Друг моего жениха, или Французский поцелуй (СИ) - Волкова Ольга

— Нет. Тогда – нет, Лиза, — едва уловимая улыбка коснулась уголков его губ.

Влад притянул меня к себе, соблазняя запретным плодом. Вновь страсть, которая окутывала нас ранее мигом вспыхнула, и мы не могли оторваться друг от друга.

— Не убегай от меня, Лиза, — прошептал Влад, нежно одаривая лаской, он наклонился и впился в мою шею. Смакуя мою разгоряченную кожу, Влад поднимался выше, царапая мне скулу зубами. Я чуть отклонила голову в бок, открываясь для мужчины. Впервые мне хотелось ощутить нечто запретное… а Влад был настоящим искусителем. Все мысли о ссоре со Стасом померкли перед взором, сейчас я была охвачена невероятным вихрем эмоций. Нежная страсть поразила меня своей эротичностью, а медленный танец нашего раздевания стал особенным ритмичным действом.

Оставшись обнаженными друг перед другом, Влад неотрывно разглядывал всю меня, а потом, сделав шаг вперед, повалил на кровать. Холодная ткань жалила разгоряченную кожу моей спины. Нависнув надо мной, мой незнакомец оказался между моих ног, и теперь его возбужденная плоть касалась моего естества. Ощутив жар, я начала хватать кислород большими глотками. Наш взгляд искрил, создавая вокруг ореол сексуального голода. Я обняла Влада, нежно царапая его кожу головы на затылке. Он чуть подался вперед, словно спрашивал разрешения.

— Ты можешь передумать, — он будто прочел мои мысли, а я замотала головой. Я безумно ждала этого момента. Наверное, бессмысленно тянуть то, что все равно произойдет. Охваченная отчаянием, я притянула Влада к себе, и, остановившись лишь на секунду, я сказала ему:

— Никогда…

Этого стало достаточно. Влад вошел в меня одним резким толчком, а я застонала, выгибаясь в пояснице. Закрыв глаза, полностью отдалась ему. Подхватывая ритм своего мужчины, мы двигались в унисон. Влад схватил меня за ягодицу, сжимая ее до ощутимой боли. Он немного изменил угол проникновения, и теперь я еще больше чувствовала, как низ моего живота пульсировал от приближающей разрядки.

Поза любви сменялась одна за другой, мы словно были охвачены каким-то наваждением. Я желала Влада, как никого другого. Наши поцелуи стали более требовательными, намного интимными и личными. Я кусала Влада, будто оставляла на его твердой коже метки, что он был моим. Оседлав мужчину, я аккуратно опустилась на него, и теперь пришла моя очередь вести. Влад гладил мою грудь, медленно очерчивая мою талию, словно вырисовывал в своей памяти силуэт моего тела. Затем он резко сел, и новая поза нас обоих увела в мир нирваны. Крепко обняв меня, и не разрывая нашего соития, Влад поднялся вместе со мной. Я обвила его торс своими ногами, а мой незнакомец поддерживал меня за попу и продолжал любить. Это совершенно другие ощущения… на пике… на разрыв… Мы оба стонали, выкрикивая имена друг друга. Потом Влад опустил меня на ноги, вновь целуя до беспамятства.

— Встань лицом к зеркалу, — скомандовал он, оборвав пик наслаждения. Я послушно повернулась спиной к нему.

Он и я. Обнаженные. Голодные друг другом. Блестящие и потные тела от занятия любовью, казалось, сияли еще больше. Моя грудь вздымалась от частого дыхания. Я была заворожена нами в таком исполнении. Влад накрыл мою грудь своими ладонями и начал массировать ее, мучая меня. Ощущения нарастали, и я чувствовала, что вот-вот взорвусь. Откинув голову ему на плечо, я завела руки назад, хватаясь за его затылок. Я тянула Влада за волосы, вторила его пыткам.

— Помнишь, я сказал, что одной ночи мне будет достаточно с тобой, Лиза… — Влад явно был змеем искусителем. Его голос проникал мне под кожу, будоражил каждую нервную клеточку.

— Да, — простонала я, извиваясь в его умелых руках.

— Я солгал, — наши взгляды встретились в зеркале. Его потемневшие глаза горели безумием, вожделением и... нежностью. Сочетание крайне опасное, потому что теперь мне будет сложно оставить все позади. Влад стал мне дорог. Он нужен мне...

