлично. — Согласился я. — А ты умеешь? — тут же спросил Арлан. — Учись, сынок. — Скинул я пиджак на спинку дивана, куда тут же уселся, скрестив ноги, Арлан. — Позвольте вас пригласить? — склонил голову в поклоне я, наблюдая, как мгновенно заливаются румянцем щеки Миланы. Так происходило каждый раз при моём приближении к ней в последнюю пару дней. Милана и Арлан, вернувшись после очередного этапа садовых работ, не знали, что у меня отменилась одна из встреч, и я решил устроить внеплановый выходной и вернулся домой. Потренировался и отправился в душ рядом с залом. Он и был там устроен с этой целью.

Милана уложив Арлана спать, видимо решила не беспокоить сына шумом воды, ведь ванная комната у них была общая, решила воспользоваться душевой на первом этаже. А когда она туда спокойно вошла, не ожидая там кого-то увидеть, а я не закрывал дверь по привычке, то обнаружила там меня. Не готового к встрече гостей, так как мне и в голову не пришло, что кто-то может зайти ко мне в душ или спальню.

Нам понадобилось около минуты. Мне, чтобы сообразить, что происходит и прикрыться хотя бы полотенцем. Ей, чтобы несколько раз побледнеть, покраснеть, снова побледнеть, похлопать расширившимися от удивления и неожиданности глазами и пулей вылететь из душевой.

Вспоминая выражение женского личика, я неизменно расплывался в улыбке. Уверен, что в самодовольной. Удивление и лёгкое недоверие на лице Миланы льстило. И льстило настолько, что приходилось напоминать себе, что именно эта женщина не может быть лёгким развлечением.

Она вообще не может быть для меня никем, кроме няни моего сына. Любимой сыном няни, и любящей моего сына. Ничем иным отношение Миланы к Арлану не было. И позволить похоти вырваться из-под контроля воли в отношении Миланы, означало не только пойти против собственных правил, но и предать доверие и интересы сына.

В конце концов, найти, с кем удовлетворить своё физическое желание, проблемой никогда не было. Так я думал, уезжая из дома в тот вечер, решив, что мужской интерес, уже не впервые просыпающийся в отношении Миланы, это просто результат долгого воздержания. И вполне можно навестить одну из постоянных любовниц. А то уже четыре месяца плачу содержание за просто так. Ну, не сотрудниц же собственного клуба мне пользовать?

Однако ощущение неправильности происходящего и какой-то грязи напрочь вырубило всё желание, ещё совсем недавно бурлящее в крови. — Чего сегодня желает мой любимый хозяин? — мной овладело какое-то брезгливое недоумение.

Почему всякая шалава считает, что любой мужик заведётся до пара из ушей, если услышит вот это всё? Тем более, когда мы оба, и я, и она, прекрасно знаем, что хозяин я только пока плачу. — Какого цвета у тебя глаза? — спросил я. — Что? — не поняла девка. — Под линзами какой цвет? — сел я в кресло. — Карие… — пробубнила она. — Карие? Это хорошо. Сними линзы и изобрази удивление. — Попытался я вернуться к возбуждающему воспоминанию.

Мои указания были исполнены быстро, но результат вызвал только отвращение. — Так, хозяин? — продолжала нести пошлятину девица. — Нет, не так. Квартира оплачена до конца месяца. Хочешь, съезжай, хочешь, плати дальше сама. — Встал и направился на выход я, чувствуя просыпающуюся на самого себя злость. Уже в машине я со всей силы ударил по рулю. — Бл@дство! — вырвалось у меня. Надо было так встрять! Похоже, я не просто давно не трахался, я хотел конкретную и определенную бабу! Ту, которую нельзя было даже представлять в подобной роли! Злость от того, что я зациклился на чужой, пользованной девке до такой степени, что физически не хотел никакую другую, кипела до самого дома.

Ровно до того момента, когда я зашёл в комнату Арлана. Сын спал, прижавшись к Милане, а она даже уснув, придерживала Арлана за спину. Я поправил одеяло так, чтобы укрыть их обоих, и вышел из комнаты уже улыбаясь.

Нет, Тахмиров, ты и пальцем девушку не тронешь! И даже рядом с твоей постелью она не окажется. Потому что она дорога Арлану. И он к ней искренне привязан.