Игра в семью (СИ) - Каретникова Ксения

— Я чего-то не поняла, Ксения Сергеевна, ты меня уговариваешь на отношения с Вадимом? — ехидно спросила я.

— Предлагаю присмотреться. Как следует.

— Присмотрелась, — нахмурилась я.

— Плохо присмотрелась, — настаивала она. — У тебя ж близорукость. Небольшая, но все же. Так что, надо внимательней.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ А я насупившись от ее такой настойчивости, отмахнулась:

— Отстань. Мне не до этого…

Ксюша покачала головой, молча поднялась и включила чайник. А заварив себе чая, присела обратно и почему-то уставилась в мое лицо.

Поводила по нему взглядом и вдруг заговорила:

— Не хотелось бы расстраивать тебя еще больше, но… — резко замолчала моя подружка.

— Но? — нахмурилась я.

Ксю глубоко вздохнула и призналась:

— В общем, у нас в кондитерской возникли проблемы.

— Какие?

— Помнишь, сдавалось в аренду соседнее помещение?

Я задумалась на секунду и не очень уверенно ответила:

— Смутно. Помню что оно пустовало несколько месяцев.

— Хозяин искал арендатора. И нашел. Помещение снял один мужик и собирается открывать там фитнес-клуб.

— И что? — не поняла я к чему клонит моя подружка.

— Ему не нравится наше калорийное соседство, — скривив лицо, сказала Ксюня.

Я фыркнула:

— Его проблемы. Мы появились раньше.

— Я того же мнения… да вот только… — моя подруга пожевала губы. — Он настоятельно рекомендует сворачивать наше дело и искать себе другое место.

Тут я хохотнула:

— Надеюсь — ты его послала?

— Пыталась, ты ж знаешь, в моем кармане слов предостаточно, — кивнула Ксюня. — Да вот, мужик мало того что суров, но и, судя по всему, имеет криминальное прошлое, а может — и настоящее… И ему мало сданного ему помещение… — моя подружка выждала паузу, а потом неожиданно закончила: — Он хочет еще и наше.

— О как! — усмехнулась я.

— Ага, — Ксю подула на горячий чай и сделала глоток. — Обещал, что если мы добровольно не согласимся, он поможет нам принудительно.

— Запугивал? — нахмурилась я.

— Так точно. Не скажу, что прям мне писать захотелось, но мочевый пузырь позыв дал. И стало так неуютно…

Я продолжала хмуриться. Все больше и больше.

— Что делать будем? — повторила моя подружка этот вопрос, но теперь с другим контекстом.

Я громко вздохнула и придвинула к себе чашку…

Н-да… В первый раз мы в такой ситуации и я совершенно не знала не то что мы будем делать, а как вообще об этом думать. Хуже всего то, что теперь мне к кому обратиться за помощью. Раньше я бы пожаловалась Вовочке и его бравые ребятки быстро поставили запугивателя на место. При чем так, что он сам сбежал бы с нового арендованного места, задорно сверкая пятками.

А как теперь-то? К дяде я точно не пойду в ножки кланятся, после всего что было. Но и терять кондитерскую не хотелось. Она наше детяще, мы столько всего в нее вложили…

— Для начала я хочу сама посмотреть на этого сурового дядю, — ответила я, потому что Ксю ждала от меня хоть чего-то. — Часто он там появлятся?

— Понятия не имею. Видела его и общались лишь два раза. Неделю назад и сегодня.

— А чего раньше мне ничего не сказала? — возмутилась я.

— Так он запугивать начал только сегодня. Раньше его наша кондитерская не волновала…

Тут дверной звонок моей квартиры снова кто-то побеспокоил. Я даже встать с места не успела, как Вадим уже подошел к двери и вновь ее открыл.

— Добрый день, — поздоровался с Вадимом знакомый мужской голос.

— Добрый, — ответил ему Вадим.

— А Кира… дома?

— Саш, заходи! — крикнула я громко.

Ксения Сергеевна, услышав из моих уст это имя и догадавшись кто именно зашел в гости, резко поменялась в лице, нацепив на него улыбку, выпрямила спинку и кокетливо устроила одну свою роскошную ножку на другой.

Сашка зашел в квартиру и, подозрительно оглядываясь на Вадима, прошел на кухню. Вадим проследовал за ним.

