Диана лейн - Неторопливая игра

Кина рассмеялась.

- Одного ты особенно хорошо охладил, - проговорила она с улыбкой, вспомнив сотрудника, которому Николас сломал челюсть.

Николас устало вздохнул:

- Я обязан тебе тремя седыми волосками.

- Которыми? - Кина наугад дернула его за один из серебристых волосков: - Этот?

- Нет. - Пальцы Николаса впились в ее спину. - Кина, я хочу заняться с тобой любовью.

В его глазах заплясали шальные огоньки. Кина затаила дыхание.

- Но… той ночью ты не захотел, - шепнула она неуверенно.

- Ты меня испугалась, - ответил Николас. - Стоило мне сделать шаг к тебе, как ты подскочила словно ужаленная. - Он встретился с ней взглядом. - Впрочем, сейчас ты выглядишь ненамного лучше, любовь моя, - добавил он мягко. - Видела бы ты свое лицо, когда я тебя сюда принес!

Кина сглотнула комок в горле.

- Ты был такой сердитый.

- А чего ты ожидала? Я терпеть не могу, когда у меня вырывают кусок из горла, - проворчал он. - Особенно такие, как Джеймс Харрис.

Кина натянуто улыбнулась.

- А я терпеть не могу, когда мне намекают, что я обуза для кого-нибудь.

Николас снова сжал руками ее запястья.

- Ты мне так и не ответила. Я хочу тебя.

Кина опустила глаза. Несмотря на сжигавшее ее желание, она была не настолько ослеплена страстью, чтобы не думать о последствиях. Как же между ними могла возникнуть такая ситуация? Николас взял ее за подбородок.

- Не волнуйся, ты не забеременеешь. Ты ведь этого боишься?

Яркий румянец медленно залил ее щеки. Николас, нахмурившись, наблюдал за ней некоторое время, а затем с грубоватым смехом поинтересовался:

- Господи, что за мужчины у тебя были? Вы когда-нибудь говорили о сексе?

- Не так уж много, - пробормотала она.

- С другой стороны, - заметил Николас, переворачивая ее на спину, - зачем вообще об этом говорить?

Рот его неторопливо коснулся ее губ, и дрожь желания пробежала по телу Кины. Не прерывая этих легких поцелуев, Николас осторожно снял с ее плеч халат и развязал тесемки ночной рубашки.

- Ник… - дрожа, шепнула Кина. Руки его легли на ее грудь.

- Я терпел до тех пор, пока не начал изнывать, как подросток, - прошептал он, прижавшись губами к нежной шее. - Клянусь Богом, я дал тебе достаточно времени, но мое терпение кончилось.

На сей раз Николас действительно не собирался отступать. Он снова прильнул к ее губам, поцелуем опытного любовника пробуждая в ней желание.

Ночная рубашка уже каким-то образом успела спуститься до талии, и Николас осыпал ее дождем невероятных нежных ласк.

- О Ник… - задыхаясь, проговорила Кина. Грудь его тяжело вздымалась, на лбу выступила

легкая испарина. Он разглядывал ее так, словно видел впервые в жизни. Дерзкая настойчивость этого взгляда необъяснимо волновала Кину.

- Николас, - шепотом проговорила она.

- Что, любовь моя?

Кина легко коснулась его лица, провела пальцами по сурово сжатым губам, которые даже сейчас не желали расслабляться.

- Я хочу быть ближе к тебе, - прошептала она прерывающимся голосом.

- Правда? - спросил он. - Как? Вот так? - Он прижался к ней всем своим массивным телом, опираясь на локти, чтобы не раздавить ее своим весом.

- Нет, - шепнула Кина. - Я хочу тебя всего… всего, Николас, - выдохнула она, чувствуя на себе блаженную тяжесть его тела, от которой кружилась голова и накатывали новые волны желания.

Мускулистая грудь Николаса прижалась к ее нежным обнаженным грудям, она чувствовала щекочущее прикосновение курчавых волосков. Обхватив Николаса за плечи, Кина изо всех сил стиснула его в объятиях. Она еще никогда не была так близка к другому человеку. Ей отчаянно хотелось доставить ему удовольствие, чтобы в нем загорелся огонь - не меньший, чем тот, что он сейчас разжигал в ней.

- Я хочу, чтобы тебе было хорошо, - прошептала она прямо в его жадные губы.

- Мне хорошо, - отозвался он, впиваясь в нее новым поцелуем. - Господи, до чего же у тебя нежная грудь!

Кина потерлась о него.

- Я не слишком тяжелый? - заботливо спросил Николас.

- Нет, - шепнула она и медленно провела языком по его верхней губе.

Дыхание Николаса участилось, глаза горели.

- Ты всегда так смотришь на женщин? - спросила Кина,

- Только тогда, когда мне приходится добиваться их годами. - Он страстно прижался к ней, и Кина в полной мере ощутила, как пылает в нем желание. - Чувствуешь?

Кина задохнулась. Ей показалось, что ее тело тает под ласками Николаса, сливаясь с ним в единое целое. Николас снова поцеловал ее - так же, как когда-то, еще в «роллс-ройсе». Услышав негромкий торжествующий смех, Кина приоткрыла глаза. Мелкая дрожь сотрясала ее тело, пока руки Николаса срывали с нее остатки одежды. В комнате было довольно прохладно, так что Кине немедленно захотелось снова завернуться в его тепло.

Не сводя с Кины глаз, Николас провел ладонями по ее телу снизу вверх, до бедер, а затем к талии и груди. Кину пронзило странное чувство: ей вдруг показалось, что любой другой мужчина на месте Николаса был бы ей неприятен. Она припомнила, как много лет назад Джеймс Харрис торопился овладеть ее юным телом, не уделив ему и сотой доли того внимания, каким щедро осыпал ее Николас. В результате ей было всего лишь больно и стыдно, и она не получила никакого удовольствия.

Но сейчас все было иначе. Кина недавно обнаружила, что Николас совсем другой. Для него она не просто женщина на одну ночь. Она читала это в благодарном и внимательном взгляде его темных глаз.

Николас наклонился и прижался губами к нежному теплому животу, продолжая поглаживать ладонями ее грудь.

Пальцы Кины запутались в пышной гриве его волос. Николас приподнял голову и вгляделся в ее глаза, в ее пылающее лицо.

- Ты не знаешь, как на это ответить, верно? - спросил он хрипло.

Кина провела пальцами по его губам и замерла, очарованная наслаждением, которое это ей доставило.

- Как ответить? - шепотом повторила она. - Я хочу тебя, Ник. И ты это, должно быть, уже понял.

- Ты не девственница? - проговорил он вопросительно.

Кина прикусила губу.

- Нет.

- Проклятие, не надо так бояться! - проворчал Николас, не давая Кине спрятать лицо в подушку. - Я ведь уже сказал тебе: для меня это не имеет никакого значения! И это правда. Но ты ведешь себя как совсем неопытная женщина. Я просто хочу знать, насколько мне следует быть осторожным!

Кина тихо вздохнула.

- Первый и единственный раз в своей жизни я занималась любовью с Джеймсом, - стиснув зубы, пробормотала она. - Но все было так неудобно ив такой спешке… - Ее голос прервался.

- Продолжай, - настаивал Николас.

- Я думала, что умру от стыда, когда узнала, что он вовсе не собирался жениться на мне. Он просто хотел меня. А потом он сказал своему брату, что заниматься любовью со мной - все равно, что с мужчиной.