Похищенная Зауром (СИ) - Роман Виолетта

- Заур очень жестким бывает, - киваю, ставя перед ней чашку с горячим напитком. Понимаю, что дико голодна.

В этом доме уютно, а Элина – такая добрая женщина, что мне кажется, будто мы с ней знакомы тысячу лет.

Она делает глоток напитка и возвращает чашку на стол. Ее руки обхватывают посуду, так, словно она хочет согреться.

- Ты права… Заур очень сложный мужчина, - ее губы кривит грустная улыбка. Но, несмотря на это,  в ее глазах безграничная любовь к сыну. – У него есть на то причины…

Я устраиваюсь рядом. Мне дико интересно узнать он нем хоть что-то. Заур для меня по большей части – закрытая книга. А так хотелось бы хоть глазком взглянуть на него настоящего. Но я боюсь слишком давить и  начинаю издалека.

- У вас очень красивый дом. Несмотря на то, что он не новый, мне очень нравится. Резьба по дереву, беседка причудливая, да даже плитка во дворе…

Она кивает.

- Этот дом строил мой муж. Он практически все делал своими руками. Даже Заура маленького привлекал. Тому было пять,  а он уже во всю молотком стучал, что-то выпиливал из дощечек, - ее голос спокойный, но я чувствую боль, сквозящую в нем.

- Алдан всегда брал с собой Заура, занимался с ним  каждую свободную минуту. Хотя, времени свободного у него было не так много, - произносит она задумчиво. А потом поднимает на меня глаза. Они воспаленные. И мне так не хочется, чтобы она плакала.

-  Мне порой кажется, что Алдан чувствовал свою скорую смерть.. словно знал, что им с мальчиком отведено слишком мало времени и старался восполнить его.

Сердце сжимает в тиски. Элина рассказывает об этом с такой грустью и любовью, что мне кажется, будто я вижу сейчас во дворе того самого высокого и сильного мужчину с фото и маленького мальчика с ним.

- Поэтому я и не переезжаю никуда. Сын уже столько раз пытался забрать меня к себе в город. Но я не уйду из этого дома…

- Почему? Вам было бы легче там…

Она не дает мне договорить. Кажется, на этот вопрос у нее есть категоричный ответ.

- Нет, деточка. Здесь в родных стенах, мне порой кажется, что Алдан до сих пор со мной. Оберегает меня…  я не уйду отсюда никуда.

Я осматриваюсь по сторонам. Неспешно пью чай, делаю все, чтобы хоть как-то успокоиться. У самой глаза на мокром месте. Это странно. Я вижу женщину впервые, и с Зауром у нас все так сложно и непонятно. Я до сих пор не знаю, кто он на самом деле, и могу ли я верить ему. Но сейчас я так точно чувствую ее эмоции… Мне так больно из-за нее. Из-за Заура, потерявшего своего отца. Я знаю, какого это, терять близких.

- А хотите, я помогу вам посадить новые цветы в зимнем саду?

Элина замирает в изумлении.

-  Я не умею, но я быстро учусь. Вы просто говорите мне что делать, - я улыбнулась, пряча смущение.

- Ты правда сделаешь это для меня?

Я тут же кивнула.

- Вы только отпросите меня  у Заура. Скажите, что сегодня я останусь с вами. И все, мы с вами столько дел переделаем.

Она подозрительно щурится.

- Отпросить? Деточка, неужели он ведет себя как тиран? Вы ведь даже не женаты, а ты должна отпрашиваться?

Я не знаю, могу ли говорить о нем. Ее вопрос застает меня врасплох. Вместо ответа пожимаю плечами, доедая свой бутерброд.

Мы допиваем чай и я собираюсь помыть посуду. В этот момент к дому подъезжает машина Заура. Он заходит в дом в компании пожилого мужчины.  

- Доброе утро, Элина, - улыбается незнакомец, входя к нам в комнату. Заур появляется следом за ним. При виде меня, занятой делом, его губы слегка приподымаются в улыбке.

- Все в порядке?

- Более чем, - я пожимаю плечами, продолжая работать.

Доктор забирает Элину в гостиную, там он осматривает ее и назначает лечение. Заур уводит их, а спустя несколько минут появляется в кухне.

Чувствую касание его рук, и по телу дрожь пробегает. Он обнимает меня со спины, касается губами моей шеи.

- Как она? Все в порядке?

Его пальцы еще крепче сжимают мою талию.