— Привет, — широко улыбнувшись, поздоровался сосед.

Синяк под его левым глазом почти сошел, он уже "доцвел" до желтого цвета и особо не бросался в глаза. Однако Сашка все равно старательно поворачивал к нам лицо непострадавшей стороной.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Привет, — улыбаясь не менее широко, ответила ему Ксюха.

— Мы тут чай пьем. Присоединяйся, — предложила я ему.

Сашка странно покосился на Вадика и ответил:

— Я вообще, за солью зашел…

— Получишь соль, — хихикнув, сказала я. — Вот чай с тортиками выпьем и выдам я тебе этот белый порошок.

Сашка почему-то сомневался. Но все таки присел на табурет между мной и Ксюшкой. Вадим тоже устроился за столом, напротив меня.

— Знакомьтесь, это Вадим, а это Саша, — представила я их друг другу.

Мужчины кивнули и внимательно посмотрели друг на друга. И если Вадим смотрел оценивающе, то взгляд Сашки был каким-то растерянным и смурным… и здесь я догадалась, какие мысли могли бродить в голове моего соседа.

— Расслабься, Саш, Вадим не тот мой "придурочный кавалер", — сказала я соседу с усмешкой.

Сашка громко и с облегчением выдохнул:

— Ну слава Богу, а то я подумал… Сидеть за одним столом с человеком который… — сосед резко остановился, а не понимающий Вадим тут же поинтересовался:

— Который что? — мы втроем переглянулись, но промолчали, а еще больше заинтересованный Вадим не унимался: — И что значит — это не тот придурочный кавалер? О чем вы?

Я пожевала губы и посмотрела на соседа:

— Саш, ты не будешь против если я все расскажу? Ксения Сергеевна, например, уже в курсе. — Саша посмотрел на Ксюшку с сомнением, но все таки кивнул. И тогда я принялась вкратце и не употребляя конкретных имен рассказывать: — Сашка — мой сосед и хороший знакомый. Пару дней назад он пригласил меня сходить на пляж, в "Бухту Свободы". На пляже состоялась одна встреча… после которой, вечером, к Сашке заглянули незваные гости и не без рукоприкладства попросили забыть о моем существовании.

Глаза Вадима поползли на лоб, он одними губами отчетливо спросил: Вова? Я в ответ молча кивнула.

— Совсем он рехнулся, что ли? — возмущенно спросил Вадик, а потом на секунду задумался и задал еще один вопрос: — Подожди, это было накануне того вечера, когда мы в караоке зажигали, и по телефону у туалетов ты с ним говорила? — я опять кивнула. — И из-за вот этого вот всего он вчера… Вот, действительно, придурочный… сукин сын!

— Как ты сказал — из-за вот этого вот всего — называется "ревность", — поправила я его. — И ты, кстати, вчера утром тоже был ее причиной.

— В смысле? — не понял Вадим.

— Он вчера утром мне позвонил. И когда мы разговаривали — ты зашел в комнату и очень громко поздоровался. Он это слышал.

Вадим громко матюгнулся, а потом, извинившись за это, и тихо сказав:

— Мой голос он не узнал. Иначе обязательно бы все мне высказал, — резко поднялся и вышел в прихожую.

Единственным ни-о-чем-не-понимающим за нашим столом теперь был Сашка. Он молча хмурился и косился то на прихожую, то на нас. Я решила кое-что ему прояснить:

— Просто Вадим близко знаком с тем моим "придурочным кавалером". И ему, как видишь, с большим трудом верится, что тот способен на такие неадекватные поступки.

— Ясно, — ответил Сашка, но судя по его виду — ясно ему все равно не было. Но ему это и не особо нужно.

Вадим погулял немного по моей прихожей, а потом вернулся на кухню, и устраиваясь на том же стуле, заявил:

— Ладно, и с этим разберемся… — он по очереди посмотрел на меня и на Ксюху, а потом сказал: — Но сначала надо разобраться с вашими проблемами в кондитерской.

— Подслушивал? — одновременно ахнули мы с Ксюней. А затем я удивленно поинтересовалась:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Как ты мог что-то слышать? Телевизор просто орал!

Вадим усмехнулся:

— Телевизор орал в комнате, лично я был в коридоре. А там все хорошо слышно.

— И как тебе не стыдно? — качая головой, поинтересовалась Ксюшка.