Мужчина снова обрушился с поцелуями на мою шею, параллельно опуская правую руку вдоль моего живота к лобку. Когда он накрыл ладонью мое сокровенное место, намеренно надавил на пульсирующую точку между ног, и я закричала: — А-а-а…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я получила лишь часть той разрядки, о которой так давно мечтала. Затем одним резким рывком Влад повернул меня лицом к себе, и мы снова сцепились, будто умирали от жажды. Мужчина подхватил меня на руки, впечатывая в холод стекла. Контраст получился ошеломляющим, словно по моему телу прошлись острием лезвия – такими сильными оказались ощущения. Осторожно, он вошел в меня, и мы отдались новому водовороту крышесностной страсти. На пике, я крепче ухватилась за мужчину, потому что скользила спиной по зеркалу. Плавные движения переросли в резкие, и потом Влад бурно закончил. Я почувствовала, как внутри меня разлилось тепло; впитывая все, что мне дарил Влад, я действительно в этот момент была счастлива. Я была любима этим мужчиной.

Влад отнес меня на кровать и лег рядом, накрыв теплым пледом. Сонная, я не хотела, чтобы он вдруг исчез, и наше занятие любовью превратилось в плод моего воображения.

— Завтра, когда я проснусь – ты будешь рядом? — обняв Влада, я облокотилась щекой о его горячую грудь. Стук сердца моего мужчины меня успокаивал и гипнотизировал. В комнате стояла идеальная тишина, разрываемая нашими медленными дыханиями. Я уже засыпала, когда завибрировала грудь Влада и он ответил:

— Я всегда буду рядом с тобой, любимая, — снова безмолвная тишина, — потому что влюбился, Лиза.

Его признание эхом доносилось до моего сознания, но я его слышала, даже почувствовала, как на долю секунды сердце Влада пропустило глухой удар.

Глава 25. Влад

Я смотрел на спящую Лизу и не верил своим глазам, что она была в моих объятиях. Эта девушка достойна лучшего, а разве Стас заслуживал такой женщины? Нет. Его сделка со мной превратилась в каторгу, и я начал чувствовать свою вину перед Лизой. Зная о причине ее ссор с женихом, мне приходилось держать язык за зубами, чтобы окончательно не ранить сердце девушки. Ее звонок сегодня взбудоражил меня, и решение, пришедшее само собой, не отпускать ее, окрепло в моих мыслях. Мягкое и едва уловимое дыхание девушки согревало меня. Я крепко обнял Лизу и притянул к себе, насколько это было возможным. Поцеловав ее в макушку, почувствовал цветочный аромат ее шампуня, смешанный с ее собственным – моим любимым. Даже с закрытыми глазами, я узнаю ее из тысячи, стоило бы ей пройти мимо меня. Закрыв глаза, я представлял удаляющуюся Лизу – улыбающуюся мне на камеру, а вдали виднелась бы Эйфелева башня. Идея о новой фотосессия с участием этой хрупкой и в то же время сильной женщины вдохновляла меня с каждой секундой.

Убрав с ее лба небольшой локон волнистых волос, Лиза потянулась и перевернулась на другой бок, прикасаясь к моему бедру своей мягкой попой. Я улыбнулся, затем прошелся тыльной стороной ладони в едва уловимом касании по ее силуэту. Плавная форма ее талии и бедер вновь искушала меня на интимность… на близость с Лизой. Девушка что-то произнесла во сне, но я не расслышал. Поцеловав ее в плечо, я осторожно встал с постели и надел боксеры. Лиза распласталась, как звездочка, уткнувшись носом в подушку.

Закрыв за собой дверь в спальню, я включил свет в огромной зале и направился в свой рабочий кабинет, находившийся на первом этаже. Как раз фотографии должны были высохнуть и приобрести настоящий облик совершенства. Этот дом мне достался от моей бабушки, я безумно любил быть тут и часто оставался вдали ото всех. Порой каждому человеку нужно побыть одному, чтобы привести чувства и мысли в единый порядок. Когда сердце стучит со скоростью света от любви к девушке, которая даже не подозревает, как сильно она вросла мне под корку думок, хочется найти себя во всей неразберихе.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Как я и предполагал, фотографии были готовы. Сняв их с бечевки, я аккуратно сложил их в стопку, чередуя с бумагой, чтобы глянец не слипся с предыдущей карточкой. Лиза на них получилась идеальной, потому что она сама была такой. И если бы мне предстояла возможность еще раз провести с ней слишком интимную фотосъемку, я бы все отдал, только чтобы вновь увидеть ее искренние чувства на лице. Это было гораздо сильнее, чем близость между нами – мы чувствовали друг друга, и безумно желали большего.