Стефани Бонд - Красавец с обложки журнала

Когда я вернулась в кабинет, Сэм копался в папках. Судя по всему, бумажная работа действительно наводила на него тоску.

Через час мы смогли привести все в относительный порядок.

Неожиданно зазвонил телефон. Мое сердце подскочило: а вдруг это снова репортер из «Замочной скважины»? Но я не могла ответить: тогда мне пришлось бы подняться, перелезть через Сэма и тем самым возбудить его подозрения.

Он поднес трубку к уху.

— Да! — Я задержала дыхание и посмотрела на него. Его лицо принимало все более серьезное выражение. — Когда?.. Сколько времени прошло? — Он поднялся на ноги и посмотрел на часы. — Скажите Уатту, что я приеду через двадцать минут.

Он повесил трубку.

— Кобыла Уатта Хендрона вот-вот ожеребится. Но что-то пошло не так…

— Я с тобой, — сказала я, взяв свой фотоаппарат и блокнот.

Он поколебался:

— Это будет не самое приятное зрелище.

— Я не останусь наедине с твоими змеями.

— Ну, раз ты думаешь, что сможешь это вынести…

Я гордо задрала подбородок.

— Смогу.

Я видела документальный фильм о том, как рождаются животные, но все равно оказалась не готова к тому, чтобы увидеть слизь и почувствовать запах появлявшегося на свет большого животного. Плод не мог выйти из чрева матери естественным образом, потому что он лежал в неправильном положении. С болезненным восхищением я наблюдала за работой Сэма.

Будущая мать лежала на боку на покрытом соломой полу стойла. Ее бока были влажными от пота, а хвост Сэм привязал, чтобы он не мешался. Он похлопал кобылу по крестцу.

— Скоро все будет в порядке, Лили.

Он снял грязную перчатку и помыл руки в миске с теплой водой. Уатт Хендрон ушел за новой порцией воды, и Сэм подошел ко мне.

Я отошла назад, не сводя глаз с дрожащей кобылы. Она иногда тихонько ржала.

— Зато ты сможешь все рассмотреть, — заметил Сэм.

Я знала, что он прав, и присела, чтобы сфотографировать его и Лили. Но тут лошадь судорожно дернулась и раздался громкий хлопок.

— А вот и жеребеночек, — произнес Сэм.

Я увидела две лошадиные ноги. Затем появилась голова, за ней — плечи, а потом и весь жеребенок выбрался на свет. Он был покрыт какой-то белой грязью.

— Меня сейчас стошнит, — пробормотала я и попыталась устоять на ногах.

Я поскользнулась на слизи и села на пол, прямо в грязную лужу.

— С тобой все в порядке? — спросил Сэм.

Он был слишком занят, чтобы возиться со мной, поэтому я ответила:

— Да.

Чтобы заставить себя подняться, я начала судорожно махать руками. Промокла до нитки, но все равно умудрилась несколько раз сфотографировать Сэма, который чистил жеребенка.

Лицо Сэма излучало вдохновение. Глядя на то, как нежно он держал жеребенка, я не сомневалась: он стал бы хорошим отцом. Вопрос заключался в другом: будут ли у него вообще дети при подобном отношении к браку?

Из всех, кого я когда-либо знала, он больше всего походил на идеального «настоящего мужчину». Увлекшись философствованием, я вспомнила о том, что произошло между нами утром. Интересно, может ли секс в браке быть столь же захватывающим?

Когда жеребенок встал на ноги, Сэм подошел ко мне и улыбнулся.

— Не возражаешь, — сказала я, сделав несколько шагов назад, — если я доснимаю эту пленку?

— Осторожно, Кензи, — воскликнул Сэм. — Там рычаг.

Я ударилась бедром обо что-то металлическое. Раздался скрип. Я подняла голову и увидела, как на меня падает здоровый кусок чего-то деревянного.

Мне бы отпрыгнуть в сторону, но ноги меня не слушались. После того как эта штука упала на меня, я упала и растянулась на полу. Дышать я не могла. И, как рыба, которую вытащили из воды, судорожно ловила воздух. Сэм бросился ко мне, но получил удар по голове другим куском дерева, который был соединен цепью с каким-то потревоженным мною механизмом.

Мое сердце, как мне показалось, перестало биться. На этот раз я убила его по-настоящему!

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

— От чего он спас тебя на этот раз? — хрипло спросила Джеки.

Я всхлипнула и откинулась на подушку.

— Это было что-то, похожее на огромный лифт для подъема зерна из амбара. Я задела рычаг, и он поехал вниз.

— Потрясающе!

— Джеки, Сэм мог погибнуть! — Именно из-за этой мысли я так и не смогла заснуть.

— Но ведь не погиб.

— Но мог!

— Уж лучше он, чем ты, подруга. Мне кажется, что он поступил как настоящий герой.

— Да, но я должна оберегать его от опасностей, а не обрушивать их на его несчастную голову! Сэм не попал бы в беду, если бы я осталась дома!

— Наверное, это было бы действительно лучше.

— Что «это»?

— Думаю, что тебе нужно вернуться домой.

— Нужно, — подтвердила я, — но моя статья еще не закончена.

— А мне казалось, что статья — всего лишь прикрытие.

— Нет, — отрезала я. — Это мой шанс подняться на одну ступеньку выше по карьерной лестнице.

— А! Когда ты с ним спала?

Я удивленно заморгала. — Что?

— Не прикидывайся скромницей. Я же знаю, что между вами что-то произошло.

— Хорошо, — призналась я. — Кое-что действительно произошло. Но это было случайно.

— И? Все прошло так же гладко, как и раньше?

— Да, и, слава богу, у него не случился сердечный приступ. Хотя это можно было бы расценить как инсульт.

— Да ты совсем свихнулась!

Я вздрогнула.

— Знаю. Мне так неловко! Хелена послала меня сюда, чтобы я оберегала Сэма от неприятностей, а я сама становлюсь их источником.

— Ты боишься влюбиться в этого парня?

— Нет, я боюсь за свою работу, карьеру, за свое будущее, наконец.

— И что стоит следующим пунктом в твоем расписании? Мытье овец?

— Не знаю. Утром мы собираемся позвонить хозяевам нескольких пациентов, а днем Сэм обещал прооперировать Энджел.

Собачка, удобно устроившаяся у меня на коленях, подняла голову и заскулила. Я успокаивающе погладила ее по голове.

— Мне кажется, что это несправедливо, — задумчиво произнесла Джеки. — Вы ведь лишите ее возможности иметь детей.

— Когда это ты стала беспокоиться о детях? — Мне в голову пришла странная мысль. — Ты же не…

— Нет, Кензи, я не беременна… Просто прошлой ночью Тед спросил у меня, как я отношусь к семейной жизни.

— И что ты ответила?

До этого мы все думали, что Джеки меньше всего подходит для роли матери.

— Я сказала, что это звучит заманчиво.

От удивления я открыла рот.

— Ух ты! Это… — Я не могла сдержать свои эмоции. — Разве не ты говорила, что нужно издать закон, по которому родители должны водить на поводках своих детей до двенадцати лет?

Джеки глубоко вздохнула.