- У нее неизлечимая болезнь… - его голос тихий, но напряженный.

- И с каждым днем ей все хуже, Самира. И я ничего, ничего не могу сделать. Деньги есть, есть связи.. но эти чертовы врачи разводят руками, - в его голосе злость и отчаяние.  

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я понимаю его боль. Самое ужасное, что может быть – это чувство беспомощности. Когда ты не можешь спасти дорогого тебе человека. Когда ты готов на все ради этого, но даже если вырвешь свое сердце, то ничего не исправишь.

- Она у тебя замечательная, Заур. Не кори себя, у каждого своя судьба. Моя мама умерла, когда мне было девятнадцать. Эта боль до сих спор со мной. Каждый день.

Заур хмурится. Его пальцы пробегают по моим волосам.

- Что с ней случилось? – он так внимательно смотрит мне в глаза, кажется, душу мою насквозь видит. Мы понимаем друг друга. Он знает не меньше меня, какого это терять родителя.

Я не люблю говорить о маминой смерти. Более того, воспоминания каждый раз делают мне невероятно больно. Но ему мне хочется рассказать.

- Она сгорела. Попала в ДТП, машина перевернулась и мама просто заживо сгорела… - в моих глазах слезы, меня трясет. – Она была такой красивой, такой доброй… то что с ней случилось, это самое большое горе. Если бы я только могла вернуть время вспять, Заур… - утираю украдкой слезы.

Он упирается своим лбом в мой.

- Она любила тебя. И сейчас любит, Самира…

Я кивнула. Спрятала лицо на его груди, чувствуя, как меня разрывает изнутри.

- Ты спрашивал тогда, почему я отцу не пожаловалась на Стаса.. почему не рассказала. Ты знаешь, после смерти мамы, я совсем одна осталась. Отец через неделю привел в дом новую жену. Она была уже беременной. Я ненавидела его за это. За то, что могила мамы еще не остыла, а он уже строит счастье с другой. Аиша стала сразу наводить свои порядки. Ремонт, менять всю мебель… - при этих воспоминаниях душа рвется на части. Но я чувствую его руки, и мне так легче. Мои губы кривит горькая улыбка.

 - Через месяц исчезли из дома все мамины фото… они просто делали вид, словно ее и не было. Я стала ссориться с отцом, с Аишей. Последней каплей стал  момент,  когда он поднял на меня руку. Из-за нее…

Его пальцы сильнее вжались в мои плечи.

- Никто и никогда больше этого не сделает, Самира. Я не дам… - я вижу, как заходятся желваки на его скулах. Киваю, сглатывая слезы.

- После всего произошедшего, он не нашел ничего лучше, как отправить меня учиться в другую страну. Заплатил декану и решил проблему. Меня с глаз долой, и жить счастливо. Чтобы никто не омрачал настроение его дражайшей женушке.

- П***р.. – рычит Заур.

Я удивлена, сколько ненависти в его голосе. Поднимаю на него глаза. Заур стирает пальцами влагу с уголков моих глаз.

 - Но вы же компаньоны по бизнесу.

Он внимательно смотрит в мои глаза и молчит.

- Это разные вещи, Самира.. совсем разные, - а сейчас в его голосе обида.

Я ничего не понимаю. Прикрываю глаза, пытаясь прогнать нервозность. За окнами уже день, и я вдруг понимаю, как сильно устала.

- Больше никто, слышишь? – раздается над ухом его шепот. Заур обнимает меня крепко, а я носом ему в шею утыкаюсь  и вдыхаю полной грудью его аромат.

- Моя jamella. Никто не сделает тебе больно. Теперь у тебя есть я… Кишки выпущу любому, кто  только посмотрит на тебя не так.

***

Доктор делает Элине укол успокоительного. Пока она спит, Заур набирает Розу.

- Зу, могу я остаться с твоей мамой? Она хотела посадить цветы, я бы помогла.

Он замирает, с поднесенным к уху телефоном.

- А как же институт?

- Подумаешь, прогуляю один день, - пожимаю плечами. Он все еще не убежден.

- В обед я уезжаю в другой город. Буду только завтра.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Тем более, ну что мне делать одной в твоем огромном доме? А тут и Элине будет веселей. А Роза пусть отдохнет.

Наконец-то Заур сбрасывает вызов. В пару шагов преодолевает расстояние между нами. Обхватив мои скулы, в глаза мои смотрит. Черты лица напряжены, словно тревожит его что-то.