Операция «Любовь и прочие неприятности» - Разия Оганезова

Глава 8

Ниночка

Зачем встречаться заказчику с теми, кто на него работает единоразово – я не знала, но отказаться от встречи не могла. Кто знает, как отреагирует тот, кто платит нам хорошие деньги за съемку? Съемка – это отдельно взятая часть моей жизни, кажется сегодня ночью, да и завтра, я буду долго-долго смаковать каждый поцелуй Мирошниченко в своей памяти. Эх, если бы он хоть чуточку раньше раскрыл глаза, если бы он еще в институте заметил, как я на него смотрю. Но, смотрел он в другую сторону, и не на меня, к сожалению.

И, я, наверное, стала смелее, раз предложила Мирошниченко остаться у себя, заведомо зная, что кровать у меня одна, хоть и такая большая. Да, я снова стала делать первые шаги в его сторону, только не такие невинные, как ранее. Нахрапом, конечно, не беру, а хотелось бы, на самом деле!

Ну и с мамой мне предстоит серьезный разговор, вчера она вела себя очень и очень некрасиво. Возможно потому, что переживает. Не спорю, но если я ни о ком ей не рассказываю, значит на это должны быть причины: например, мне просто не о ком рассказать, м?

Но это все лирика, сейчас же мы с Валерой подъезжали к ресторану, да не абы какому, а самому дорогому. Очень рассчитывала на то, что встреча будет за счет работодателя, но если что, мы можем себе позволить выпить по чашке кофе – позавтракали дома!

Остановив машину на парковке, Валера помог мне выйти из нее и встал рядом, словно телохранитель. А мне так хотелось взять его за руку, прижаться, вздохнуть и рассказать, что почти всю ночь я не спала. Украдкой сделала несколько фото парня и непозволительно долго его рассматривала. Мда, на меня можно писать заявление даже, за преследование, но ничего с собой поделать не могу.

Ранее я никогда не была в подобных заведениях, все чаще кафе, более уютные и домашние, здесь же все кричало о роскоши и богатстве, что мне совсем не нравилось. В таких местах я чувствовала себя ужасно неловко.

Дениса мы нашли сразу, сидел он за большим круглым столом, разложив перед заказчиком отпечатанные фотографии. Наш наниматель был молодым мужчиной, чуть старше Мирошниченко, рассматривал фотографии с каким-то пристрастием, но когда фотограф тронул его за руку и указал на нас, то я попала в капкан темных глаз, которые рассматривали меня с головы до ног. Я даже чуть заметно сбилась с шагу, потому что никак не ожидала увидеть такой интерес, тем более от довольно привлекательного человека.

– Добрый день, – пропел мужчина, отодвигая стул рядом с собой, и естественно Валере пришлось сесть напротив. Смотрела я на него затравленно, ведь заказчик, закинул руку на мой стул и развернулся ко мне в пол оборота.

– Ваши работы! Я в восхищении, – с едва слышным акцентом пел мне дифирамбы мужчина, рассказывая, какие у меня чудесные глаза. Только глаза эти смотрели на Валеру, который сжимал кулаки и стискивал зубы.

Ден перевел взгляд с него, на меня и открыл рот, кажется, все прекрасно понимая.

– Вы что, встречаетесь? – шепотом спросил он Валеру. Вот только громко получилось – специально  или нечаянно, я не знаю, но наш заказчик перевел взгляд на Мирошниченко.

– Совершенно верно, – подтвердил Валера и попросил Дена занять его место, а сам сел с другой стороны от меня. И знаете, довольно некомфортно было, когда двое красивых мужчин пытались друг друга прожечь взглядом, особенно, когда я находилась между их перекрёстным огнём.

Щеки как-то быстро начали гореть, честное слово, даже голова разболелась.

– Итак, – снова вторгся фотограф, – общая картинка понравилась Леону Вениаминовичу, вы передали ту атмосферу, которая требовалась!

– Но у меня для вас, Ниночка, будет отдельное задание! – подал голос заказчик, который уже успел убрать руку за моей спиной.

– Да? – удивилась и выдавила из себя улыбку, – какое же?

– Фотосессия со мной, естественно! – широко улыбнулся, показывая свои идеально белые зубы как в рекламе, иностранец.

Под столом меня ударил Ден и чуть заметно покачал головой.

– Извините, – пробормотала, – но у меня все расписано на несколько месяцев вперед.

– Вот как?! – искренне удивился мужчина, явно не умея принимать отказы. – Я подожду!

Он собрал фотографии, сложил их в кожаный портфель черного цвета и вышел из-за стола. Преодолев зал широким шагом, заказчик покинул заведение.

– Вот мы влипли, – простонал фотограф, – могли бы и сказать, что встречаетесь?!

– И что бы это изменило? – уточнил Валера, – ясно же – он теперь от Нины не отстанет!

А мне хоть сквозь землю провались!

– Раз вопрос решился, – вздохнула, – то я домой!

– Жду тебя завтра в студии! – предупредил Ден.

– Я провожу, – подскочил Валера.

На что я только пожала плечами. Как-то про обратную сторону модели я не думала, хотя Шурочка предупреждала. Было на ее памяти одно неприятное событие, когда за ней бегал странный мужчина, одаривал подарками и поджидал у дома. Вот где действительно было страшно и непонятно, для чего такое повышенное внимание. Мне бы хотелось подобного избежать, но не вышло, когда Валера привез меня домой, то я через полчаса услышала звонок телефона.

Я думала, разговор с мамой будет несколько позже, ан нет.

– Нина, – раздался взволнованный голос родительницы, – тебе доставили просто огромных размеров букет! Тут сто роз точно! Они такие тяжелые! У нас даже вазы такой нет, я в ведро поставила!

– Пусть стоят, – вздохнула, прикрывая глаза.

– А еще послание! Сейчас-сейчас, зачитаю!

Мама даже откашлялась, прежде чем я услышала:

– Самой привлекательной из женщин! Вы сразили меня своей красотой, очаровали грацией и скромностью… Знаешь, что-то мне уже не очень нравится…

– Как и мне, – вздохнула. – Мам, оставь цветы себе, а послание можешь выкинуть. И это, не давай мой адрес, ладно?

– Хорошо, – пробормотала мама, – а кто это? Валера?

– Нет, – горько вздохнула я, лучше бы Валера, – поклонник, который будет очень настойчивым, но того он совершенно не стоит…

– Угу, – пробормотала мама, но что-то мне подсказывает, приди к нам домой Леон Вениаминович лично, она испытает его и даст окончательный вердикт.

А еще через час приехал курьер уже лично ко мне. На этот раз точно от Валеры. Букет был из множества разных и ярких цветов, не такой огромный, какой стоит у родителей, но долгожданный. В букете не было записки, зато почти сразу пришло сообщение: «Я тебя этому мерзавцу не отдам».

Как будто я хочу к нему уйти! Но, если данный индивид будет мосточком от меня к Мирошниченко, почему бы и нет?

С особой