Любовь на кофейной гуще (СИ) - Горовая Ольга Вадимовна

А уж когда он ее целовать начинал, вообще обо всем на свете забывала! Никогда такого взрыва эмоций внутри не ощущала от подобной ласки… Будто и солнцем согревал ее, и огнем опалял жарким, будоража внутри нечто незнакомое, но до неистовства сильное, тянущееся к Андрею всеми фибрами!

И все было настолько хорошо, что, наверное, стоило задуматься: не грядут ли неприятности? Да только Насте было и не до подобных мыслей тоже, и о звонке свекрови предпочитала не вспоминать. Да и не верила никогда в подобные предрассудки. Быть может, зря?..

Сегодня вечер был тихим, Лукия вела себя просто идеально, даже не плакала по настоящему за день ни разу. И, кажется, с неподдельным интересом отнеслась к ежевечернему ритуалу выкладывания ее по паре минут на животик, чтоб шею и спинку тренировала. А они с Андреем с такой гордостью и умилением за этим наблюдали, что самим весело становилось. Переглядывались с широкими улыбками.

Вчера они отпраздновали первый месяц Лукии. Так забавно и немного непривычно было «отмечать» месяцы. Но Настя вдруг поняла, почему все молодые родители это делают — за месяц ее дочка поменялась так, что грех и не отметить! Андрей, по всей видимости, считал так же. И он ей огромный букет тюльпанов подарил, узнал, что Настя те любит. Было так приятно! Вот вроде и неважно же, и завянут скоро, и выбросятся…

Да, чаще соглашалась с такими аргументами Павла, привыкла за супружескую жизнь быть рациональной и взвешенной к букетам, если и случавшимся после свадьбы, то только на важные даты, как «для галочки». А самой себе купить, пусть и хочется очень, как-то стыдно, не привыкла, да и деньги тоже ж вроде нет повода разбрасывать. Вот так весна уже заканчивалась, а Настя в этом году на тюльпаны ни разу и не любовалась, никто не подарил традиционного букета на восьмое марта.

И тут Андрей, без всякого же реального повода вроде. На каждый месяц дарить будет, что ли? Разве мало того, что он ей и при выписке из роддома огромный букет роз вручил? Она потом еще десять дней теми любовалась… Неожиданно стойким букет оказался.

А ведь ни тогда, ни сейчас не должен был! И при этом видно, что самому в удовольствие смотреть, как Настя на эти тюльпаны все время любуется.

А еще долго пили чай вечером… хотя говорили больше, по очереди держа Лукию на руках. Почему-то в кроватке дочка наотрез спать отказывалась, но вот их разговоры малышке совершенно не мешали, а они сами откровенно балдели от этого процесса.

— Меня мама пугает, что я ее совсем разбалую, приучу к рукам — жизни потом не будет, — вроде как повинилась Андрею, признавая, что не может дочке в таком отказать.

Нет у Насти выдержки характера оставить крошку в кроватке и уйти, слушая, как она «переплачет».

А Андрей вдруг как-то так глянул, будто крайне возмущен был.

— Как можно приучить к рукам?! Это бред! Светлячок должна точно знать, что мы ее любим, и она всегда может рассчитывать на нашу поддержку и защиту! — так уверенно заявил мужчина, словно и допустить не мог иной реальности. А еще априори будущее воспринимал с ними, и никак иначе! И от этого у Насти все внутри замирало каждый раз.

Кроме того Андрей у них теперь каждую ночь оставался, и Насте совершенно не хотелось ему намекать на то, что можно и домой отправляться. Нет! Нельзя… Не хотела, чтобы он уходил! И совсем не потому, что с Лукией помогал.

Ночевал он в гостиной, правда, ни разу и не намекнув на то, чтоб в спальне обосноваться. Хотя так целовал, что и без того становилось ясно: это лишь вопрос времени, причем небольшого. И все же Настя хотела быть готовой сама морально к тому, чтобы к большему чему-то переходить. Ну и нюансы по восстановлению, конечно, имелись. Хотя она и стеснялась об этом говорить. Но, казалось, что Андрей и сам все понимал.

