Племянница жены - Катя Лоренц

её глаза, как в тумане смотрели осоловело, а пухлые губки издали тихий стон, когда я укусил за ухо.

— Это мой дом. Мои правила.

Родителям придется это принять. Развернул ее лицом к себе, устраиваюсь между стройных ног. Мои руки жадно шарят по ее телу, задрал топик, упругая грудь с темным торчащим соском, покачиваясь, вырвалась из плена. Я сжал ее, в голове пронеслась мысль, что скорее убью мужика, который прикоснется к ней. Моя она. И точка!

Снежана

Я листала ленту соцсетей, пытаясь отвлечься. Что если Августа Федоровна поговорит с Мишей, он поймет, что нафиг я ему не нужна и укажет на дверь? Раньше было легче, когда мне не что было надеяться, не могли разбиться мечты и розовое будущее, которое мне успело нарисовать мое подсознание.

Отшвырнула телефон в дальний угол кровати, подошла к шкафу. Я только успела снять блузку, как в комнату вошёл Миша. Сделала вид, что не заметила его появления, хотя кожу начинало приятно покалывать от его взгляда. Медленно расстегнула молнию на юбке и опустила её на пол. Миша развязал галстук и швырнул его на кровать.

— Снежинка, это что за стриптиз шоу ты мне устроила?

— Ничего такого. Просто переодеваюсь, — забыла, что хотела найти в шкафу, горячие руки Миши нырнули под кружевную резинку чулок, а шею обожгло горячее дыхание.

— Миша, — выдохнула обжигающий лёгкие воздух, когда его руки накрыли ноющую грудь. — Нам нельзя у меня эти дни и тут твои родители, — доводы так себе, когда внутри все огнем горит.

— Хочу тебя, Снежа. Так, что крышу сносит, — его ласки стали более настойчивыми, а мысли превратились в тягучую патоку. Он, продолжая прижиматься ко мне всем телом, толкал к кровати.

— Миша! — окликнула Августа Федоровна, бесцеремонно распахивая дверь. — Мы к тебе зачем приехали? Чтобы ты даже поужинать с нами не смог? — мое тело одеревенело. Нет, ничему меня жизнь не учит. Да я чуть со стыда не сгорела, когда она застала нас целующимися в подъезде. А тут…

— Мам, блядь! Выйди! Тебя никто не учил стучаться? — он развернулся, закрывая меня спиной, а я завернулась в одеяло и нервно переступала с ноги на ногу.

— Миша, как ты можешь? — ахнула она и выбежала, утирая слёзы. Мне стало жаль ее. Я никогда не позволяла себе так разговаривать с мамой.

— Миша, ты зря нагрубил матери. До слез довел.

— Я тебя умоляю, — он закатил глаза. — Она еща та артистка.

— Это не выглядело, как представление.

— Дай ей волю, так она и спать будет между нами, чтобы мы ни-ни. Так. На чем мы там остановились? — Миша с лицом ребенка, открывающего новогодний подарок, размотал одеяло, которым я успела прикрыться.

— Ты с ума сошел? Да я теперь сексом заниматься смогу лет через пять. После того позора, что пережила.

Обошла его и надела спортивные штаны с длинной футболкой.

— Мы сегодня же начнем поиск квартиры! — сказал, окидывая меня обжигающим взглядом. Что-то сердце стало часто ёкать ни с того, ни с сего. Может к кардиологу?

Он пошел к себе в комнату переодеваться, а я решила приняться за готовку, надеясь, что мама поест и подобреет.

— Что у нас на ужин? — спросила Августа Федоровна, делая глоток чая. Открыла холодильник, в поисках еды.

— Миш. А куда делись все продукты?

— Там не было продуктов. Какая-то отрава, — ответила за него Августа Федоровна.

— Я сама выбирала продукты. Они все свежие!

— В том то и дело. Когда Вика жила здесь, таких проблем не было. Я понимаю, вы, в своей общаге, привыкли питаться чем попало, но травить этим моего сына не позволю. Сейчас курьер привезет нормальные продукты, — раздался звонок в дверь. — А вот и он, — мама отправилась открывать дверь, напевая песню. — Вот теперь можно и готовить. — она поставила пакеты на стол. — Котлеты то сможешь сделать?

— Да, мы, общажные люди позволяли себе такую роскошь, как котлеты, — очень меня задела её фразочка. Будто в общаге нелюди живут.

Я надеялась, что Августа Федоровна выйдет, а я спокойно приготовлю. Так нет же! Она стояла над душой и не переставала давать мне «ценные советы». Так и хотелось запустить в нее мясной заготовкой и с удовольствием посмотреть, как её лицо вытягивается, а спесь и надменность спадает. Эх, мечты несбыточные. К счастью, пришел Миша, а при нем она не стала так откровенно нападать.

— Тебе помочь? — заглянул через плечо.

— Если не боишься замарать свои золотые ручки, босс. Фартук надень и помой руки, — он, под фырканье мамы, чмокнул меня в губы.

После ужина, сидели в моей комнате, искали риэлтора и просматривали варианты квартир.

— Вот это очень красивая. Смотри какие потолки высокие и магазины рядом. И ванна супер, а какая спальня… — потом посмотрела на цену. — Сколько стоит?! Это ещё в евро?!

— Снежинка. Ну что ты хотела?

— Точно не влазить в ипотеку на тристо лет.

— Так. Ладно. Завтра посмотрим, — Миша захлопнул ноутбук, притянул меня к себе, поцеловав в висок.

Утром, под нравоучительные речи «мамы», гладила рубашку Миши, вот зря она с утра лезет под горячий утюг, нечаянно ошпарила. На работу ехала заведенная.

При мысли, что дома будет квест «угоди свекрови», не могла сосредоточиться. Опрокинула на Олега чашку кофе, сделала две ошибки в договоре. Вечером Миша привел меня в центр, остановился возле шикарного дома.

— Где мы?

— Сейчас узнаешь, — набрал номер на телефоне.

— Маргарита Аркадьевна, мы подъехали. Хорошо. Сейчас поднимемся.

— Мы к кому-то в гости? — спросила, когда поднялись на верхний этаж. Миша загадочно улыбнулся и открыл дверь. Квартира была пустая. В коридоре нас встретила улыбающаяся женщина в строгом дорогом костюме. Она проводила нас по квартире, рассказывала о сделанном ремонте и что здесь отличная детская площадка и садик недалеко.

— Это та самая квартира, что мне понравилась. Миш, — повернулась к мужчине, у которого улыбка была до ушей. — Это же очень дорого. Я надеюсь ты не собираешься её покупать?

— Поздно. Уже купил. Целый день оформлял. И перестань считать мои деньги. Лучше скажи, нравится? — повисла у него на шее.

— Очень.

…— А здесь детская, — Маргарита открыла очередную дверь и я зависла.

— У нас нет детей.

— На будущее значит.

Всю дорогу до дома мы обсуждали какую мебель купим, как обставим. Домой зашла смеясь, меня распирало от радости.

— Милый. Сюрприз! — проворковала Вика и повисла у него на шее, целуя в щеку. А я отступила, мне нехватало кислорода. И ещё Августа Федоровна с довольной улыбкой и взглядом: «Вот видишь».

Миша отодвинул Вику.

— Вернулась?

— Да. Не мое это. Съемки, интриги,