Robin Alexander - Тридцать три несчастья

- Прости, пожалуйста, что я навязала ее тебе безо всякого предупреждения, - сказала Хейли, входя. – Я собиралась оставить ее с включенным радио, но она и так просидела в доме большую часть дня, и я боялась, что она даст выход энергии, раздирая мебель.

- С ней не было вообще никаких проблем, и я ее хорошенько выгуляла за тебя, - я хотела сердиться на нее, но у нее было такое извиняющееся выражение лица, что это поумерило мой пыл. – Мы славно провели день в парке.

- Могу я отблагодарить тебя, если завтра приглашу тебя на ужин? – с надеждой спросила Хейли.

- Звучит неплохо, - ответила я, зевая, в попытке изобразить, что ничего особенного не происходит.

Она поблагодарила меня еще раз и потащила Пушинку в коридор. Прежде, чем я закрыла дверь, Пушинка бросила на меня взгляд, в котором ясно читалось: «Я не скажу ей, о чем ты говорила, но ты должна принести мне еще курицы».

Глава 13

ФЕВРАЛЬСКАЯ НЕРАЗБЕРИХА

На следующий вечер Пушинка расположилась перед новым телевизором, в котором Джон Траволта сольвьем разливался о постигшей его летней любви. Клянусь, она мне подмигнула, когда Хейли закрывала за нами дверь.

Хейли попросила, чтобы я сама выбрала, куда мы пойдем, и я остановилась на тихом итальянском ресторанчике в нескольких кварталах от нашего дома. Я прихлебывала каберне и размышляла о том, как это здорово, что Пушинка не умеет разговаривать. Но в любом случае, свою курицу от меня она получит.

- Какие будут предложения? – спросила Хейли, внимательно рассматривая меню. – Я как-то не в настроении для морепродуктов.

- Тогда я бы посоветовала лазанью или спагетти с тефтельками. Держись подальше от итальянских сосисок, если только твой желудок не сделан из луженого железа.

Хейли кивнула:

- Спасибо за предупреждение.

Она заказала лазанью, а я - спагети с тефтельками. Мы располовинили порции, чтобы попробовать и то, и другое.

- Ну, и как прошло вчерашнее мероприятие? – спросила я, и мне так хотелось добавить: «И почему ты пошла туда в сопровождении бывшего мужа?»

Хейли глянула на меня сквозь свой бокал.

- Моя компания устраивала банкет. Поэтому Марк и приехал. Мы работаем в одной фирме.

Я вздернула бровь при этом признании.

Хейли посмотрела мне прямо в глаза.

- Я именно поэтому перевелась в другой город. Мы работали слишком близко друг к другу.

Вот это конкретное откровение меня прямо порадовало.

- Ты хорошо провела время?

Хейли отпила глоток вина и покачала голвой.

- Мне никогда не нравились подобные мероприятия. Мне вполне достаточно видеться со всеми на работе, и я не в восторге от принудительной социализации. Но каждые год мы получаем аккуратно составленную памятку, которая предписывает нам быть на банкете, а не то…

- До чего я рада, что мне не приходится работать на корпорацию! Думаю, я чувствовала бы себя так же, как и ты.

- А как прошло твое пятничное свидание? – с неохотой спрсила Хейли.

- Она ветеринар. Специализируется на котах, иначе я бы дала тебе ее координаты для Пушинки.

Хейли поджала губы.

- Я совершенно довольна своим врачом, но все равно, спасибо.

Она намотала спагетти на вилку, но потом положила ее, отхлебнула здоровущий глоток вина и спросила:

- Ты нашла искру, которую искала?

- Искру? Нашла.

Хотя и не с Марси, только этого я ей говорить не стала. И тут же меня охватило чувство вины, когда он закашлялась в салфетку, не поднимая на меня глаз.

- Марвин сказал, что ты его отыскала, - я попыталась сменить тему. Я не могла смотреть, как она мается, а как облегчить ситуацию, я не знала. – Кстати, у тебя классная прическа.

- Спасибо, - слабо улыбнулась она. – Он убрал пару дюймов длины и придал форму. Я и не знала, что ты – его босс.

- Это моя сестра Кален, скорее, его босс. Она заправляет бизнесом.

- А вернее сказать, четырьмя бизнесами, которые у вас в совместном владении, - Хейли промокнула губы и отложила салфетку на стол. – А ты говорила, что ты – бухгалтер.

Я видела, куда это может нас завести, и как легко умолчать о том, чем ты был не готов делиться.

- Я веду всю бухгалтерию в наших салонах и да, я одновременно являюсь их владелицей. Я ничего заранее тебе не говорила, потому что не хотела, чтобы это прозвучало, как хвастовство. Это показуха, а я терпеть не могу, когда люди так делают.

Хейли кивнула.

- Ты права, это выглядело бы, как хвастовство и я понимаю, почему ты мне ничего не сказала. Ну… а когда ты собираешься снова увидеться с Марси?

Я вздохнула. Как я устала от этих игр!

- Никогда. Мы больше не собираемся встречаться.

Брови Хейли сошлись на переносице.

- Я думала, ты сказала, что между вами искра проскочила.

- Только не с Марси, - я оттолкнула тарелку и уставилась на вино в бокале. – Марк показался мне очень милым парнем.

Хейли только головой покачала от такой перемены темы разговора.

- Так и есть. Я надеюсь, он встретит кого-то, кто будет нежно любить его. Он заслуживает того, чтобы рядом с ним был человек, делающий его счастливым.

- И ты тоже, - сказала я, глядя в сторону. То, как тепло она о нем отзывалась, сбило меня с толку. – Ты точно уверена, что ты – гей?

Мой вопрос явно озадачил и немного разозлил ее.

- Абсолютно уверена. Ты не одна здесь такая, кто способен оценить теплоту и мягкость женской кожи или сладость женских губ.

Она прикрыла глаза на мгновение, потом мы обе моргнули, а потом на ее лицо вернулось раздраженное выражение.

- Ты готова уйти? Я как-то устала.

Мне пришлось едва ли не бежать за ней, когда мы вышли.

- Я обидела тебя этим вопросом? – спросила я после того, как мы прошли два квартала в гробовом молчании.

- Да, Шеннон, обидела.

- Почему?

Она припустила вперед, ничего не ответив.

Я схватила ее за руку, когда она отпирала калитку.

- Скажи мне, - взмолилась я.

- Я уже столько раз отвечала на этот вопрос своей семье и Марку, что… черт, я уже устала! – ее глаза наполнились слезами. – Я бы никогда ему не изменила, если бы была натуралкой. – Хейли вскинула руки и отстранилась от меня. – В глубине души я понимала, кто я… что со мной такое… но к тому моменту когда я это осознала, я уже несколько лет была замужем за Марком. Я думала… - Хейли судорожно вздохнула, - если я попробую быть с женщиной, я смогу вытравить это из себя и стану такой, какой должна быть по мнению окружающих. Но я ошиблась. Этот первый опыт пробудил во мне такой голод, который я не могла больше отрицать, как ни старалась.