Красавица без сердца (СИ) - Романова Архелая

— Николай Краснов? — я похолодела.

— Лиза, что с тобой? — рассердился дед. — Стой, так ты с ним виделась вообще или нет?

— Да, конечно, да, — сообразила я, — виделась. Просто не сразу поняла. Ты фамилию назвал, и я малость запуталась.

— Да? — с подозрением спросил дед. — Ладно. Ему я тоже позвоню.

— Ага, — пролепетала я, паркуясь в двух метрах от тачки Клима. — Ну, все, пока, дедуль.

Клим, заметив меня, вышел из машины и махнул мне рукой. Вяло улыбнувшись ему в ответ, я задумалась: кто такой Клим, и, если он здесь, то где Николай Краснов? Вернее, что с ним?

Глава 33

— Привет, — поздоровалась я, выйдя из машины.

Вместо традиционного приветствия Клим сграбастал меня в охапку и поцеловал. Я возмущенно пискнула, упираясь руками в его грудь.

— Сдурел?

— А что такого? — довольно спросил он, так и лучась сытой улыбкой. — Я не могу поцеловать свою девушку?

— С каких это пор я стала твоей девушкой?

— Со вчерашних. Или я что-то путаю?

— Путаешь, — буркнула я.

Клим посерьезнел.

— Лиза, в чем дело? Ты меня пугаешь.

— Это ты меня пугаешь, Клим, — с плохо скрытым злорадством ответила я. — Или как там тебя зовут по правде? Вроде бы ты должен быть Николаем Красновым.

— А, так вот в чем проблема, — с облегчением выдохнул он.

Я прищурилась. То, что у Клима мое заявление не вызвало испуга, малость пошатнуло мою убежденность в том, что он — зло во плоти, нагло втеревшееся ко мне в доверие.

— Объяснишь? — я скрестила руки на груди и на всякий случай сделала шаг назад.

— Прямо здесь? — уточнил Клим. — Может, хотя бы в машину сядем?

— Никуда я с тобой не пойду, пока не объяснишься.

— Ладно, — он вздохнул, провел пятерней по волосам, зачесывая их назад, и начал: — История не такая уж и запутанная. По паспорту меня действительно зовут Николай. Но вот уже более десяти лет все называют Климом.

— Причина?

— Детское прозвище. Так крепко прицепилось, что даже родственники кличут Климом. Вот я тебе и представился как Клим, по привычке. А потом уж было поздно говорить правду, да и ты ничего не спросила.

— Да ну? — с подозрением спросила я, мысленно сетуя на дедову забывчивость. Если бы он прислал сообщение сразу, я бы в первый день устроила Климу допрос. — Паспорт покажешь?

— Конечно, — обрадовался он, и досадливо вздохнул. — Права подойдут? Паспорт дома.

— С собой носить надо, — буркнула я. — Подойдут.

На правах, кстати, абсолютно новехоньких, с фотографии на меня смотрел Клим, а рядышком черными буквами — Краснов Николай Витальевич.

— Держи, — я отдала права обратно, и все-таки не удержалась, — раз ты с моим дедом знаком, опиши его.

— Лиза…

— Ну?

— Высокий, худощавый, лысый, носит очки в строгой оправе и обожает всех поучать. Но человек хороший, а руководитель — просто отменный. Наши парни про него такие хвалебные оды слагают, ты бы слышала.

— Верю. Дед, он такой. Ладно, давай сядем в машину. Расскажу, что узнала.

Мы устроились в автомобиле Клима, и я поведала ему о Кристине и ее возлюбленном. Дослушав, осторожно отметила:

— Поэтому в последнее время Кристина сменила гнев на милость по отношению к Раисе Степановне. Сообразила, что с будущей свекровью не стоит ругаться.

Клим поморщился, а потом, не выдержав, выматерился, тут же буркнув:

— Извини. Слов не хватает… Девчонке шестнадцать лет, а она решила отца в могилу свести. Это ж насколько нужно быть черствой и эгоистичной дрянью, чтобы так поступать?

— Возраст, — умудренно вздохнула я, — мозгов нет, гормоны бушуют. Первая влюбленность кажется единственной и последней. А Антон этот, надо полагать, тот еще мерзавец. Сидит, в ус не дует, а ждет, когда дама сердце все уладит.

— Да уж, парень явно с гнильцой, — согласился Клим, заводя машину. — План действий каков? Сдадим девчонку отцу?

