Джанетт Энджелл - Мадам

Небольшая пауза, пока Губерт готовится к новому витку наших переговоров.

— Ну, не знаю, Персик. Расскажи-ка мне еще раз, как она выглядит.

Меня ждет еще второй вызов, но разговор с Губертом угрожает быть долгим.

— Подожди секундочку, Губерт, — говорю я и переключаюсь на другую линию, пока он не успел отреагировать. — Алло?

— Привет… ммм… я хотел спросить… не могла бы ты прийти ко мне сегодня?

Я делаю глубокий вдох. Несмотря на то, что в объявлении черным по белому написано, что я представляю агентство, всегда находятся какие-нибудь придурки, которые воображают себе блондинку с грудью четвертого размера, которая отвечает на звонки и работает соло. Думаю, для некоторых объявлений это правда.

— Сэр, вы хотели бы провести вечер с молодой очаровательной дамой?

— Ну… да.

— А где вы находитесь, сэр?

Сейчас слово «сэр» никто не употребляет, кроме уроженцев Юга или выходцев из семей, где детей воспитывали в строгости. Думаю, я попадаю сразу под обе категории.

— Я в «Шератон» в Ньютоне. Я… не из Бостона…

Губерту придется подождать, решаю я.

— Можно я позвоню в отдел регистрации за подтверждением, сэр?

Долгая пауза. Или что-то тут нечисто, или парень просто смутился. Я нутром чую, что все дело в смущении, и спешу его успокоить.

— Это совершенно конфиденциально. Просто чтобы обеспечить безопасность молодой очаровательной леди, которая приедет к вам.

Ага, зацепило. Определенно парень удивлен, что кто-то может увидеть в нем какую-то угрозу.

— А, ну да. Хорошо. Правильно. Звоните.

— Замечательно, сэр. Просто дайте мне ваше имя и номер комнаты, и я немедленно перезвоню.

Получив от него все, что нужно, я снова переключаюсь на Губерта.

— Прости, что заставила тебя ждать. Звонила моя мама. Я не могла просто так повесить трубку. Так что ты спрашивал?

У Губерта было время подумать. И это плохо.

— Ты уверена, что Лиза еще не вернулась? А когда вернется?

Мне не хочется потерять вызов, я чувствую, что он колеблется и ускользает от меня.

— Честное слово, я не знаю, Губерт. Они в Европе, в Альпах. Катаются на лыжах. Вряд ли она скоро вернется, а когда вернется, то будет загружена сверх меры. Но я знаю, что тебе нужен кто-нибудь прямо сегодня, поэтому мне бы очень хотелось устроить тебе встречу с Глорией. У нее длинные темно-русые волосы. Я знаю, что ты вспомнишь ее. Зеленые глаза, — Господи, спасибо за контактные линзы! — девяносто-шестьдесят-восемьдесят. Двадцать два года. Она хорошенькая и очень-очень миленькая. Я знаю, она тебе понравится, а ей ты уже успел понравиться.

Ну же, Губерт. Не обмани моих ожиданий. Я знаю, что ты попросишь прислать ее. И ты это тоже знаешь. Так что прекратим ходить вокруг да около и перейдем к делу.

— Ох. Ну ладно, Персик. — В его голосе все еще нет уверенности.

Ну, дальше я с ним сюсюкать уже не собираюсь.

— Я попрошу Глорию позвонить тебе, Губерт. Я знаю, что вы хорошо проведете время, и это будет…

Он перебивает меня:

— Когда точно?

Так, я сказала, что она на лекции до восьми, напоминаю я себе. Я всегда отлично запоминала, что и кому наврала.

— Наверное, около половины девятого.

— Но это еще через час!

Если можно о мужчине сказать «зареветь белугой», то Губерт сейчас именно заревел белугой. Ничего, выживет.

— Да, до этого у нее занятия в университете. Я попрошу ее позвонить тебе, Губерт. Обещаю.

Я вешаю трубку прежде, чем он успевает вставить хоть слово. Потом проверяю того нового парня и перезваниваю ему.

— Итак Джек… Простите, могу ли я называть вас просто Джеком? Это Персик из «Аванти». Спасибо за терпение. А теперь расскажите мне немного о себе. Вы уже придумали, с какой юной леди хотели бы провести сегодняшний вечер?

Иногда мне слишком мало платят за такую вредную работу.

Глава четырнадцатая

Но вернемся к Питеру Повакласу. Несмотря на то, что клиенты скорее существуют как типы, а не как личности, Питер Поваклас стоит особняком. Поскольку он требовательный, жалкий и, возможно, потому, что он на что-то надеется. Питер не отказывается от своей мечты, как бы далеко от ее осуществления ни находился.

Естественно, он все делает не так. Например, приглашает девочек с собой в Нью-Йорк, где они вместе участвуют в оргиях, а после обвиняет их в полигамии или просит, чтобы перед этими самыми оргиями они оплатили счет за совместный ужин всех участников. Я не совсем уверена, как именно полагается вести себя в подобной ситуации по правилам этикета, но зато знаю на все сто, что Питер ведет себя вопреки этим правилам. Надо будет как-нибудь посмотреть, что советует на этот счет Эмили Пост в толстой белой книге.

Питер противный, скупой, грубый, хамоватый тип, а еще смеет жаловаться, что девочки не хотят проводить сверхурочное время (замечу, неоплаченное время!) в его приятной компании. Он обижает их, а потом удивляется, почему они ему не доверяют. Питер поражается, когда я сообщаю, что кто-то из девочек вообще не хочет его обслуживать, причем мне приходилось это говорить не единожды.

Но мне кажется, у подножия всего этого бреда сидит маленький грустный мальчик, которому просто хочется свой дом с белым заборчиком и Джун Кливер, которая ждала бы его в конце тяжелого дня. И не его вина, что эта радужная мечта устарела лет этак на пятьдесят. Не его вина, что он не понимает: такими методами он не приблизится к цели и за миллион лет. Он — продукт своей среды точно также, как я — своей, и именно среда не дает ему быть нежным, любящим или, по крайней мере, относиться к женщине с уважением.

Питер оказался в ловушке внутри некоего вакуума, в котором он продолжает вращаться, совершая одни и те же ошибки снова и снова и постоянно удивляясь результату, тому, что избранная им тактика опять не сработала.

Где-то я слышала, а может, видела на открытке, почему бы и нет, «Холлмарк» ведь выпускает открытки с мудрыми изречениями, такое определение безумия: когда делаешь одно и то же снова и снова, но ждешь другого результата. Это о Питере.

Он мой давний клиент. И будет им даже в день, когда я решу закрыть «Аванти». Тогда останусь только я и Питер.

Некоторые девочки не возражают против визита к нему. Если не считать того, что он требовательный и нервный, работать с ним совершенно несложно. Он не заставляет никого висеть на люстре и выделывать всякие фокусы. Просто нормальный секс без выкрутасов. Девочки уже выучились, как справиться с капризами Питера, как настоять на том, чтобы сразу же позвонить мне и не дать ему разыгрывать брачные игры вокруг телефона. Как-то вечером ко мне заехала Сцилла завезти мои комиссионные и чего-нибудь выпить и рассказала мне о разговоре с Питером, примерно таком: