Олимпия Кершнер - Любовная лихорадка

Фред молча посмотрел на нее и прошел в спальню. Через мгновение он вернулся с парой шерстяных носков, бросил их ей и сказал:

— Надевай. Сейчас дам тебе пальто. Пойдем пройдемся.

— Куда?

Заинтригованная, она села и послушно натянула носки.

— В магазин. Я взял напрокат кресло на колесах.

— Но мне не нужно в магазин! Грейс принесла все необходимое.

— Замолчи и собирайся. Нужно же наконец купить вещи по твоему списку.

Паула почувствовала, что в ней поднимается волна предвкушения чего-то необычного. Да и нужно было удостовериться, что он выберет именно то, что было задумано. Так хотелось сделать его жилище уютным!

Скоро они ехали по дороге, ведущей в центр города.

— Мы могли бы походить по магазинам у нас, — заметила Паула.

— В торговом центре оборудованы специальные пандусы для инвалидных кресел, это очень удобно.

— Можно было бы походить пешком. Только взять трость…

— Поедешь в кресле! Врач велел беречь ногу.

— Ты так трогательно заботишься обо мне… Просто не знаю, чем тебе отплатить.

— Сделай то, что обещала, и не капризничай. Больше мне ничего от тебя не нужно.

Очень жаль, с грустью подумала Паула, а вслух сказала:

— Хорошо, я буду сама любезность во время этой прогулки!

— Что-то с трудом верится, — усмехнулся Фред.

— Ты меня просто плохо знаешь. Я могу быть очень милой.

Он посмотрел на нее и заметил самодовольную улыбку. С ней было легко даже тогда, когда она пыталась его подколоть. Улыбаясь, Фред размышлял о том, в чем заключается идея стать «очень милой» во время прогулки. Что Паула задумала на этот раз? Так или иначе, день обещал быть интересным.

С того момента, как Фред ввез ее по пандусу в торговый зал, она поставила себе целью сделать поход за покупками надолго запоминающимся предприятием. От братьев Паула слыхала, что мужчины терпеть не могут магазинов, и решила отомстить Фреду именно таким незаурядным способом.

Но Фред не остался в долгу: он с самого начала протестовал против каждого ее предложения. Сначала, Паула сражалась, как сумасшедшая, но потом поняла, что он тоже дразнит ее. Их споры по поводу занавесок и других предметов домашнего обихода становились все более и более взрывоопасными. Продавщица была явно озадачена, но старалась не показывать виду. В конце концов было куплено почти все, что они запланировали. Дождавшись, когда Фред вывезет ее из магазина, Паула повернулась в кресле и взглянула на него.

— Мы были отвратительны. Бедная женщина!

Фред усмехнулся в ответ:

— Ничего. Все в порядке. Она получит солидные комиссионные от такой крупной продажи. А зачем ты спорила со мной? Говорила же, что будешь «очень милой»

— Фред, я просто старалась быть благоразумной. Багровый коврик, который ты хотел купить для ванной, ужасен!

— Это моя ванная! Что хочу, то и покупаю… Чашечку кофе? — Он остановился рядом с кондитерской, где за стеклом витрины виднелись маленькие столики.

Глубоко вздохнув, Паула кивнула. Когда их заказ приняли, она продолжила свою атаку:

— Конечно, ванная — твоя, но ведь и другие будут ею пользоваться!

Фред откинулся на стуле, вытянул перед собой длинные ноги и посмотрел на нее с видом собственника — внимательно и лениво.

— Ты хорошенькая, когда споришь, — неожиданно сказал он.

У Паулы перехватило дыхание. Все это время он вел себя отвратительно по отношению к ней. Настоящий монстр! Но она никогда не боялась его — только своих собственных чувств… Его взгляд заставлял сердце биться быстрее. Хотелось броситься к нему на колени и задушить в объятиях. В голове вспыхнули воспоминания о поцелуях прошлым вечером. Она невольно облизнула губы, и Фред моментально заметил это. Он медленно протянул руки и погладил ее влажные губы подушечкой большого пальца.

Их глаза встретились. Он наверняка увидел в ее взгляде любовь, но Паула ничего не могла с этим поделать. Будь что будет! Это уже ничего не меняло.

— Находиться рядом с тобой опасно. — Голос Фреда был таким тихим, что она едва расслышала слова.

— Почему?

У нее тоже не было сил говорить громко. Связанная с ним прикосновением руки, завороженная его близостью, Паула вцепилась в кресло, чтобы не обнять Фреда за шею. Господи, они ведь находились в общественном месте! Необходимо соблюдать правила приличия…

— Ты заставляешь меня желать невозможного и думать о вещах, о которых я не должен думать.

Он убрал руку и отвернулся, прерывая поединок взглядов. В этот момент как раз подошла официантка.

— Ваш заказ, — сказала она улыбаясь. — Шоколадный эклер, пирожное с орехами и две чашки кофе.

Паула вдруг почувствовала, что ей расхотелось сладкого. Она мечтала о том, чтобы они вернулись домой. Там бы она забралась к нему на колени и заставила целовать себя до головокружения…

— Передумала? — спросил Фред, заметив, что она пристально смотрит на него, не обращая внимания на пирожное.

— Поедем домой! — Ее голос охрип от волнения.

Потянулись долгие мгновения. Фред не отводил глаз.

— Нет! — наконец коротко бросил он.

Паула опустила голову и потянулась за тарелкой с пирожными. У эклера был вкус мела, но она съела его. Зато кофе оказался весьма кстати: Паула только сейчас почувствовала, насколько продрогла. Покончив с едой, она равнодушно взглянула в окно кондитерской и заметила, что яркий день поблек. Может, она просто утомилась? Наверное, следует вернуться домой и вздремнуть…

— Завтра я выхожу на работу, — сказала она, не глядя на Фреда.

— А сможешь?

— Да. Но сейчас я устала. Хочу поспать.

Сон всегда выручал ее, когда она была чем-нибудь расстроена. Помогал сбежать от действительности, а сейчас ей хотелось этого больше всего на свете.

Как только они добрались до дома, Паула сразу же улеглась в постель, а после обеда опять вернулась в свою спальню. Она долго читала, пытаясь подавить любые мысли о Фреде, прежде чем провалилась в сон.

На следующее утро Паула оделась и приготовилась к занятиям. Они все время молчали, пока ехали в университет. Кресло на колесах было уже возвращено, и теперь она при ходьбе опиралась на трость: щиколотка почти не болела, беспокоило лишь запястье.

— Я провожу тебя в аудиторию, — сказал Фред, подъезжая к стоянке.

— Спасибо.

Не хотелось признаваться в этом даже себе самой, но Паула немного нервничала. Не из-за того, что кого-то мог вновь заинтересовать ее портфель. Просто требовалось время, чтобы исчезла подсознательная настороженность.

Фред не только проводил ее до аудитории, но и остался на лекции, изучая студентов и наблюдая за Паулой.