— Кристину нужно поймать за руку, — морщась, поведала я о дедовой прихоти. — Дед попросил.

— Не вопрос, сделаем, — обрадовал меня Клим. — А с Альбиной что? Новостей, я так понимаю, нет?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ошибаешься, — возразила я, и рассказала об отсутствии отпечатков пальцев.

— Замечательно, — ядовито воскликнул Клим. — Менты сработали на совесть. И что же? Придерживаемся версии, что ее вытолкнули?

— Могли ударить по голове, а потом выбросить. Альбина явно что-то делала перед убийством: протирала пыль или мыла батареи. Возможно, она наклонилась, и убийца ударил ее чем-нибудь. Семеницкая потеряла сознание, и убийца решил вытолкнуть ее из окна, представив все как несчастный случай.

— Чтобы поднять человека, находящегося в отключке, нужно здорово поднапрячься, — заметил Клим.

— Не обязательно. Альбина была худенькой, весила килограмм пятьдесят. Думаю, и я бы справилась, — задумчиво сообщила я. — Ты говорил, что соседка слышала стук каблуков. Возможно, это и был убийца.

— Намекаешь на Радочку? Все сходится: мотив есть, и каблуки она носит.

— Да, — пожала я плечами. — Других подозреваемых у меня нет.

— У Рады алиби, — сказал Клим. — В это время она была в салоне красоты. «Звезда называется». Приехала туда в час дня, а покинула салон в шесть. Сначала была у парикмахера, та ее хорошо запомнила, поскольку Рада — постоянный клиент, а потом пошла на обертывание, где и провела время с двух до шести.

— Долго что-то, — призадумалась я, не имея представления о том, сколько длится процедура. — А ты откуда это знаешь?

— А чем я, по-твоему, занимался утром? — проворчал Клим, сворачивая к кафе. Я вопросительно посмотрела на него, но послушно вышла следом из машины.

— Выпьем кофе и поедем, — Клим схватил меня за руку и привлек к себе. — Обижаешься?

— Пока думаю, — сообщила я.

— Да брось, — он поцеловал меня в уголок рта, и вся моя решительность куда-то испарилась. — Я хороший парень, и ты правда мне понравилась тогда. Я хотел позвонить сразу, но возникли кое-какие проблемы. Пришлось срочно решать.

«Это ты блондинку проблемой называешь?», — подумала я, и устыдилась. Ну, мало ли чем он был занят… А блондинка наверняка в прошлом, так что не считается.

— Нам надо еще с Аллой поговорить, — вспомнила я, едва мы уселись за стол. Клим сосредоточенно изучал меню, и после моих слов нахмурился.

— Это еще зачем?

— Инга упомянула, что Алла терпеть не могла Альбину.

— Дохлый номер. По мне, так лучше заняться Радочкой.

— Ты — мой помощник, — напомнила я, и прикусила язык. Ох, лучше бы я этого не говорила! Лицо Клима потемнело, губы сжались в полоску. Хмуро кивнув, он язвительно сообщил:

— Хорошо, гражданин начальник. Сделаем по-вашему.

— Не кипятись, — я положила ладонь на его руку, и примирительно улыбнулась. — Но Алла — весьма перспективная личность в плане расследования.

— Да понял я. Ты любишь все доводить до конца, и к любому делу подходишь основательно.

Клим улыбнулся, обозначив ямочки на щеках, и я в который раз подумала, что с таким красивым парнем мне явно ничего не светит. Уж больно хорош. И интуиция у него на высшем уровне.

— А что ты еще любишь? — спросил он. — Хочу все про тебя знать.

— Ты же бывший сотрудник полиции, — подколола я его.

— Никогда не пользовался своим служебным положением, — нахмурился Клим.

— А почему ушел из органов?

— Причина банальна и проста. Деньги. На зарплату особо не пошикуешь, вот и решил заняться собственным бизнесом.

— Охранная фирма?

— Да. Знакомых много, знания тоже имеются, почему бы и нет? Могу скромно заявить, что дела у меня идут неплохо.

— Так ты, значит, завидный жених, — смеясь, сказала я.

— Именно. Так что не смей больше на меня обижаться, — шутливо пригрозил он мне. — Иначе замуж не возьму.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Обещаю вести себя примерно, — так же несерьезно ответила я, и замолчала, ощутив какую-то неловкость. Официант принес счет, Клим расплатился, и мы вышли наружу. По дороге Клим позвонил какому-то знакомому — узнать номер Аллы.