И все-таки, от одного его присутствия рядом становилось веселее и легче. Да и запас вещей мужчины у них существенно расширился. Он кое-какую сменную одежду давно сюда привез, ведь и раньше забегал часто, а к Лукии сам не желал в уличной одежде подходить. Теперь же добавилась и обычная одежда, чтоб Андрею не каждое утро приходилось к себе на квартиру заезжать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Он рассказывал ей о своих друзьях и о том, как когда-то давно, еще в университете, вместе с лучшим другом и организовали свой интернет-магазин, разросшийся из дипломного проекта. Честно, с юмором говорил об их ошибках и провалах. Было очень интересно, словно волшебную сказку слушала. Да и самой Насте имелось, что из этого рассказа извлечь, пусть ее небольшой отдел эко-продуктов и рядом не стоял по масштабам. Хотя Андрей и сам уже пару дельных советов ей давал, чтоб бизнес стабилизировать и меньше зависеть от колебаний спроса на отдельные товары.

Так непривычно все, так ново, когда все твои интересы разделяют, стараются во всех сферах жизни участвовать. И тебя с радостью в свою «приглашают», ничего не тая, отвечая на вопросы, делясь воспоминаниями и деталями. Она уже об Андрее, кажется, больше знала, чем о Павле за последние лет пять.

И кто из них для нее более близкий человек, выходит?



— Ну что, думаю, хватит, — подхватила дочку с пеленального столика на руки, все еще улыбаясь так, что щеки кололо, устроила на изгибе локтя.

— Она старалась из всех сил, — с таким же весельем подтвердил Андрей, обхватив их обеих, обняв Настю со спины. — Но конфетами пока поощрять рано, будем своей любовью, — он прижался подбородком к щеке Насти.

И такое какое-то пронзительное ощущение тепла, счастья, внутренней гармонии! Когда вот все-все, что между ними происходит, — предельно правильно! Словно она годами к этому пониманию стремилась, и вот пришла, наконец!

Запрокинула голову, вглядываясь в лицо Андрея, в его глаза, искрящиеся таким же тихим, но от этого не менее насыщенным и острым счастьем, просто умел своей волей огонь в узде держать. И согревал ее, не обжигая.

— Как мы раньше этого не замечали? — тихо прошептала, так, что за жизнерадостным гулением Лукии и не слышно почти. Задавалась этим вопросом все чаще в последние дни, ведь сердце рядом с ним из груди вольной птицей рвется! Кровь кипит… А не первый же раз встретились.

Но Андрей все разобрал, каждый звук.

Наклонился к ней, нежно-нежно поцеловав в висок, хоть и ощущалось, что внутри у мужчины невыносимо много всего бушует.

— Думаю, мы подсознательно замечали, радость моя. Ведь и я, не задумываясь, на твою сторону встал, потому что ты для меня всегда была важнее и ближе, хоть с Павлом я вроде первым повстречался. Да и… Я и раньше тонул в твоих глазах, — как повинился с лукавой улыбкой. — Только ни за что бы воли этому не дал, скорее, отдалился бы от вас, если бы стало невыносимо терпеть. Не думал, что и ты ко мне тянешься… — еще крепче ее плечи обнял, и сам как легко их всех укачивает.

И понятно как-то, что и ему бесконечно хорошо рядом с ними, таким же счастьем накрыло…

Звонок в дверь прозвучал совершенно неожиданно. Почему-то вздрогнула, холод по спине прошел, вся кожа в мурашках. Лукия как-то примолкла, прислушиваясь к чуждому сейчас, всем показалось, звуку.

— Ты ждешь кого-то? — удивился и Андрей, глянув на наручные часы.

Настя тоже проследила, почти восемь вечера.

— Нет, — покачала головой растерянно. — Сейчас посмотрю, кто пришел.

Отдала Лукию Андрею, который нахмурился и как-то весь будто собрался.

Кивнул, без вопросов взяв малышку, но не остался стоять, пошел следом…

Ну и она против не была, если честно, куда спокойней было проверять, кто пришел, когда за спиной уверенная поддержка любящего и надежного мужчины.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Однако, взглянув на экран домофона, опешила. Вот уж кого она меньше всего ожидала увидеть, так это Павла! А не узнать загулявшего мужа не смогла бы, как ни крути, а годы между ними просто так из жизни не выкинуть. И поняла, почему звонит, уж точно не из уважения к ней, не сомневалась! Просто в порыве злости, еще пока беременная была, поменяла один из замков после его ухода… И сейчас об этом не жалела. Ведь точно пытался зайти, как к себе домой, а когда не получилось, уже принялся звонить.